Чтение онлайн

— Ээээ, да, — ответил Ральф — но…

— Ты передай ей от меня, она права в своих замечаниях, да? Я читал книгу, где рассказывается все обо всем этом. Она называется «Замысел Дамблдора», и там все о том, как старик и Гарри Поттер состряпали все это, от начала до конца. Вы знали, что они создали всю историю о Реддле и Крестражах в ночь, когда старик умер? Кое-кто даже говорит, что Гарри Поттер сам убил его после того, как было разработано все это.

Джеймс постарался сдержать свой гнев. Ровным голосом он спросил у Грегори:

— Тебе известно, кто я такой?

Зейн тяжело уставился на бутылку в руке Грегори.

— Эй, — спросил он с вынужденной небрежностью, тайком направляя свою палочку, — что это ты пьешь?

Девяносто секунд спустя Джеймс, Зейн и Ральф выбирались из-за общего стола, который Грегори весь оплевал тухлой водой.

— Практика! — кричал Зейн, уворачиваясь от мокрых цепких рук Грегори. — Я клянусь! Я просто практиковал трансфигурацию! Твое питье случайно попалось на дороге! Спроси МакГонагалл!

Трое мальчиков счастливо выскользнули из комнаты, громко смеясь над устроенным хаосом.

На Рождественских каникулах Джеймс собирался отдохнуть. После обеда в последний день семестра он отправился в спальню Гриффиндора, чтобы собрать свои вещи. Небо за окном башни было холодным и серым, заставляя его пожелать немедленно оказаться сейчас в доме под номером двенадцать на Площади Гриммо с чашкой горячего шоколада Кикимера в руках. Состав напитка был довольно сложным, по последним подсчетам, он включал в себя четырнадцать неизвестных компонентов, в число которых, как он был уверен, входила щепотка настоящего шоколада.

— Эй, Джеймс! — раздался голос Ральфа с лестницы. — Ты там?

— Да, поднимайся, Ральф.

— Спасибо, — Ральф запыхался, поднявшись по лестнице, — я пришел сюда после обеда с Петрой. Она сказала, что ты здесь пакуешь вещи. Умираешь от желания уехать, я так понимаю.

— Еще бы! В этом году мы все собираемся в нашей старой штаб-квартире на праздники. Дяди Джордж и Рон, тети Гермиона и Флер, Тед и его бабушка Виктория, даже Луна Лавгуд, ты ее не знаешь, но она наверняка тебе бы понравилась. Это самая странная взрослая, которую я когда-либо встречал — в хорошем смысле. С большой вероятностью там будут также бабушка и дедушка. В этом году они отправились навестить Чарли и остальных в Праге. Еще, как мне кажется, Невилл тоже будет там. Я имею в виду профессора Долгопупса.

Ральф мрачно кивнул, глядя на чемодан Джеймса.

— Звучит классно. Да, что ж, тогда я надеюсь, у тебя будет счастливое Рождество и все такое.

Джеймс прекратил паковать чемодан, вспомнив, что отец Ральфа уехал по работе на все каникулы.

— Ох, да… Что ты будешь делать, Ральф? Проведешь Рождеcтво со своими бабушкой и дедушкой или как?

— Хм? — сказал Ральф, глядя вверх — О, нет. Все идет к тому, что я зависну здесь на все каникулы. Зейн не уедет до следующей недели, так что, по крайней мере до выходных мы будем торчать тут вместе. После этого… Я буду предоставлен сам себе.

Он вздохнул.

— Ральф, — спросил Джеймс, бросая в чемодан пару не подходящих друг к другу носков, — ты не хочешь поехать и провести Рождество со мной и моей семьей?

Ральф попытался выглядеть удивленным.

— Что? Нет, нет… Я совсем не хочу вклиниваться в ваше большое семейное собрание после всего, ты знаешь… Я не могу. Нет..

Джеймс нахмурился.

— Ральф, ты идиот, если не поедешь со мной на каникулы, я лично применю к тебе случайную трансфигурацию твоей же собственной палочкой. Что насчет этого, ну?

— О, это серьезная угроза! — воскликнул Ральф, затем его лицо озарилось улыбкой. — А твои мама и папа не будут возражать?

— Нет. Сказать по правде, со всеми этими людьми, которые там соберутся, скорее всего, они даже не заметят.

Ральф вытаращил глаза.

— Я имел в виду, я был… ты знаешь, на неверной стороне в дебатах и все такое.

— Они слышали это по радио, Ральф.

— Я знаю!

— И ты не сказал ни слова.

Ральф открыл рот, потом закрыл его. Он задумался на минутку. Наконец, он ухмыльнулся и шлепнулся на кровать Теда.

— Вижу, ты уже все решил. Итак, ты сказал, Виктория будет там?

— Не стоит особо зацикливаться на этом. Она же наполовину Вейла, как тебе известно. Это означает, что любой парень, приблизившийся более чем на десять футов, будет без ума от нее.

— Я просто хотел попытаться каким-то образом загладить свою вину перед ней. Ты же знаешь про тот инцидент в Дуэльном кружке.

Джеймс застегнул свой чемодан.

— Ральф, дружище, чем меньше ты будешь говорить об этом, тем лучше.

Следующим утром, во время завтрака Большой зал был почти пуст. Сильный утренний мороз вытравил в углах окон серебряные очертания папоротников, придававшие виду по ту сторону стекла седину и призрачность. Джеймс и Ральф скоро уезжали и разыскали Зейна за столом Когтеврана.

— Тебе реально повезло, Ральф, — сказал Зейн с ухмылкой, сжимая руками свою чашку с кофе. — Я бы отдал все, что угодно, лишь бы узнать, на что похоже волшебное Рождество.

— Сказать по правде, — сказал Джеймс, наливая себе тыквенного сока. — Я сомневаюсь, что оно оправдало бы твои ожидания.

— Возможно, ты прав. Даже в лучшее время я представляю его немного похожим на здешний Хэллоуин.

— Эй, Ральф, — сказал Джеймс, подталкивая крупного мальчика, — подожди, пока увидишь наш традиционный Рождественский парад привидений! Мы будем есть конфеты в виде летучих мышей и пить горячий шоколад из черепов эльфов!

Ральф заморгал. Зейн кисло посмотрел на них и закатил глаза.

— Да, да, безудержное веселье. Нет.

— Пойдем, — сказал Ральф, наконец, поняв шутку. — У тебя будет великолепное Рождество с твоей семьей. В конце концов, ты увидишь маму и папу.

— Да, конечно. Восемь часов полета до Штатов с моей сестрой Грир, которая весь путь будет расспрашивать про жизнь в сумасшедшей школе волшебства. Она будет разочарована из-за того, что единственный способ, которым я могу воздействовать на вещи своей волшебной палочкой, это толкнуть их ею.

— Нам не позволено применять магию нигде, кроме Хогвартса, — поучительно заметил Ральф.

Зейн проигнорировал его.

— И затем Рождество с бабушками, дедушками и всеми моими кузинами в Огайо. Вы не представляете какое это безумие каждый раз.