Чтение онлайн

«Леголас» переводится как «Зеленый Лист» (II 106,154), вполне подходящее имя для Лесного эльфа, пусть даже из королевского и изначально синдарского рода. «Огненные власы» здесь абсолютно неуместны: он же не балрог! Сдается мне, исследователь, не введенный в заблуждение моим предполагаемым пристрастием к англосаксонскому, мог бы и отследить связь между элементом — lasn lassi («листья») в плаче Галадриэли, lasse-lanta («листопад») = осень, III 386; и Эрин Ласгален III 375. «Технически» Леголас — это сложное слово, составленное (согласно правилам) из синд. laeg («viridis»{Зеленый, молодой, свежий (лат.)}, «зеленый и свежий»), и go-lass, «совокупность листьев, листва».

Рохан. Не могу понять, с какой стати название страны (заявленное как эльфийское) должно ассоциироваться с чем-то германским; и тем более — с очень отдаленно схожим древнеисландским rann («дом»), каковое, к слову сказать, вообще неуместно по отношению к все еще не вполне оседлому, полукочевому народу коневодов! В их языке (как он представлен) rann в любом случае приняло бы англосаксонскую форму rжn (<rжnn <rжzn <razn; ср. готское razn, «дом»). Название страны со всей очевидностью невозможно отделить от синдарского названия для эорлингов: «рохир-рим». Утверждается (III 391, 394), что «Рохан» [Rohan. — С. Л.] — более поздняя, фонетически ослабленная форма названия Rochand. Оно восходит к эльфийскому *rokko «быстрый конь для верховой езды» (кв. rokko, синд. roch) + суффикс, часто встречающийся в названиях земель. «Рохир-pим» [Rohirrim — С. Л.] — сходным образом фонетически ослабленная форма roch+ hоr «лорд, владыка», + rim (кв. rimbe) «воинство».

Назгул. Абсолютно не вижу, с какой бы стати слову из Черного наречия иметь хоть какое-то отношение к а.-с. Означает оно «Кольцепризрак», и элемент nazg, конечно же, со всей очевидностью идентичен слову nazg («кольцо») в огненной надписи на Едином Кольце. Я не знаю никакого др. — англ. сложного слова gael-naes, но в любом случае автор, занятый лингвистическими построениями на рациональной основе, уж конечно, не станет усугублять нехватку изобретательности, меняя местами элементы слова из совершенно чуждого языка, при том, что по смыслу слово никак сюда не подходит!

Мория. Ваши замечания заставляют меня заподозрить, что вы путаете «Морию» и «Мордор»: второе — бесплодный край, а первая — великолепный комплекс подземных пещер. Что до Мории, вам было сказано, что значит это название (III 415); было сказано и о том, что оно — эльфийское (точнее, синдарское) = Черная Бездна. Разве не очевидно, что в нем содержится MOR («темный, черный»), который наличествует также в словах «Мордор», «Моргот», «Мораннон», «Моргул» и т. д. (технически MOR: *mori «тьма» = кв. more, синд. тфr, прилаг. *тоrna= кв. тоrnа, синд. morn «темный»). Элемент ia — от синд. iв «пропасть, бездна» (YAG: *yaga > синд. iв).

Что до «земли Мориа»{Быт. 22: 2.} (обратите внимание на ударение): она здесь совершенно ни при чем (даже «вне повествования»). А внутри повествования нет ровным счетом никакой мыслимой связи между копями гномов и историей Авраама. Я решительно отказываюсь признавать такого рода значения и символы. Моя голова работает иначе; и (на мой взгляд) вас ввело в заблуждение чистой воды случайное совпадение, более очевидное в написании, нежели в речи; и оправдать его исходя из подлинного, вложенного в мою историю смысла, никак нельзя.

