Чтение онлайн

В магазине карабина патроны шли парами – два целевых, оболочечных и две «полуоболочки», снова два целевых и так далее, все тридцать штук. Перед стрельбой я отстегнул магазин и выщелкнул два верхних патрона под изумлённым взглядом спутника, вернул магазин на место и передёрнул затвор, следующий шаг – выставил планку прицела на «3». Стрелять придётся практически в ноль при имеющейся дистанции, без поправок, а полное безветрие и ясная погода создают условия близкие к подземному тиру.

С лошади слезать не стал, точно зная, что та не раз слышала выстрелы и не взбрыкнёт.

Прицелился в телёнку шею, где имеется больше всего кровеносных крупных сосудов и уязвимых точек вроде шейных позвонков. Даже не раздробив кость, пуля контузит позвоночный мозг, что приведёт к временной парализации или потери сознания. Уже не раз видел на охоте в родном мире еще до того момента, когда стал магом, как пуля попадала в хребет лосю или оленю, но не пробивала тот, максимум откалывала отростки без повреждения мозга, но при этом зверь тут же падал, как в нокаут.

Выстрел!

Лошадь подо мной всхрапнула и переступила ногами на месте от неожиданного грохота над головой.

Стадо зашевелилось, коровы и молодняк стал смещаться в центр, быки вышли на край, самые крупные встали с нашей стороны и направили лобастые мохнатые головы на нас. Заметили людей животные уже давно, но не посчитали за опасность, здесь ещё не дошли белые до полного геноцида индейцев и их кормовой базы, когда бизонов стреляли лишь ради языков, а иногда и просто так, лишь бы индейцам не досталось животное. А технологические требования сильно снижены по сравнению с моей Землёй. Это у меня шкуры бизонов идеально подходили на ремни для станков, а здесь с помощью магии и алхимии с этим делом намного проще.

Теленок, по которому я стрелял, неподвижно застыл на месте, опустив голову к земле и широко расставив ноги, через несколько секунд запрыгал вслед за коровой и своим братцем, которые уже скрылись за крупами быков, но вдруг зашатался и остановился. Так он и стоял полминуты, пока внезапно у него не подломились передние лапы, и он упал на землю.

– Тебе просто повезло, - с досадой и, кажется, злостью сказал траппер. – Свали самого большого быка!

– Уговор был только на телёнка, Редж, - возразил я ему. – Я его выполнил – вон валяется тушка.

Вместо ответа траппер вдруг громко гикнул, отчего моя лошадь испуганно шатнулась в сторону и присела, после чего хлестнул своего мерина и рванул с места в галоп в сторону бизонов.

Кричащего человека животные подпустили метров на сто, после чего коровы вместе с телятами бросились от него прочь. Следом за ними помчалась большая часть быков и только самые здоровые и вожак, всего трое, остались на месте, поджидая странное опасное существо, издающее громкие пугающие звуки.

Траппер по дуге промчался мимо заслона и понёсся следом за стадом, уверенно нагоняя бизонов. Приблизившись метров на пятьдесят к хвосту, он прямо на ходу вскинул свой мушкет и быстро выстрелил. Сразу после этого он стал уходить вбок, чтобы не оказаться между молотом и наковальней – стадом и разъярёнными обманом быками. А от стада стала отставать одна корова, которая заметно припадала на зад, вместе с ней отставал от общей массы мохнатый рыжий теленок, совсем мелкий, в полтора раза мельче моей добычи.

Корова несколько раз издала странные звуки, что-то похожее на смесь хрюканья и лосиного рёва, но стадо продолжало нестись прочь. Через минуту раненое животное остановилось, замерло, сделало несколько шагов и рухнуло на бок, на траву, где забилась в короткой агонии.

За это время Реджинальд отъехал в сторону и перезарядил своё оружие, чтобы потом пристрелить телёнка, который так и стоял рядом с затихшей бизонихой.

Когда стадо унеслось далеко от нас, я шал шпоры лошади и направился к своей добычи.

Моя пуля угодила точно в крупную шейную артерию, вырвав кусок мышц и шкуры на выходе. Телёнок просто очень быстро истёк кровью. Хотя, какой он теленок, навскидку в нём килограмм под двести будет, не всякий олень может похвастаться таким весом. Это на фоне стада, огромных быков, в которых как я позже узнал живого веса было свыше тонны и рост под два метра, моя добыча смотрелась малявкой, молокососом.

– Я впервые вижу такое оружие, мистер. Откуда оно?

В голосе траппера появилось уважение и немалый интерес, когда он увидел, на что способен карабин из будущего.

– Из России, - легко признался я и ведь ни на йоту не обманул.

– И много там подобного оружия? Дорогое?

– Сейчас найти практически невозможно, но в будущем им завалят все магазины. Вот только на нашем веку мы этого не увидим, Редж.

– Жаль, - почти с физической болью простонал спутник. – Мне бы такой мушкет и с краснокожими было бы покончено на наших землях.

– Юридически, Редж, это их земля, а вы обыкновенные захватчики, - не удержался я, чтобы не вставить шпильку.

– Это наша земля, моих родителей земля, моя земля! – с пафосом произнёс тот в ответ. – Рано или поздно мы их уничтожим или прогоним в горы, где им и место.

– Это точно… и скорее рано, - согласился я с ним, но тут же подумал, что в этом мире всё может пойти не так, как у меня. Уже сейчас слишком много расхождений в истории, да и индейцы вполне себе вольготно чувствуют на равнинах и в горах Северной Америки с успехом отбиваясь от нападок бледнолицых. И всё благодаря магии, которая имеется с обеих сторон. Это не с луками против пушек и залповой стрельбы из мушкетов идти, тут шаман и даже ученик шамана запросто заткнёт за пояс иного дипломированного мага. Полностью прогнать европейцев им не позволяет только разобщённость и кровавая вражда, чем бледнолицые с успехом пользуются, стравливая одни племена с другими.

– А что ты достал за блестящие штуки из этой гнутой коробки на штуцере снизу? – спросил вдруг траппер, которому покоя не давало моё оружие.

– Вот эти? – я вынул из кармана два целевых патрона.

– Ага. Они золотые никак? – сглотнул траппер и жадно посмотрел на жёлтые остроносые цилиндрики в моей руке.

– Золотые? Нет, конечно, - улыбнулся я. – Это специальный алхимический состав, он очень дорогой, потому и цвет такой показушный. Соскабливать его не имеет смысла, так как после того, как им была покрыта пуля, свою ценность он потерял, зато сам заряд стал дороже.

– Им можно стрелять из моего ружья? Нет?

– Нет, - подтвердил я его опасения. – Только из этого карабина, - я хлопнул по прикладу «калашоида», который лежал передо мной на передней луке седла. – А из него ещё нужно учиться стрелять и ухаживать, это не мушкет или штуцер, тут очень много мелких и точных деталей, которые легко выйдут из строя от грязи и порохового нагара.

– А научишь? – не унимался спутник.

– Нет. Я не вижу в этом смысла, Редж. Если когда-нибудь сюда и придёт партия подобных карабинов, то вместе с ними появится и специалист, который научит покупателей всем нюансам. А пока что в этой местности такой тип оружия всего один.