Чтение онлайн

Джеймс ожидал несколько больше сопротивления, чем это. Он немного нервно улыбнулся. Честно говоря, думал он, что из худшего могло случиться? Согласно учебникам истории, все четыре Основателя пережили эту ночь. Конечно, как ранее намекнул Слизерин, в истории ничего не было сказано о темноволосом мальчике, который, возможно, присутствовал при всем этом.

– Я поведу, – прошептала Пуффендуй, указывая на дверь Слизерина. – Кандида, слева от меня. Джеймс, ты за нами. Сколдуй «Остолбеней!» на Салазара, если это будет необходимо, но не более. Помни, что он по–прежнему один из основателей этого заведения и заслуживает уважения.

– И пошли к черту уважение в тот момент, когда он поднимет палочку, – пробормотала Когтевран, когда они потихоньку двинулись вдоль по коридору.

– Он совершенно точно не использовал Оглушающего Заклинания на башне, – прошептал Джеймс. – Просто будьте повнима...

Неожиданно зеленый луч опалил пол возле ноги Когтевран.

– Остолбеней! – крикнула Пуффедуй, указывая палочкой на открытую дверь. Тень отпрыгнула в сторону, когда ее заклинание ударило по створке, взорвавшись красными искрами. – Он опасен! Мы должны атаковать! Здесь мы в уязвимом положении!

Джеймс бросился вслед за Когтевран и Пуффендуй, побежавшими к двери Слизерина, опустив головы и стреляя из палочек. Красные лучи засыпали дверь, заставив Слизерина отступить.

– Прекрати это, Салазар! – крикнула Пуффендуй. – Пока еще не слишком поздно откажись от своих замыслов!

Джеймс так и не смог разглядеть ничего, напоминающего его бывшего похитителя. Когда они влетели в его кабинет, сразу же укрывшись за стульями и книжным шкафом, сердито шипящая тень метнулась дальше в темный дверной проем.

– Берегитесь! – воскликнула Когтевран. – Он может стать маленьким и крылатым. Он может легко спрятаться!

Пуффендуй выглянула из–за шкафа, держа палочку перед собой.

– Никого не видно. Пошли дальше, во внутренние покои.

Джеймс последовал за волшебницами, быстро пересекшими комнату. Он был поражен их движениями. Они были изящными и ловкими, удивительно быстрыми, но совершенно контролируемыми. Их палочки сверкали в воздухе им, неотвратимые, как падение камня. У самого же Джеймса сердце отчаянно барабанило в груди, заставляя при этом его собственную палочку сильно трястись. Он бросил взгляд по сторонам, проходя через двойные двери лаборатории. Они все еще были приоткрыты, но света внутри не было.

– Обследуйте комнату, – сказала Когтевран, когда она прошла во внутреннее святилище Слизерина. – Равэлио!

Луч нежно–лавандового света распространился из кончика палочки Когтевран, освещая стены. Не спеша, она передвигала его по всей комнате, позволяя свету коснуться каждой поверхности. Наконец она опустила палочку, потушив лавандовый свет.

– Здесь его нет, – сказала она, очевидно, огорчившись. – По–видимому, он снова ускользнул.

У Джеймса наконец появилось время осмотреться. Очевидно, это были спальные покои Слизерина. Они были удивительно небольшими и тесными, с готическими колоннами и контрфорсами. Одно–единственное окно было надежно заперто.

– Давайте воспользуемся преимуществами ситуации, – сказал Пуффендуй, обращаясь к Джеймсу. – Что, по вашему убеждению, было у Салазара? Какой из его инструментов мог быть вам полезен?

Джеймс попытался вкратце рассказать, откуда он прибыл, и как он попал сюда, случайно прикоснувшись к волшебному зеркалу в кабинете директора. Он описал свое появление через небольшое зеркало в серебряной оправе, висящее за статуей в ротонде, и его последующее уничтожение Слизерином.

