Чтение онлайн

Агрессивно настроенный чужак поднялся выше, выцеливая беглеца и веером расстреливая попадавшиеся под прицел пирамиды. В кильватере за ним вытянулась цепочка огненных всплесков, вычерчивая траекторию погони, вызванной каким-то недоразумением (была надежда) либо стечением обстоятельств.

Однако продолжаться долго погоня не могла, слишком разительно отличались возможности небольшой воздушной машины и спейсера, способного разнести в пыль весь город сразу. И даже экстрасенсорика Игната, возбуждённая экстремальной ситуацией до состояния инсайта, не давала ему особых преимуществ.

«Помогай!» – передал он Лилии чувство страха, не имея возможности попросить её об этом вслух.

Лилия «подсоединилась» к нему, что тут же сказалось на состоянии пилота (он почувствовал глоток свежего воздуха), но было уже поздно, машина с трудом увернулась от огненного клинка и напоролась боком на ребро пирамиды.

Вскрикнула Лилия.

Удар бросил воздушную машину к соседнему сооружению – в форме столба с фестонами, и бликующий огненный высверк снёс ему корму.

– Прыгай! – крикнул Игнат, изворачиваясь таким образом, чтобы уберечь Лилию от броска вверх.

Затем его сплющило о косо уходящую в небо плоскость – грань пирамиды, и он едва не потерял сознание от боли в позвоночнике. Включил антиграв костюма, перестал беспомощно крутиться на косом склоне, но не увернулся от брызнувших сверху камней – преследователь очередным выстрелом разнёс куттер на дымящиеся лохмотья, и был погребён под лавиной обломков рухнувшей на него стены.

Тем не менее столкновения с самыми большими глыбами он избежал благодаря вовремя заработавшему подсознанию, реагировавшему на опасность в десять раз быстрее сознания. Сбросил навалившуюся на плечи гору мелких камней, поискал глазами Лилию.

Подруги нигде видно не было.

Зато из-за пирамиды справа выплыла жидкометаллическая полусфера, накрыла его ощутимо массивной тенью.

Заработала вдруг рация «кокоса»:

– Кого это я подстрелил?

– Чёрт бы вас побрал! – опомнился Игнат. – Вы что, с ума сошли?! Стреляете на поражение!

– Прошу прощения, принял вас за нехороших парней, вздумавших выяснить отношения.

Игнату показались знакомыми нотки голоса неизвестного командира космолёта.

– Кто говорит? Что это за спейсер?

Ответили не сразу:

– Странно, мне кажется, я уже слышал этот голос.

– Хорст!

– Ромашин-младший! – хмыкнули в ответ. – Надо же, какая встреча! Само провидение посылает мне подарок! Ты один?

Игнат наконец разглядел Лилию по другую сторону кучи обломков полуразрушенного столба. Хотел броситься к ней, пытаясь установить мысленный контакт, но между ним и лежащей без движения девушкой вонзилось в «бетон» полотнище сиреневого пламени.

– Стой, где стоишь, младший! Я уже вижу, что ты не один. Удачно я здесь вышел. Кстати, где?

– В Караганде! – вырвалось у Игната. – Дай пройти, она без сознания.

– Она? Чудесно. У тебя есть спутница. Будет интересно познакомиться с женщиной самого Игната Ромашина. – В голосе Хорста прорезались глумливые интонации. – А вот тебе не повезло, гриф, несмотря на то, что я оказался не в том месте и не в то время.

– Пропусти!

– Не дёргайся, Ромашин, ты в прицеле «глюка». Одно движение – и от тебя останутся одни воспоминания! Что это за место?

Игнат включил антиграв, рассчитывая успеть долететь до Лилии, но перед ним снова вонзился в покрытую копотью спёкшуюся корку «бетона» сноп огня.

– Не брыкайся, я сказал! Отвечай на вопросы!

– Выйди сюда, если ты мужчина!

– Э-э, герр Ромашин, мы это уже проходили, больше не хочется, ты дерёшься не по правилам.

– Я дерусь не по твоим правилам?

– Что за гнусные намёки? Заруби на носу: везде и всегда правила устанавливаю я! Последний раз спрашиваю: что это за место?

Мысли стремительно крутились в голове, положение казалось безнадёжным, Лилия не отвечала, и в отчаянии Игнат метнул в небо мысленный крик:

«Помогите кто-нибудь!»

Сноп огня вонзился в «бетон», проделывая в нём глубокую яму, совсем рядом. Игната отбросило в сторону.

– Больше спрашивать не буду!

Сознание затопила тёмная ненависть.

– Будь проклят!

– Наконец-то я услышал что-то понятное, – хохотнул невидимый собеседник. – Что, герр Ромашин, нервишки шалят? Каково это – чувствовать близкую гибель? Да и спутницу свою оставлять навсегда? Мне как раз понадобится материал для… гм, исследований.

Из бликующего корпуса космолёта метнулся вниз, к «бетонным» буграм, ручеёк жидкого металла, воскрешая в памяти быстрый язычок хамелеона, хватающий зазевавшуюся букашку, дотянулся до неподвижно лежащей девушки, обхватил её и втянулся обратно.

– Не-ет! – запоздало прыгнул вперёд Игнат.

В ответ раздался хохот.

– Прощай, младшенький. Как там у вас говорится в подобных случаях? Встретимся в другой жизни? Боюсь, другой жизни у тебя уже не случится.

Длинное прозрачно-голубое пламя соединило корабль и осколки пирамиды. Но за мгновение до этого Игнат рванулся в сторону, опережая стрелка, и разряд «глюка» миновал его, хотя и опалил правый бок «кокоса».

И всё же он не смог бы долго состязаться с инком корабля, реакция которого превосходила его собственную в десятки раз, несмотря на состояние инсайта. Дважды Игнату удавалось предвидеть вектор атаки и спасаться рывками антиграва на форсаже. Третий выпад должен был оказаться последним. И в этот момент в неравный поединок вмешалась третья сила.

Сверкнувший разряд внезапно вонзился в невесть откуда взявшуюся преграду, разлетелся гаснущими дымными струями.

Преграда, сначала неясно видимая, похожая на ажурный кружевной куст мха, обрела плотность, превратилась в чёрную текучую глыбу, покрытую интерференционными узорами мелких волн.

Игнат опёрся спиной о камень, с трудом удерживая фокус зрения на глыбе, диаметр которой, казалось, то уменьшался до двух-трёх метров, то увеличивался до полусотни.

– Die Schneeflocken! – донёсся до слуха изменившийся голос Ульриха Хорста. – Моллюскор?!

Глыба перестала плескаться сама в себе, выстрелила в сторону космолёта чёрный рукав, напоминающий щупальце спрута.

Навстречу щупальцу с шипением змеи вылетела голубоватая молния разряда, разбрызгала верхние «присоски», однако брызнувшие во все стороны чёрные капли тут же соединились в мускулистый «язык», вонзившийся в борт корабля как нож в масло.

Блистающая полусфера сдала назад, но щупальце продолжало разъедать корпус, проделывая в нём звездообразную дымящуюся дыру, и пилот корабля принял единственно правильное решение.