Джон Леннон в моей жизни
Шрифт:
«Ну что ж, Пит, — начал кто-то, — я надеюсь, тебе известна цель нашего совещания, и что Джон сообщил тебе все, стоящее на повестке дня.»
«Вообще-то, не совсем, — сказал я. — Неплохо было бы, если бы кто-нибудь из вас сообщил мне, о чем здесь идет речь.»
К моему удивлению, за этим простым вопросом последовало долгое молчание. Каждый из собравшихся оглядывал сидящих за необъятным столом и ожидал, что первым заговорит кто-то другой. Наконец, Клайв Эпстайн прочистил горло и сказал: «Ну, насколько я понял, «Эппл» будет выпускать поздравительные открытки, и ребята уже дали согласие сочинять для них короткие стишки.»
Хотя слова Клайва повлекли за собой еще несколько подобных «личных разумений», они показались мне несколько нереальными и странными. У меня начало складываться впечатление, что меня занесло на чаепитие к Сумасшедшему Шляпнику, особенно после того, как Терри Доран повернулся ко мне и сказал: «Слава Богу, Приехал ты, Пит! Как видишь, здесь никто никого не понимает и не знает. Поэтому для организации всего этого дела нам и нужен такой человек, как ты.»
И только тут до меня дошло. Я вдруг понял, что все сидевшие вокруг почему-то были убеждены, что именно Я — почти без чьей-либо помощи — должен организовать многомиллионное предприятие БИТЛЗ! Не какой-то там магазинчик одежды (представляете?!), — а весь тот таинственный новый конгломерат, о функциях которого никто еще и не задумывался. Не успел я оправиться от замешательства, все, как один, встали со своих мест. «Поздравляю, поздравляю, Пит!» — выпалил Терри и, пожав мою руку, тут же шмыгнул за дверь. Все остальные счетоводы, адвокаты и прочие адъютанты БИТЛЗ, не теряя времени, последовали его примеру. «Удач и успехов, Пит! — говорили они. — Были очень рады повидать вас, м-р Шоттон! Всего хорошего, до свидания!»
Один только Элистер Тэйлор, известный своим пристрастием к коктейль-бару, счел уместным «побыть рядом со знаменитостью». «Ну что, Пит, отпразднуем и выпьем по этому поводу, а?» — подмигнул он. После того, как мы налили себе по скотчу, Элистер предложил тост за мое здоровье и успехи. «Поздравляю! Добро пожаловать в «Эппл» и всяческих тебе удач! Если что-то понадобится или я чем-то смогу быть полезен, сразу дай мне знать.»
Быстро опорожнив свой стакан, он тоже хлопнул дверью, оставив меня наедине с огромным столом. Я даже не знал, плакать мне или смеяться. И, поскольку делать больше было нечего и поговорить не с кем, мне также ничего не оставалось, как поехать домой.
Вернувшись в Кенвуд, я ворвался в утреннюю комнату. «Что это за чертовщина, Джон? — возмутился я. — Они все думают, что я заправляю и руковожу всей компанией!»
«Все правильно», — улыбнулся Джон.
«Ничего себе! Я всего-навсего был директором крохотного магазинчика на Хэйлинге. А ты хочешь, чтобы я возглавил какую-то ё…ю «Эр-Си-Эй» или еще похуже!»
Вместо ответа Джон залился истеричным хохотом.
«Я рад, что тебя это забавляет, — без улыбки сказал я. — Это твоя ё…я компания и это твои деньги на нее тратятся…»
«Все это х…ня, Пит, — сказал он. В двух словах ситуация такова: нам сообщили, что у нас есть 3 миллиона фунтов, которые, если мы не пустим их в оборот, заберут в виде налога. Значит, нам попросту нужно растратить их к ё…й матери! Так почему бы нам не пустить их в бизнес и немножко этим не позабавиться? Если получится — прекрасно, тогда у нас появится еще больше миллионов, которыми можно будет играть. А если нет — какая х…я разница! Это же те деньги, которые все равно забрали бы сборщики налогов!»
В конце концов БИТЛЗ решили, что их новую империю бизнеса, которую Пол остроумно прозвал Apple Corps (1. Корпорации «Эппл»; 2. Яблочные трупы — прим. пер.) — нужно разделить примерно на десяток субсидируемых компаний, каждая из которых будет заниматься определенными службами или выпускать товары. В нее должны были войти «Эппл Рилишн» (Розничная торговля), «Эппл Мьюзик», «Эппл Филмз», «Эппл Паблишн», — и как только будет достигнута договоренность с «И-Эм-Ай» и «Кэпитол» — «Эппл Рекордз». Помимо личной ответственности за «Розничную торговлю Эппл», я должен был выступать в роли связующего звена между боссами других отделов и самими БИТЛЗ.
