Чтение онлайн

— Джилл, пойдём. — Лео потянул её в обратном от дома направлении. — Раз так, сегодня лучше не ходить.

Джильда ничего не ответила. Лишь вырвалась из цепких лап брата и, сама толком не понимая, зачем, принялась ходить вдоль панорамных окон дома. Ее взору предстало внутреннее убранство. Интерьеры неброские, но практичные. И на вид приятные. Обилие воздуха в комнатах благодаря большому количеству света радовало глаз простором и свободой. В помещениях идеальный порядок — всё на своих местах, чётко и строго. Иногда она замечала слуг, аккуратно поправляющих непослушные вещи, выбившиеся из общей идиллии. Неожиданно в одной из комнат она заметила человека в инвалидном кресле. У него полностью отсутствовали ноги. Левая рука лежала на подлокотнике, сжатая в кулак. Правая держала рычаг управления. Лицо мужчины изъедено морщинами и шрамами. Бороду и короткие волосы заметно пробила седина. Джилл замерла перед стеклом. Человек смотрел прямо на неё тяжёлым немигающим взглядом, от которого бросало в дрожь. Однако девушка не отступила. Просто не смогла. Мужчина на коляске как будто гипнотизировал, точно удав свою жертву.

— Госпожа Джильда, — голос лакея вывел девушку из оцепенения, — лорд Таллин зовёт вас к себе.

— Кто? — не поняла она.

— Лорд Доминус Таллин, — медленно проговорил лакей, чтоб ей точно стало ясно. — Пройдемте! — вежливо указал он рукой по направлению ко входу.

Джилл послушно пошла за слугой. К ним примкнул Лео, но лакей не пустил его, сказав:

— Господин Леопольд, наш хозяин позвал только девушку. Пожалуйста, повеселитесь пока у бассейна. Лорд Таллин разрешает вам любую шалость. Если потребуется, за вами пришлют позже.

Лео, обменявшись с сестрой одобрительными кивками, дескать, она не против идти одна, с радостью помчался в живой цветник.

Джилл зашла в дом. Лакей проводил её до комнаты, где находился мужчина без ног. Завёл и запер за ней дверь, ничего не сказав и не спросив. Вероятно, таков приказ его хозяина, лорда Доминуса Таллина. Джильда ничего не оставалось, как просто стоять и ждать.

— Ну здравствуй, внученька, — мужчина на коляске развернулся к ней. Вблизи его лицо выглядело ещё более устрашающе. Да и вообще весь образ доверия не внушал.

— Здравствуйте… И как вы меня узнали? — старалась она держаться спокойно.

— Шутишь? — удивлённо поднял он густые брови, пронизанные сединой. — Вроде дурой не выглядишь.

— Глаза… — поняла она.

— Разумеется. — он приблизился к ней и начал ездить вокруг, как будто изучая. — Золото Таллинов… И как так получилось, что столь ценная фамильная черта появилась у незаконно рождённой!? Ублюдочная ветвь переняла почтенный цвет великого Керза!

— Что?! — она отскочила от него подальше. Ощущать рядом с собой этого человека стало неприятно.

— Да что слышала! — оскалился он. — Позорная ветвь рода! Нагулянная тварь! Как посмела явиться сюда?!

— Так. Вижу, диалога не получится. Всего хорошего!

Она предприняла попытку подойти к двери, но дед преградил ей коляской путь.

— Не так быстро, деточка! — хрипело безногое чудище, наводя ужас. — Раз ты здесь, послужи-ка общему делу. Доставь удовольствие. Охрана! — рявкнул безногий.

В комнату мигом ворвались трое мужчин агрессивного вида. Все в тёмной защитной форме, накаченные, точно шарики, готовые в любой момент броситься в бой.

— Почему трое? — недовольно буркнул дед. — Ещё один нужен. Троих для неё мало.

И тут же в комнате оказался ещё один страж. Разгоряченный вид охраны не предвещал ничего хорошего.

— Так. Проучите-ка её. — командовал дед. — Скрутите и изнасилуйте. Пустите по кругу! Пусть знает своё место!

