Чтение онлайн

Джейн и Рейчел обменялись прощальными обещаниями.

— Я буду писать тебе каждый день, — поклялась Рейчел, вытирая слезы, — а ты? Я в следующий раз дам синьору Негретти сразу семь писем для тебя. Пожалуйста, возвращайся скорее, не оставайся там слишком долго.

Джейн спросила, будет ли позволено Рейчел приехать в Хайбери.

— Мне бы очень хотелось показать ей мои любимые места, познакомить с бабушкой и тетей Хетти.

Миссис Кэмпбелл вроде бы отнеслась к этому предложению весьма благосклонно. Свежий деревенский воздух определенно пойдет Рейчел на пользу; она всегда отлично себя чувствовала и была абсолютно счастлива, живя в военных лагерях на далеких островах или в горах. Но полковник указал жене, что эта милость подорвет все предпринятые им меры дисциплинарного воздействия.

— Пусть эта парочка побудет некоторое время врозь. Обе узнают результаты неуважения и своеволия.

Таким образом, было решено, что Джейн останется в Хайбери на месяц. Потом, возможно, в зависимости от целого ряда обстоятельств, не названных, но понятных обеим сторонам, Рейчел позволят сопровождать отца, когда тот поедет за Джейн.

— О, я так надеюсь, что тебе разрешат! Тогда ты сможешь познакомиться с людьми, которых я люблю. Мы поедем в Донуэлл-Эбби и повидаемся с мистером Найтли…

Обещанный обмен письмами начался немедленно. Джейн подробно описывала день за днем свою незамысловатую жизнь в Хайбери, а синьор Негретти, в очередной раз приехав в Хартфилд, передал ей толстую пачку корреспонденции от Рейчел, которая писала уже совсем как взрослая, почти без зачеркиваний и грамматических ошибок, сопровождая свое эпистолярное творчество маленькими рисунками. Она поведала своей лучшей подруге, дражайшей обожаемой Джейн, что из Ирландии приехали Диксоны (полковник познакомился с ними, когда служил там). Родители, майор и миссис Диксон — энергичные, дружелюбные и хорошо воспитанные люди. Зато двое мальчиков, Мэтт и Сэм, — настоящие сорванцы, ставшие такими из-за того, что им всегда позволяли играть с ирландскими крестьянскими ребятишками. Они говорят на странном, почти непонятном языке, но все равно ребята добрые, дружелюбные и, надо признать, порой даже очень забавные. Полковник Кэмпбелл был невероятно возмущен их грубыми манерами, и это дало Рейчел большое преимущество: ее собственные недостатки сразу поблекли и даже отошли на второй план.

«Но все равно я скучаю по тебе каждый час, каждую минуту, возвращайся скорее, моя любимая дорогая Дженни. А пока сообщи мне все разведывательные сведения о Хайбери. Синьор Негретти говорит, что ты вернулась к урокам и практике в Хартфилде. Как поживает ужасная Эмма? Она так же ужасна, как всегда? Я почти надеюсь, что так оно и есть, потому что, если ты с ней подружишься, я буду ревновать. А как чувствует себя добрый и красивый мистер Найтли? Он такой же добрый герой, как раньше? Он возит тебя на верховые прогулки? В город приехали Черчилли, и миссис Черчилль приезжала к нам с Фрэнком. Она и папа заспорили о работорговле, и она дала ему резкий отпор. Фрэнк стал красивым юношей с приятными манерами, и по сравнению с ним мальчишки Диксонов кажутся настоящими дикарями. Вот их портреты, всех троих: Мэтт — это тот, кто с всклокоченными черными волосами. Папа сказал Мэтту и Сэму, что они должны брать пример с Фрэнка, и они чуть не умерли со смеху, потому что сочли Фрэнка снобом. Твоя преданная и любящая подруга Рейчел Кэмпбелл».

Джейн написала ответ и передала его синьору Негретти.