Некоторые директора дочерних компаний, такие, как Деннис О'Делл из «Эппл Филмз» и Рон Кэсс из «Эппл Рекордз», были опытными «профессионалами», которых переманили из прежних компаний обещанием 30.000 фунтов в год. Но, в основном, это были просто старые приятели БИТЛЗ, вроде Терри Дорана, занявшего пост ответственного за «Эппл Мьюзик», или брата Джейн Эшер, Питера, которому суждено было стать главным продюсером «Эппл Рекордз». Еще одна дочерняя компания «Эппл Электроникс», была организована специально для Волшебного Алекса. А с назначением на должности управляющего директора и административного директора, соответственно Нейла Эспинола и Питера Брауна, мои плечи ощутили огромное облегчение.
Когда БИТЛЗ убедились, что их счетоводы уже сняли в аренду на продолжительный срок 4-х этажное кирпичное здание на углу Бейкер-стрит и Пэддингтон-стрит в центре крупнейшего торгового района Лондона, немедленно была дана заявка на обстановку для универмага. Поскольку на верхних этажах здания оставалось немало свободного места, дом по Бейкер-стрит, 94 стал также и временной штаб-квартирой «Эппл Корпс». Впоследствии компания арендовала для себя дополнительные офисы для «постоянного пристанища» в элегантном грегорианском здании за 500.000 фунтов по Сэвил-Роу, 3.
За свою хроническую нерасторопность и медлительность я вскоре поплатился еще раз — когда приехал в первый день на работу и обнаружил, что все приличные офисы уже заняты моими более пунктуальными коллегами. Оказалось, что незанятой оставалась одна лишь кладовочка без окон площадью всего 6 на 6 футов! Не желая вступать в конфронтацию с кем-то из других директоров, я безропотно устроил свой офис в этом чуланчике.
Несколько дней спустя Би-Би-Си отправила на Бейкер-стрит, 94 репортера и операторскую группу для того, чтобы взять у меня интервью. Мои посетители были немало удивлены, обнаружив босса новой компании БИТЛЗ в крохотной кладовочке. Тем не менее, они каким-то образом умудрились протиснуться ко мне со всем своим оборудованием, и это интервью было надлежащим образом передано по радио на всю страну.
Моей первоочередной задачей в «Эппл» было «подготовить» универмаг к 9 ноября. Поскольку БИТЛЗ уже объявили на весь мир, что в этот день их магазин будет открыт, мне оставалось всего каких-то два месяца на то, чтобы воплотить весь этот проект в жизнь.
После того, как толпа рабочих вытащила прежнее барахло из первого и подвального этажей, я был обязан следить за всеми деталями преображения магазина: от электропроводки, мебели и покраски до размещения и установки кассовых аппаратов. Моя задача еще более усложнялась личной разноголосицей БИТЛЗ по вопросам о внутреннем дизайне помещений. Например, как-то утром в магазин пришел Пол и показал нам, где установить перегородку. Едва это распоряжение было выполнено, явился Джон, хорошенько все осмотрел и сказал: «Что вы тут за х…ню понагородили? На кой черт здесь все это?»
«Пол попросил установить перегородки», — обяснил я.
«О, Господи! Убрать все это на х…! — приказал Джон. — Эти дурацкие перегородки мне тут и на х… не нужны!»
Опальные перегородки были тут же убраны.
На мою долю выпал еще и наем штата сотрудников, и дополнение его двумя тщедушными евреями-портными, которых, если не ошибаюсь, звали Габлик и Шликштейн, осуществлявшими пошив одежды по выкройкам «Простака». Будто этого было еще недостаточно для загрузки меня работой, БИТЛЗ решили, что «Эппл», которая представлялась ими, как «отличное место, где отличные люди смогут купить отличные вещи», должна кроме того вести торговлю широким ассортиментом товаров, начиная от антикварных восточных безделушек до психоделической мебели ручной раскраски и надувных кресел. Последние должны были стать «волной будущего», хотя лично я считал их более чем бесполезными. Каждый раз, когда я случайно задевал одно из таких кресел сигаретой, это непременно кончалось тем, что я грохался на пол. Одной из особенностей «Эппл» было и то, что всё в магазине продавалось. Если какому-то покупателю вдруг понравилась бы витрина или какая-то легкая движимость, за соответствующую цену он, в принципе, мог стать их обладателем.