– Я считал тогда, что это и было волшебное зеркало, – сказал Джеймс. – Но теперь я так не думаю. Слизерин слишком любит подобные вещи; он никогда не уничтожил бы что–то действительно волшебное, только чтобы удержать меня здесь, я думаю Зеркало Амсера Церф может использоваться посредством любого другого зеркала, может быть, даже любой отражающей поверхности. Таким образом, зеркало позади статуи было просто самым обычным зеркалом.

– Это зеркало висело там со времен Хэйдина, – кивнула Когтевран. – В нем не было и намека на магию.

– Но Слизерин знал о путешествиях сквозь зеркала, – Джеймс принялся развивать свою мысль. – Он сказал, что он думал, что лишь он и еще один человек на земле знали об этом. И потом, когда мы были на Лесной башне, я вспомнил, как директор упоминал о чем–то что–то подобном. Он сказал, что его Волшебное Зеркало было одним из двух когда–либо созданных, и что второе принадлежало кому–то, кого он знал. Но теперь я знаю, кто это был! У Слизерина есть другое Волшебное Зеркало! Близнец того, что привело меня сюда!

Взгляд Когтевран стал очень резким и настороженным. Она многозначительно переглянулась с Пуффендуй.

– Давайте искать, – тихо сказала Пуффендуй. – Тогда мы и узнаем наверняка.

Когтевран подняла палочку и произнесла то же заклинание, что и раньше. На конце ее палочки снова вспыхнул лавандовый свет. Она медленно повернулась.

– Последняя попытка, – пробормотала она, – Я буду искать след Салазара, не важно, мужчины или летучей мыши. Теперь...

Пуффендуй расхаживала по комнате, следя за игрой лавандового света на стенах.

– Здесь, – объявила она, указывая рукой.

Когтевран остановилась, направив луч на большую картину. Это было изображение узколицего волшебника в бордовой мантии в полный рост, и он был нарисован едва ли не в натуральную величину. Глаза на портрете сощурились и нахмурились. Тут Джеймс разглядел, что, когда луч проходил над портретом, он осветил слабые очертания потайной двери.

Когтевран положила свою палочку в карман и шагнула вперед. Она схватилась за раму картины и потянула, но та была плотно прижата к стене. Пуффендуй присоединилась к ней, но они не смогли сдвинуть картину, потянув ее даже втроем.

– Довольно деликатностей, – рассерженно сказала Когтевран. Она отступила, жестом призывая других отойти, и ткнула палочкой в портрет.

– Кандида Когтевран, – усмехнулся портрет, – вы не понимаете, что творите...

– Конвульсус! – рявкнула Кандида, перебивая портрет. Последовала ослепительная вспышка белого света, и портрет словно испарился. Мгновение спустя, когда глаза Джеймса привыкли к относительному полумраку комнаты, он увидел, что портрет, на самом деле, не был полностью уничтожен. Рамка была разрушена, и картина была словно разрезана прямо посередине, на этом месте зияла огромная дыра. Деревянная основа картины была прорвана насквозь, демонстрируя темное пространство за своими пределами.

Джеймс, Пуффендуй и Когтевран осторожно подошли к уничтоженному портрету. Стоящий между двумя женщинами Джеймс мог видеть свет, подмигивающий ему из глубины за пределами порванного холста. Из полумрака потайной комнаты на него глянуло собственное лицо Джеймса.

– Это здесь, – выдохнул Джеймс, одновременно обрадовавшись и испугавшись. – Я могу видеть отражение. Это Волшебное Зеркало!

Пуффендуй зажгла свою палочку и протянула ее вперед. Она очень осторожно прокралась через разорванную картину в слабо освещенную комнату за ней. ее палочка осветило пространство и раму зеркала. Когда Джеймс вошел в комнату и выглянул из–за спины Пуффендуй, он понял, что это зеркало было идентично тому, которое находилось в кабинете Мерлина, с одним лишь различием, это стояло вертикально, а не на боку. На золотой раме зеркала Слизерина были выгравированы слова. Надпись ни о чем не говорила Джеймсу, за исключением первого слова, вырезанного красивым плавным почерком – «Еиналеж».