Джим Хокинс на острове с сокровищами
Шрифт:
Матросы были крайне огорчены произошедшим, так как все, включая Джима, надеялись как можно скорее высадиться на сушу и немного «раскидать» по торговцам тот скарб, счастливыми обладателями коего они стали за последнее время, схватившись с пиратами и разбойниками на двух островах и обзаведясь на них же, многими лишними, на корабле, безделушками.
«Саффолк» барражировал вокруг Мартиники особо не встревая в конфликты, даже если его просили о помощи британские капитаны судов и отвечая им вежливым отказом, когда случился скандал: одним из покупателей трёх пиратских двадцатипушечных кораблей, недавно захваченных англичанами — оказался представитель Вест-Индской компании именно королевства Англии и Шотландии!
Узнав что суда продаются не частными людьми или французами, а соотечественниками, которые обязаны были бесплатно или за символическое вознаграждение их отдавать на нужды Компании — клерк тут же отплыл на скоростном шлюпе на Ямайку и пока «Саффолк» и все члены его экипажа томились ожиданием первой солидной сделки по захваченным ими судам, на его борт прибыла комиссия: в составе вице-губернатора, представителя адмиралтейства в колониях, и нескольких чиновников и младших директоров Компании.
Засвидетельствовав наличие трёх неучтённых судов, с офицерами «Саффолка» на борту, в гаванях Мартиники и тайно проведя переговоры о продаже с ними — комиссия взошла на борт самого «Саффолка» и вскоре стали известны невероятные подробности встречи вице-губернатора и офицеров корабля: капитан корабля арестован и отправляется спешно в Кингстон, а вскоре — прямо на суд в Британию! Первый помощник становится новым, исполняющим обязанности, капитаном, до дальнейших распоряжений и «Саффолк», пополнив свои запасы на Ямайке и там же будучи тщательно обыскан администрацией острова на наличие каких ещё «чрезмерных и излишних» вещей, на своём борту — немедленно отправляется на Мадейру, для выполнения новых миссий уже в Европе.
Суда пиратов были конфискованы в пользу короны и как узнал Джим уже много позже, выкуплены Вест Индской компанией за смехотворную сумму на аукционе, и вполне приличную взятку, губернатору.
Дамы, бывшие в офицерских каютах, после расследования комиссии что это не проститутки и что офицеры «Саффолка» не совершенно забыли о дисциплине — были отправлены, вместе с арестованным капитаном судна, скоростным шлюпом на Ямайку, откуда их уже пассажирским кораблём возвращали в Старый Свет.
Настроение в команде «Саффолка» сменилось: если раньше все с нетерпением ждали очередных премий, за продажу призовых судов и отличной гулянки в Кингстоне, то сейчас офицеры были подчёркнуто строги к матросам и солдатам, не говоря уже о юнгах и наказывали за малейший промах, боясь новых расследований и наказаний, уже для себя самих.
Были проведены новые массовые обыски на корабле и матросы «Саффолка» лишились большинства своей добычи, прежде ими захваченной и негласно разрешённой прежним капитаном судна.
Бунта не вспыхнуло, но попытки к такому предпринимались и Джим сам, через пару дней после обыска, видел повешенного боцмана: что агитировал команду «захватить корабль и вернуть славные времена Эвери!»
Вновь оказалась потерянной и общак «пороховых обезьян», что привычно хранился мальчишками в их кубрике.
Юнг слегка прибили, за то что утаивают и хранят подобные ценности у себя, совершенно оборзев и не делясь со старшими, но на этом всё и закончилось.
Хокинс, у которого после его несколько неоправданного нападения на Клопа были натянутые отношения с остальными юнгами, спокойно и уверенно вернул, ранее хранившееся в гальюне, под досками сиденья, зеркальце с драгоценной оправой — объяснив что его не так поняли и на самом деле он с самого начала просто опасался постоянных обысков взрослыми их, юнг, помещений и отбирания добычи.
Малыш Клоп вновь восхищённо глядел на своего, такого умного, друга. Старшаки хмыкали и говорили, что если Джим такой умный — мог бы и всю остальную кассу и добычу где удачно пристроить, а не одно лишь зеркальце. Новички южане цокали языками и показывали Хокинсу большой палец, о чём то постоянно тараторя на своём языке.
Когда прибыли на Ямайку, выяснилось что сходить на берег никому нельзя и после пары дней пополнения припасов судно немедленно отправилось вновь в Европу, на остров Мадейру, принадлежавший португальской короне.
Юнги переговаривались что скорее всего их вновь направят на берберов, что бы погасить активность тех в Средиземном море.
Иные считали что более похоже на попытку вернуть корабль в Англию и провести показательный суд над офицерами, часть которых арестуют на Мадейре, что бы не сбежали с боевым кораблём, как ранее сделал вспоминаемый многими Эвери, а уж на Мадейре — можно безболезненно менять командование судном, не опасаясь бунта или побега всей команды с большим военным кораблём куда прочь: от флотилий британской короны там не убежишь, особенно без пополнения припасов после долгого перехода.
Глава шестая: «Помощь негоциантам и первая женщина Джима»
Возвращение в Европу оказалось не столь радостным, как многие предполагали: в основном из-за ареста прежнего капитана «Саффолка» и угроз расформирования нынешнего корабельного офицерского состава и возможных судов, уже над командой.
Однако ничего страшного на Мадейре не случилось: корабль на острове ожидал уже новый командир, присланный из Лондона и после представления команде выяснилось, что на самом деле решено не проводить дальнейшего расследования — этого очень не хотела сама Компания и руководство колоний, а просто временно убрать «Саффолк» от выполнения противопиратской деятельности и направить его на иные задачи.
На Мадейре судно простояло три недели, восполняя припасы и дополучая израсходованные почти что полностью, на Карибах, порох и ядра, порядком истраченные за время рейдов против тамошних пиратов и постоянной но бессмысленной пальбы по ним, когда быстроходные шхуны морских разбойников уплывали прочь от «Саффолка».
В отличие от Ямайки, офицеров и моряков теперь редко выпускали на берег, так как англичане постоянно, в пьяном виде, задирали португальцев и местным властям надоели дуэли между офицерами иноземцами и собственными аристократами или поножовщины матросни в тамошних тавернах.
Сидеть безвылазно на судне казалось адски мучительно и Джим, и прочие юнги, искали хоть какое занятие что бы немного развеяться: отпрашивались с поручениями как гонцы, убирали или перетаскивали грузы из трюмов, выпрашивали дополнительные занятия по обучению по подносу пороха к орудиям и тому подобное, что позволяло убить очередной, совершенно такой же как и предыдущий, похожие друг на друга, дни томительного ожидания отплытия.
Поход на Карибы несколько примирил две группы юнг, «стариков», из англичан и новеньких, набранных на Мальте и сейчас они вполне мирно себе сосуществовали, почти не ругаясь между собой.