Джон Р. Р. Толкин. Письма
Шрифт:
14 апреля 1950
Мэнор-Роуд 3, Оксфорд
Уважаемый Анвин!
Забавно, что письма наши пересеклись. Я мог бы отправить свое днем позже, но вопрос крайне необходимо решить поскорее. Каждая неделя на счету. Мне нужен определенный ответ: да или нет; причем ответ на мое предложение, а не по поводу неких воображаемых возможностей.
Ваши письма [230] , как всегда, более чем любезны; хотя первое меня озадачило, равно как и вложенный отрывок из письма Рейнера. Он, как вы отметили, для меня не предназначался; в силу чего заинтересовал меня еще сильнее (и я не имею в виду содержащийся в нем комплимент). Озадачивает то, что он был сочтен не подходящим для моих глаз (с вашей точки зрения); так что я гадаю, зачем же вы тогда мне его прислали.
230
Второе письмо Анвина подтверждало получение записки Толкина от 2 апреля.
У меня складывается впечатление, будто в общем и целом вы с Рейнером согласны и решили, что показать мне его советы — отличный способ сообщить мне, на что в самом лучшем случае я вправе надеяться, — поскольку Рейнер, пожалуй, самый благосклонный из критиков, на какого я только могу рассчитывать. Но мне хотелось бы убедиться наверняка.
Особенно хороша, скажу я вам, последняя фраза отрывка (до привета мне): «Если так не получится и т. д.» По-моему, разоблачает политику как есть. А еще демонстрирует поразительную неспособность понять ситуацию — равно как и мое письмо. Но больше не скажу ни слова, пока не получу от вас ответа… [231]
231
Раздражение Толкина на «Аллен энд Анвин» отчетливо заметно в куда более откровенном черновике данного письма, процитированного в «Биографии» (стр. 330) в абзаце, начинающемся с фразы «…а именно, что «Властелина» вы, может быть, и примете…».
Искренне Ваш,
ДЖ. Р. Р. ТОЛКИН.
128 Из письма в «Аллеи энд Анвин» 1 августа 1950
В ответ на ультиматум Толкина сэр Стэнли Анвин ответил: «Поскольку вы требуете немедленного «да» или «нет», ответ будет «нет; хотя вполне мог бы быть и «да», если бы вы дали мне время и возможность взглянуть на законченную рукопись». До поры дело на том и закончилось. В июле «Аллен энд Анвин» переслало Толкину корректуру нового издания «Хоббита», куда вошли мелкие поправки к тексту и, к вящему удивлению Толкина, новый вариант части главы V, «Загадки во тьме», которую он передал в издательство в 1947 г. всего лишь как «образец переписанной главы» (см. № 111 ) и которую совсем не обязательно предназначал для публикации.
«Хоббит»: настоящим возвращаю корректуру. Править много не потребовалось, зато понадобилось серьезно поразмыслить. То, что я получил, в известной степени застало меня врасплох. Слишком много времени прошло с тех пор, как я прислал предполагаемые изменения к главе V и гипотетически предложил слегка изменить первоначального «Хоббита» [232] . В ту пору я все еще пытался приладить к месту продолжение, — а изменения мою задачу существенно облегчили бы, не говоря уже о том, что удалось бы сократить это непомерно длинное произведение почти на целую главу. Однако ж вы не отозвались ни словом, и я так понял, что возможность изменений первоначальной редакции даже не рассматривается. Теперь продолжение основано на раннем варианте; и если исправленный текст в самом деле будет опубликован, потребуется существенная переработка продолжения.
232
В исходном варианте главы V «Хоббита» Голлум в самом деле намерен отдать Кольцо Бильбо, когда хоббит выигрывает состязание загадок, и пространно извиняется, обнаружив, что оно пропало: «Прямо-таки сказать не берусь, сколько раз Голлум попросил у Бильбо прощения. Он твердил и повторял: «Нам ссстрашно жаль; мы не хотели жульничать, мы хотели отдать ему наш единственный подарочек, если он выиграет сссостязание». Он даже предложил поймать Бильбо славную сочную рыбку — съесть в утешение». Бильбо, с Кольцом в кармане, уговаривает Голлума вывести его из подземного лабиринта; Голлум так и поступает, и эти двое расстаются вполне учтиво.
Должен отметить, я бы предпочел, чтобы мне хотя бы намекнули, что (при каких бы то ни было обстоятельствах) такие изменения возможны, — до того, как все это обрушилось на меня в виде корректуры. Однако ж теперь я решился принять изменения и последствия. Эта вещь для меня уже достаточно стара, чтобы взглянуть на нее беспристрастно, и кажется мне, что исправленный вариант сам по себе лучше, и по мотивировкам, и по сюжету, — и, разумеется, с ним продолжение (если оно когда-нибудь выйдет), покажется куда более естественным.