«Дорогая Рейчел, твои письма — радость для меня. Я смеюсь и плачу над ними и словно вижу Манчестер-сквер, твой дом и всех живущих в нем людей, когда читаю и перечитываю каждую строчку. Мне очень тебя не хватает. Но я рада, что у тебя есть компания и ты не скучаешь, и что ужасные мальчишки Диксон отвлекли от тебя внимание полковника. О твоем отце моя бабушка, мудрейшая женщина на свете, сказала любопытную вещь. Я поведала ей о твоих проблемах (знаю, ты не будешь на меня за это сердиться, ведь я вас обеих очень люблю), и она сказала: «Рейчел должна попросить о помощи Святого Духа».

«При чем тут Святой Дух?» — спросила я. Она ответила: «Фредерик (это мой дедушка, если помнишь, который был викарием в Хайбери) всегда говорил, что, когда человек в беде, в смятении или в опасности, обращаться следует к Святому Духу». «Но почему, бабушка?» — спросила я.

«Понимаешь, дитя мое, Бог Отец и Иисус очень заняты великими мировыми проблемами. Возможно, из-за своей занятости они не смогут прийти на помощь сразу. А Святой Дух, как викарий, всегда готов позаботиться о нуждах простых людей. — Она заверила меня, что Святой Дух часто ей помогал. — Скажи это своей подруге Рейчел, и она скоро убедится, что я права». Вот я передаю тебе ее слова и от всего сердца надеюсь, что совет окажется полезным.

Да, я видела ужасную Эмму. Она уже не такая пухлая, как была раньше, и стала, пожалуй, даже красивой. Но я все равно чувствовала себя равной ей, потому что впервые в жизни при нашей встрече на мне было красивое новое платье, причем мое собственное платье (за что я буду вечно признательна дорогой миссис Кэмпбелл), а не перешитое из ее обносков.

«Как ты живешь, Джейн? — спросила она, оглядев меня с ног до головы. — Тебе нравится в городе?» «Конечно, очень нравится», — ответила я и рассказала ей столько всего о наших посещениях театров и концертов, о том, как я видела короля и королеву на прогулке в парке и элгиновские мраморы, что она надолго замолчала. Придя в себя, она сообщила, что предпочла бы увидеть Розеттский камень и принцесс королевского дома, и поинтересовалась, правда ли, что модницы теперь используют зеленые тени для глаз. Знаешь, хочешь верь, хочешь нет, но мне стало ее жалко; она сидит в Хартфилде, как в тюрьме, и редко выходит даже с мисс Тейлор, а я теперь знакома с разными людьми, видела намного больше интересного, чем она. Представь себе, она не была даже в Кингстоне, потому что мистер Вудхаус теперь превратился в совершеннейшего инвалида.

Да, я видела дорогого мистера Найтли. Он повез меня на верховую прогулку (не на Джинджер, которую, к сожалению, продали, а на маленькой кобылке Дусетте — это настоящее сокровище). Мы проехали по деревне, а завершил прогулку великолепный восхитительный галоп. Признаюсь, я испытала огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие, самое большое из всех, что мне довелось пока здесь испытать (если не считать, конечно, встречи с бабушкой и тетей Хетти).

Мистер Найтли сказал, что его брат Джон наконец сделал предложение Изабелле Вудхаус — все знали, что рано или поздно это произойдет. Это повергло бедного мистера Вудхауса в смятение; он не может вынести мысли о замужестве Изабеллы и ее переезде в Лондон, где Джон сейчас изучает право. Потребуются годы, считает мистер Найтли, чтобы уговорить мистера Вудхауса. Эмма мне эту новость не передала, зато о ней много говорила тетя Хетти. Думаю, Эмма переживает — Изабелла всегда была добра к ней.