Это приводит нас к вопросу о «внешней» истории: как именно я обнаружил или выбрал определенные последовательности звуков в качестве имен еще до того, как они обрели место в пределах повествования. На мой взгляд, как я уже говорил, это неважно: на изложение того, что я знаю и помню об этом процессе, и на догадки прочих, труда уйдет немало, а результаты того не стоят. Произнесенные слова оставались лишь просто-напросто набором звуков, а, будучи перенесены в подготовленную лингвистическую ситуацию моей истории, обретали смысл и значение в соответствии с ситуацией и с характером рассказанной истории. Было бы абсолютным заблуждением обращаться к источникам звукосочетаний с целью обнаружить смысл, очевидный или сокрытый. Сам процесс я хорошо помню: помню влияние воспоминаний об именах и словах, уже известных, или «отголосков» в лингвистической памяти, и очень немногие из них оставались на подсознательном уровне. Так, имена гномов в, «Хоббите» (и добавочные в «В. К.») заимствованы из списков имен dvergar{Карлики (др. — исл).} в «Прорицании вельвы»; но никакого ключа к легендам о гномах в «В. К.» это не дает. «Гномы» моих легенд куда ближе к карликам{В данной фразе в первом случае — «dwarves» (используемая Толкином форма множественного числа), во втором — dwarfs (традиционное написание).} германских [преданий], нежели эльфы, и все же во многом от них заметно отличаются. Легенды об их взаимоотношениях с эльфами (и людьми) в «Сильмариллионе» и «В. К.», и о войнах между орками и гномами не имеют известных мне параллелей. В «Прорицании вельвы» «Эйкинскьяльди», в переводе «Дубощит» — это отдельное имя, а не прозвание; и в древнескандинавском мы не встретим ни этого имени, использованного в качестве прозвища, ни легенды о его происхождении. Gandalfr — это имя карлика в «Прорицании вельвы»!

Рохан — имя знаменитое, из Бретани, принадлежащее древнему, гордому и могущественному роду{В русском языке традиционно транслитерируется как «Роган».}. Я об этом знал; мне понравилась форма; однако я также (задолго до того) придумал эльфийское слово для обозначения коня и понял, что «Рохан» возможно приспособить к лингвистической ситуации как позднее синдарское название Марки (прежде называемой «Каленардон», «(великий) зеленый край») послетого, как эту область заселили коневоды. Никакие подробности истории Бретани не проливают света на эорлингов. Между прочим, окончание — and (an), — end (en) в названиях земель, вне всякого сомнения, отчасти возникло благодаря таким (романтическим и прочим) названиям, как «Броселианд» (Broceliand(e), но при этом превосходно согласуется с уже разработанной структурой ранне(обще)эльфийского языка (о. э.), в противном случае я бы им не воспользовался. Элемент (n)dor, «земля», возможно, обязан чем-то, скажем, таким названиям, как «Лабрадор» (название, что вполне могло бы, по структуре и стилю, оказаться синдарским). Но никоим образом иебиблейскому «Аэндору»{По-английски это библейское название пишется как Endor; по-латыни — Aendor.}! Это — случай обратный, демонстрирующий, как «исследователи», не зная, что было на самом деле, могут пойти по ложному пути. Название «Эндор», синд. «Эннор» (ср. собирательное сущ. мн.ч. «эннорат», I 250) было создано в качестве эльфийского эквивалента для слова «Средиземье» посредством соединения уже существующих en(ed) «середина» и (n)dor «земля (как континент, суша)», так что получилось предположительно древнее сложное слово: кв. «Эндор», синд. «Эннор». Составив его, я, конечно же, заметил случайное сходство с Аэндором (I Сам xxviii){I Цар. 28: 7. В западноевропейских переводах Библии две книги, соответствующие 1 и 2 «Книгам Царств» русского перевода названы именем Самуила, пророка и судьи израильтян, что славился своим благочестием.}; однако на самом деле совпадение здесь нечаянное, и волшебница-некромантка, с которой советовался Саул, не имеет никакого отношения к «В. К.» и для книги совершенно не важна. То же скажу и о «Мории». На самом деле «Мория» впервые возникла в «Хоббите», гл. 1. Там это был, как я помню, случайный «отголосок» «Замка Сория-Мория» одной из скандинавских сказок в переводе Дэйзента. (Сама сказка для меня интереса не представляла: я уже давно позабыл о ней и с тех пор в нее не заглядывал. Так что это — лишь источник звукосочетания «мория», что могло бы быть найдено или составлено где-то в другом месте). Звукосочетание мне понравилось: оно аллитерировало со словом «mines» (копи) и в моей лингвистической системе увязывалось с элементом MOR{К тому времени, как был написан «Хоббит», эта лингвистическая система развивалась на протяжении уже двадцати лет. Легенды прошлого, предшествующего «Хоббиту» и «В. К.», тоже по большей части сочинялись до 1935 г. — Прим. авт.}.