У Джильды не осталось времени выяснять, что за хрень происходит. И почему дед отдал столь нелогичный приказ. Четверо охранников надвигались прямо на неё, хищно скаля зубы. Джилл спешно пыталась проанализировать ситуацию. Мозг яростно искал выход. Так. Расклад явно не в её пользу. Она даже с двумя обученными солдатами не справится, что говорить о четырёх? И зачем только она послушала Лео, дескать, здесь безопасно, и оставила пистолет дома? Ну что за безалаберность! И как теперь выкрутиться? Агрессивная четвёрка окружила Джилл, оставляя всё меньше и меньше шансов на спасение. А что дед? В этой же комнате остался. Он что, собрался наблюдать всё это действо? Поганый извращенец!

Внезапно Джилл осенило. Она совершила резкий выпад вправо. Как только солдаты ринулись за ней, девушка моментально сгруппировалась и кубарем выкатилась между ногами охраны из круглой ловушки в противоположную сторону. Обдурив обидчиков и получив секундное преимущество, она схватила фарфоровую чашку, стоящую на элегантном столике, резко ударила её о столешницу. Осколки тут же врезались в ладонь, выступила кровь. Джилл, не обращая внимания на разрывы кожи, схватила один из острых кусков разбитой кружки и мигом очутилась рядом с колясочником. Она повернула деда к себе спиной, схватила его за волосы и приставила осколок к его шее.

— А ну назад! — заорала она солдатам. — Ещё шаг — и я перережу вашему хозяину горло! — для убедительности она надавила куском фарфора на кожу так, что выступила капля крови.

— Госпожа, вы всё не так поняли! — заявил один из охранников, выставляя вперёд раскрытую ладонь. — Наш приказ — напугать вас. Мы бы не стали делать с вами ничего дурного!

— Ага! — быстро дышала она от напряжения. — Так я вам и поверила! Вышли все из комнаты! Живо! Иначе ваш дорогой обрубок перестанет дышать!

— Идите, — отдал команду схваченный дед, — и позовите Лео. Нам она не поверит.

Получив "добро" от хозяина, солдаты удалились. Через минуту в комнату вбежал растрёпанный Леопольд — видно, уже начал веселиться у бассейна. Когда брат вошёл, Джильда всё ещё держала деда за шею.

— Кузина Джилл! — глаза братца округлились. — Ты чего? Это ж дед!

— Этот кусок дерьма хотел меня опозорить! А до этого поносил, на чем свет стоит! Это тебе он — дед. А по мне — так это падаль обыкновенная! Обрубок недорубленный! — теперь ругательства сыпались из её рта.

— Да дед шутит! — пытался вступиться брат. — Я ж тебя предупреждал. Он странный. Но Таллинам ничего не сделает!

— Я для него не Таллин, а позорная ветвь! Шутит, говоришь? Вот я сейчас этому старому отморозку выколю глаз — это будет моя смешная шутка. Все поржем! Обрубок! — тряхнула она деда. — Как тебе идея?

От всплеска адреналина она совсем потеряла тормоза. Говорила всё, что взбредёт в голову.

— Хорошая идея. — выдавил хриплым голосом дед и даже прихихикнул. Из-за сдавленной шеи он не мог нормально говорить. — Только коли в правый — он хуже видит, чем левый.

Джилл невольно взглянула на безногого. И… Тот улыбался. Вид его полностью переменился. От былой жути не осталось и следа. Этакий милашка-улыбака. Джилл вдруг расхотелось калечить калеку, и она отпустила родственника.

— Что, испугалась? — освободившиеся дед отъехал в сторону. — Ну не сердись. Так нужно. Сама посуди, как ещё понять, из какого ты теста? Долгие разговоры и нудные беседы вполне могут оказаться неправдой. Любой о себе с три короба наврёт, дай только волю. А перед лицом опасности человек раскрывается. Показывает свою суть. Сразу всё на свои места становится. А ты хороша! — довольно заявил он. — Не растерялась, но и на рожон не лезла. Выкрутилась! Эх, помню, мы с Керзом твою маму в яму с волком кинули. Как она ловко билась! Страсть!