Я вовсе не собирался публиковать исправленный вариант; но получилось вроде бы очень даже неплохо.
129 Из письма к сэру Стэнли Анвину 10 сентября 1950
«Аллен энд Анвин» попросило Толкина прислать «точную формулировку» примечания к новому изданию «Хоббита», которое объясняло бы внесенные в текст изменения.
Ну вот, пожалуйста: поправки сделаны и, надо думать, их уже не отменить. Те, с кем я советовался, считают, что переделка сама по себе — улучшение (безотносительно к вопросу с продолжением). Это уже что-то. Но когда я попытался прикинуть «точную формулировку» для примечания к переработанному английскому изданию, проблема, вопреки ожиданию, оказалась не из простых.
У меня на руках оказались два опубликованных варианта ключевого эпизода. Либо первый надо вообще списать со счетов, как просто-напросто недоразумение, увидевшее свет по чистой случайности; либо вся эта история должна принять во внимание существование двух версий и использовать этот факт. Первое я бесхитростно имел в виду поначалу, хотя это и не вполне удобно (поскольку «Хоббит» достаточно широко известен в прежнем варианте), если мы хотим поддержать художественную иллюзию историчности с опорой на некие письменные источники. Второе можно проделать вполне убедительно (думаю я), но в примечании этого вкратце не объяснишь.
В первом случае, или во власти сомнений, единственное, что можно сделать, сдается мне, — это просто промолчать. Я пребываю в сомнении, так что на данный момент предлагаю просто-напросто не говорить ничего; хотя мне это не по душе. Ведь, насколько я понимаю, вопрос о том, чтобы включить примечание в американское переиздание, даже не стоит. И вы, конечно же, предупредите меня заранее, когда потребуется английское.
А тем временем высылаю вам образец того, что мне бы хотелось вставить в измененное издание, — если я решу признать обе версии нахождения Кольца частью подлинной легенды. Этот текст — не для печати, но, если вы вернете его, сопроводив какими угодно комментариями, я был бы весьма признателен.
130 Из письма к сэру Стэнли Анвину 14 сентября 1950
Хорошенько поразмыслив, Толкин решил, что объяснительное примечание в новом издании со всей определенностью понадобится.
Я решил признать существование двух версий главы пятой в том, что касается продолжения — хотя на данный момент у меня нет времени переписывать его в нужных местах. Потому вкладываю кратчайший вариант вводного примечания; это текст для печати, если вы сочтете возможным использовать его в переиздании [233] .
233
В примечании, включенном во второе издание «Хоббита», разъясняется изменение в тексте главы V: «Здесь приводится правдивая история завершения Игры в Загадки, так, как ее со временем сообщил (под нажимом) Бильбо Ган-дальву, согласно «Алой Книге», вместо той версии, что Бильбо рассказал друзьям поначалу и даже записал в своем дневнике. Подобное отступление от истины со стороны честнейшего из хоббитов было знаком весьма важным. Однако настоящей истории это никоим образом не касается, и тем, кто через данное издание впервые знакомится с преданиями о хоббитах, ломать себе голову не стоит. Объяснение содержится в истории Кольца, изложенной в хрониках «Алой Книги Западного предела»; остается лишь дождаться их публикации».
131 К Мильтону Уолдману
После того как «Аллен энд Анвин», от которого Толкин требовал однозначного ответа, поневоле отказалось публиковать «Властелина Колец» вместе с «Сильмариллионом», Толкин был уверен, что Мильтон Уолдман из «Коллинза» в ближайшее время выпустит обе книги в своем издательстве. Весной 1950 г. Уолдман сообщил Толкину, что надеется приступить к набору уже осенью. Но возникли задержки, главным образом из-за частых отъездов Уолдмана в Италию и его болезни. К концу 1951 г. никаких определенных договоренностей касательно публикации достигнуто не было, а в издательстве «Коллинз» общий объем обеих книг вызывал все большее опасение. По всей вероятности, именно по просьбе Уолдмана Толкин написал нижеследующее письмо — длиной почти в десять тысяч слов, с целью доказать, что «Властелин Колец» и «Сильмариллион» взаимозависимы и неразделимы. Письмо, заинтересовавшее Уолдмана настолько, что он отдал его в перепечатку (см. конец № 137 ), не датировано, но написано, вероятно, в конце 1951 г.
Дорогой Мильтон!
Вы попросили дать краткое описание материала, имеющего отношение к моему воображаемому миру. Трудно сказать хоть что-нибудь, не сказав при этом слишком многого: при попытке найти пару слов распахиваются шлюзы энтузиазма, эгоист и художник немедленно желает сообщить, как этот материал разрастался, на что похож и что (как ему кажется) автор имеет в виду или пытается изобразить. Кое-что из этого я обрушу на вас; однако приложу и просто краткое резюме содержания: это (возможно) все, что вам нужно, или до чего дойдут руки и на что времени хватит.