Могу упомянуть два случая, когда я не отдавал себе отчета в том, что «заимствую», хотя очень вероятно, однако никоим образом не бесспорно, что названия тем не менее являются «отголосками». Эрех, место, где Исильдур водрузил камень договора. Это слово, разумеется, соответствует стилю преимущественно синдарских имен и названий Гондора (в противном случае я бы его не использовал), как оно и получилось бы исторически, даже будь оно на самом деле, как сейчас очень удобно предположить, донуменорским названием, значение которого давно позабыто. Поскольку, как человек, интересующийся древностью, в особенности же историей языков и «письменности», я, естественно, знал и много чего прочел о Месопотамии, я наверняка помнил название этого древнейшего из городов, «Эрех». Тем не менее на момент написания «В. К.», Книги V, гл. II и IX (изначально неразрывное повествование, поделенное на части в силу очевидных композиционных соображений), когда я придумывал сюжетный ход, способный объяснить расставание Арагорна с Гандальвом, его исчезновение и нежданное возвращение, на меня, наверное, куда сильнее повлиял важный элемент ER (на эльфийском) = «один, отдельный, одинокий». В любом случае тот факт, что «Эрех» — название известное, применительно к «В. К.» не имеет ни малейшего значения; и в моем сознании Месопотамия и нуменорцы или их предки никоим образом не связаны; ни о чем подобном я и не помышлял.

Назг: «кольцо» на Черном наречии. Это слово задумывалось как вокабула, отличная по стилю и фонетике от слов с тем же значением в эльфийском или в других настоящих, наиболее известных языках: в английском, в латыни, в греческом и т. д. И хотя совпадения как таковые (формы + смысла) встречаются и в реально существующих языках, родством не связанных, и, конструируя воображаемые языки из ограниченного числа составляющих звуков, невозможно избежать такого сходства (если попытаться — а я так и не пытаюсь), все равно примечательно, что nasc — это «кольцо» по-гэльски (в ирландском варианте; в шотландском оно обычно пишется как nasg). Оно также хорошо подходит по смыслу, поскольку означает, и, возм., означало изначально «связь, узы», и могло использоваться в значении «обязательство». Тем не менее я открыл для себя или, точнее, открыл снова его существование лишь недавно, отыскивая что-то в словаре гэльского языка. Как язык, гэльский мне абсолютно не нравится, начиная от древнеирландского и далее, но, конечно же, он представляет немалый исторический и филологический интерес, и на разных этапах жизни я его изучал. (Увы! — без особого успеха.) Так что очень вероятно, что nasg действительно заимствовано из него; короткое, жесткое и четкое слово, выделяющееся в этом (на взгляд предвзятого чужака) кашеобразном языке, застряло в одном из уголков моей лингвистической памяти.