Диксоны все еще остаются с вами? Признаюсь, мне было бы очень любопытно познакомиться с мальчиками. А Фрэнк тоже живет в городе с тетей и дядей? Новый дом его отца строится, хотя и очень медленно; мистер Уэстон несколько раз заезжал и даже любезно предложил отвезти меня в Лондон, но все будет зависеть от того, согласятся ли твои родители. В погожие дни мы раз или два прогуливались, чтобы посмотреть дом, который будет называться Рэндаллс, потому что он строится на земле, принадлежащей фермеру Рэндаллу. Мистер Уэстон очень занят — он разбивает парк, сажает ели, ясени, акации, ломбардские тополя. Но только это место все равно никогда не будет таким красивым, как Донуэлл-Эбби, где живет мистер Найтли. Ну вот пока и все. Обнимаю тебя, моя дражайшая Рейчел».

Когда Джейн писала, что прогулка с мистером Найтли стала для нее самым счастливым временем в Хайбери, она нисколько не кривила душой. Мистер Найтли всегда казался ей лучшим, самым красивым, умным и добрым взрослым из всех ее знакомых (кроме, конечно, бабушки и тети Хетти), а теперь в сравнении со вспыльчивым, раздражительным полковником Кэмпбеллом он вообще стал образцом доброты, благоразумия и безупречности. По правде говоря, у полковника Кэмпбелла были самые добрые намерения, однако он нередко проявлял непоследовательность, поддавался эмоциям и ошибался, зато мистер Найтли, насколько Джейн было известно, всегда являлся примером высочайшего ума и доброты. Счастливой станет та, кого он сделает хозяйкой в Донуэлл-Эбби. Если, конечно, он когда-нибудь решится на такой шаг; тетя Хетти придерживалась мнения, что мистер Найтли никогда не женится, потому что во всем мире не найдется женщины, которая была бы достаточно хороша для него.

И лишь одно тревожило Джейн безмерно. Вопреки ожиданиям и в полном соответствии с предсказанием полковника она не была здесь абсолютно счастлива. Деревня была такой же очаровательной, знакомой и приветливой, как она и предвкушала; каждое дерево, листок, дымовая труба, черепичная крыша, каждый улыбающийся сосед и каждый кустик нарциссов согревали ей сердце. Бабушка и тетя Хетти были переполнены любовью и буквально лучились счастьем — ведь к ним вернулась их любимица. Также, хвала небесам, с ними, похоже, все было в порядке; зима, прожитая без нее, не сказалась неблагоприятно на их здоровье; соседи были добры к ним; при необходимости у них всегда была компания или помощь. Но уже через несколько дней, проведенных дома, Джейн была вынуждена признаться самой себе, что жизнь в Хайбери кажется ей монотонной и довольно-таки ограниченной; она, конечно, могла выйти из дома и пройтись по деревне, но это означало, что нужно бросить тех, кто так отчаянно нуждался в ее компании; и потом три комнатки действительно были маленькими и темными, в них было мало воздуха, зато слишком много мебели; странно, что она этого раньше не замечала. И еще здесь не было книг. А тетя Хетти так многоречива! Ненавидя саму себя, терзаясь чувством вины, Джейн не могла не стремиться обратно в просторные, скудно обставленные комнаты на Манчестер-сквер — дело в том, что миссис Кэмпбелл, как только в доме появилось достаточное количество стульев, столов и кроватей, немедленно потеряла интерес к дальнейшему обустройству жилища и погрузилась в деятельность благотворительных комитетов. Джейн не хватало большой, полной воздуха, классной комнаты, дружбы Рейчел, книг, уроков, даже резких замечаний мисс Уинстэбл и полковника Кэмпбелла, которой, когда пребывал в хорошем настроении, мог быть и забавным, и поучительным, например, рассказывая об Амьенском мире, следующих действиях Бонапарта и отношениях между королем и принцем Уэльским. А дома разговоры в основном касались побега нескольких свиней с фермы в Эбби и порчи ими капустных грядок мистера Перри, или слухов о том, что мистер Прайор счел работу викария слишком утомительной и заявил, что ему необходим помощник.