Чтение онлайн

Черновой план готов. Это вам не стекляшки ювелирам продавать…

Руслан налил себе коньяка в бокал.

– Тот самый Сашка? – вспомнил журналист, – Которого ты в клуб Гессе притащил?

– А что? Парень видный, красивый, мускулатура рельефная. Позанимается немного – и можно будет на конкурс выставить. Я тут, – наклонился Ратников к Руслану – хочу организовать в Луге конкурс бодибилдинга этой осенью. Как вы считаете, хорошее дело?

– Отчего же плохое?

– Вот и я так же Сашке говорю. А он "стесняюсь, стесняюсь". А теперь и вовсе в столицу уезжает…

"Вот так. Кто приказчиков гнобит по двенадцать часов без выходных, а кто конкурсы бодибилдинга устраивает… И все это – в Луге царской России. Хотя… Если подумать, ничего за сто лет не изменилось: у нас тоже есть те, кто из менеджеров готов сок давить и круглосуточно работать заставить, а есть и энтузиасты, вроде Ратникова. Уж лучше вторые, чем первые… Значит, едем в гости к господину Фрезе".

Громов опять попытался изловить Руслана и что-то выспросить об Америке, Ратников подкручивал усы и предлагал завтра подойти к проходной и поговорить с племянником лично, у того в городе были какие-то знакомые, которые его собственно и сманили на автомобильную фабрику, Руслан пытался отвечать им обоим…

– Господа, господа, – жалобно вскричал Виктор Андреевич, – может все-таки в винт?

Раннее утро… Девчонки наверняка спят без задних нот. Руслан, тихо урча мотором УАЗа, подкатил к гостинице. Мысленно поблагодарил всех святых, за то, что до сих пор не создали ГАИ: коньяком от него пахло так, что оштрафовали бы даже без трубки.

На стук открыл заспанный парень со складкой от подушки на лице.

– Господин Лазаревич? – приподнял он керосиновую лампу и пропустил Руслана.

Пройдя по коридорам, Лазаревич осторожно постучал в дверь номера. Ключа у него не было, да и девчонок беспокоить не хочется.

Руслан поддернул рукав своего "американского" пиджака и взглянул на часы. Чтобы не светить мобильник он надел наручные часы, которые до этого лежали в бардачке УАЗа. Браслет ослаб и расстегивался. Был и еще один недостаток: в свое время к скромным кварцевым часам в корпусе из желтого металла Руслан прикупил браслет, из такого же желтого металла. Как бы его не приняли за миллионера, с такими-то часами. Слава богу, их под рукавом не видно.

Дверь тихо приоткрылась, выглянула Юля. Сонная, в длинной белой ночнушке, с распущенными черными волосами.

– Ты вылитая девочка из "Звонка", – усмехнулся Руслан и потянул, развязывая, галстук.

– А ты – вылитый алкаш. Сколько проиграл?

– Обижаете, барыня. Выиграл.

В предложенный винт Руслан играть не умел, поэтому он назвал преферанс, в надежде, что игра здесь незнакома и будет удачный повод увильнуть. К сожалению, преф здесь уже прекрасно знали, и пришлось играть. Вот только все остальные играли хуже Руслана, видимо, эта игра не входила в круг их предпочтений.

– Пять рублей, девятнадцать копеек.

– О, так мы теперь будем зарабатывать на жизнь карточной игрой?

– Ага, сейчас. Сегодня повезло, а в следующий раз я наткнусь на мастера или на шулера. Черта с два я еще возьму карты в руки.

Больше всех проиграл Громов. Ему бы везло больше, если бы он не психовал и не возмущался. А самый большой выигрыш – восемнадцать рублей с мелочью – достался спокойному Ратникову.

– Как вы тут без меня время проводили? – сонно спросил Руслан, залезая под одеяло.

– Песни пели, – буркнула Юля.

– Так, стоп. Какие песни?

Руслан печально разглядывающий в зеркало свою утреннюю, сильнейшим образом небритую физиономию – при том, что бородой это все равно нельзя было назвать – внезапно вспомнил ночную фразу Юли.

– В смысле? – глаза жены были такими невинными, что Руслан сразу же заподозрил неладное.

– Юля, ЧТО вы пели?

– Разные песни.

– А поконкретнее?

– Разные.

Руслан сел:

– Юля. Я понимаю твои музыкальные вкусы, но, боюсь, блэк-металл для 1910 года – слишком круто.

Жена Руслана в молодости увлекалась металлической музыкой и даже была вокалисткой в группе "Мертвые рыцари".

– Юля, скажи мне, что вы не пели песни из репертуара Black Sabbath и Immortal.

– Мы тихо пели, – обиженно заявила она.

– Значит, все-таки пели?!

– Ты сам запретил нам выходить!

– Аня!

Дочка подавилась зубной пастой:

– Что?!

– Хоть бы ты маме сказала!

– А было прикольно.

– Не сомневаюсь… Так вот, девочки. Строиться, выходить!

Юля и Аня выстроились в неровную шеренгу из двух человек. Руслан прошелся вдоль них туда-сюда:

– Если мы хотим нормально здесь жить…

– Если хотим до шлема добраться… – пробормотала Юля.

– До какого шлема? Тьфу, да ну вас! Сядьте.

Девчонки плюхнулись на кровать.

– Я, – Руслан сел на стул верхом и оперся подбородком о спинку – решил поехать в Питер. Там есть автомобильная фабрика, возможно, там нужны инженеры… Молчать! Да, я не инженер, но в машинах-то я разбираюсь. И руки у меня из положенных мест растут. Так что, если повезет, справлюсь. Но если вы собираетесь на каждом углу вести себя как пришельцы из будущего – нас разоблачат еще здесь, в Луге. И не знаю, что сделают. Не хочу, чтобы мою судьбу решали господа жандармы или чтобы мою жену изучали седобородые дядьки-ученые. Поэтому как нужно себя вести?

– Мы тихо пели, – покаянно ответила Юля, – Правда, тихо. Не для металла тихо, а на самом деле.

– Папа, – подняла взгляд Аня, – а мы увидим царя? И Распутина? С бородой?

– И с бородой и с хвостом… Собирайтесь. Поедем на лесопилку.

– Ух ты… Настоящий стимпанк…

Юля не увлекалась паровыми машинами, но о пристрастии мужа знала.

Пейзаж действительно был соответствующий. Высокий забор из неструганых и некрашеных желтых досок, за ним – треугольные крыши завода с высокими кирпичными трубами, из которых валил белый дым. За заводом виднелась река, запруженная бревнами.

– Руслан, наверное, именно в таком стимпанке ты хотел бы оказаться?

– В стимпанке хорошо быть, если ты – не рабочий. А мы пока вообще неизвестно кто.

Юля призадумалась.

Руслан тронул машину и съехал вниз по улице к калитке проходной:

– Могу ли я увидеть господина Ратникова? – поинтересовался он у охранника.

– Отчего ж не можете, господин? Витька!!! Отыщи мастера кузнечного, до него пришли!

Ратников появился через несколько минут. Уже не в костюме, а в рабочей одежде: сапоги, мешковатые штаны, куртка, картуз. Теперь он гораздо больше походил на кузнеца, пусть и с усами-колечками.