Самое важное имя в этой связи — Эарендиль. Это имя на самом деле (что очевидно) восходит к а-с. йarendel. Когда я впервые начал изучать а.-с. профессионально (1913—) — было у меня такое мальчишеское хобби, в то время, как мне полагалось заниматься греческим и латынью, — я был поражен исключительной красотой этого слова (или имени), всецело соответствующего обычному стилю англосаксонского — но благозвучного до необычайной степени в этом приятном для слуха, но не «усладительном» языке. Кроме того, его форма явственно наводит на мысль о том, что по происхождению это имя собственное, а не нарицательное. Это предположение подкрепляется наличием отчетливо родственных форм в других германских языках; на основе которых среди неразберихи и «снижения» более поздних версий по меньшей мере представляется очевидным, что слово это принадлежало к астрономическому мифу и являлось названием звезды или группы звезд. На мой взгляд, из словоупотребления в а.-с.{В самой ранней зафиксированной а-с форме это earendil (oer-), позже earendel, eorendel. По большей части в глоссах на jubar=leoma; также на aurora. Но также и в «Блик[лингских] проп[оведях]» 163: «se rнwa йorendel» [ «сей новый Эорендель». — С. Л.] прим. к святому Иоанну Крестителю; и в особенности в поэме «Христос» 104: «йala! йarendel engla beorhtast ofer middangeard monnum sended» [ «Привет тебе, Эарендель, светлейший из ангелов, по сланный к людям над Срединным миром». — С. Л.]. Зачастую предполагается, что речь идет о Христе (или Марии), однако сравнение с «Бл. пр.» наводит на мысль о том, что здесь подразумевается Креститель. В этих строках говорится о вестнике и божественном посланце, со всей очевидностью это не «soрfaesta sunnan leoma» [ «Истинный свет солнца. — С. Л.] = Христос. — Прим. авт.} явственно следует, что это была звезда, предвещающая рассвет (по крайней мере, в английской традиции): та, которую мы сегодня называем «Венерой»: утренняя звезда, что ярко сияет на рассвете, перед тем, как встает солнце. Так, во всяком случае, я это воспринял. Еще до 1914 г. я написал «стихотворение» об Эаренделе, который вывел свой корабль, точно яркую искру, из гаваней Солнца. Я включил его в свою мифологию — в пределах которой он стал главным действующим лицом — как морехода и, в итоге, как звезда-знамение, знак надежды людям. «Айя Эарендиль эленион анкалима» (II 329), «Привет тебе, Эарендиль, ярчайшая из Звезд», восходит в изрядном отдалении, к «Йala Йarendel engla beorhtast». Но имя нельзя так вот просто взять да и использовать: его необходимо было приспособить к эльфийской лингвистической ситуации, в то же время, как для данного персонажа отводилось место в легенде. Отсюда давным-давно, на заре истории «эльфийского языка», что как раз на момент заимствования имени начала, после многих пробных попыток в отрочестве, обретать определенные очертания, со временем возникли (а) о. э. основа *AYAR «Море»{Кв. ёar, синд. аеаr (см. I, 250). — Прим. авт.}, изначально употребляемая по отношению к Великому Западному морю, что разделяло Средиземье и Аман, Благословенное Королевство Валар; и (б) элемент или глагольная основа (N)DIL, «любить, быть преданным кому-то/чему-то» — описывающая отношение к человеку, вещи, делу или занятию, которым человек предан бескорыстно, ради них самих{Это — ключ ко многим другим эльфийским кв. именам, таким, как Элендиль «Друг эльфов» (eled + ndil), Валандиль, Мардиль Достойный Наместник (преданный Дому, т. е. Королям), Менельдиль «звездочет» и т. д. Примерно тем же значением в именах обладает элемент — (n)dur, хотя, строго говоря, он означает «служить», так, как служат законному господину: ср. кв. arandil (друг короля, «роялист») и arandur (слуга короля, министр). Но зачастую эти два значения совпадают: напр., отношение Сэма к Фродо может восприниматься и так, и так: по статусу — ndur, по духу — ndil. Сравните варианты имен: Эарендур «(профессиональный) мореход». — Прим. авт.}. Эарендиль стал персонажем самой ранней (1916–1917) из записанных основных легенд, «Падение Гондолина», величайшим из перэльдар («полуэльфов»), сыном Туора из славнейшего Дома эдайн и Идриль, дочери короля Гондолина. Улмо, один из могущественнейших Валар, владыка морей и вод, явился Туору и отослал его в Гондолин. Явление Улмо заронило в сердце Туора неутолимую тоску по морю, именно поэтому он выбрал такое имя для сына, унаследовавшего эту тоску. Касательно связи этой легенды с другими основными преданиями: о создании Сильмарилей Фэанором, о том, как Моргот захватил их силой, и о том, как один лишь был добыт из его короны Береном и Лутиэн, и о том, как камень перешел в собственность Эарендиля и его плавания на запад наконец-то увенчались успехом, см. I 204—6 и 246–249. Эарендиль предпринял попытку пересечь Эар вопреки Запрету Валар, не дозволяющему никому из людей пытаться ступить на землю Амана, и, вопреки более позднему, частному запрету, не дозволяющему эльфам-Изгнанникам, последователям мятежника Фэанора, возвратиться вспять, — о чем упоминается в плаче Галадриэли. Валар прислушались к мольбе Эарендиля от имени эльфов и людей (и те, и другие приходились ему родней) и выслали им на помощь огромное воинство. Моргот был низвергнут и выдворен из Мира (за пределы физической вселенной). Изгнанникам дозволили вернуться — всем, кроме лишь нескольких главных участников бунта, из которых во времена «В. К.» в живых оставалась одна Галадриэль.{На момент ее сетований в Лориэне она полагала, что запрету этому длиться вечно, до тех пор, пока существует Земля. Так что плач она завершает пожеланием или мольбой о том. чтобы Фродо, в виде особой милости, даровали возможность (очищения ради, но не в каче стве наказания) некоторое время пожить на Эрессэа, Одиноком острове, откуда виден Аман, хотя для нее путь оставался закрыт. (Земля Аман, после низвержения Нуменора, более не су ществовала на физическом плане «в пределах кругов мира».) Мольба Галадриэль была услышана — но и для нее самой запрет был снят, в награду за помощь в борьбе против Саурона, и прежде всего за то, что она отвергла искушение и не взяла предложенного ей Кольца. Так что в финале мы видим, как она восходит на корабль. — Прим. авт.}. Однако Эарендилю, в чьих жилах текла и кровь людей тоже, было запрещено вновь ступить на Землю; он стал Звездой, сияющей светом Сильмариля, который заключал в себе последнее, что осталось от незамутненного света Рая: этот свет дарили Два Древа, пока Моргот не осквернил и не погубил их. Об этих легендах намеренно упомянуто в т. I, поскольку именно они являются основными в предыстории «В. К.»: в них идет речь об отношениях эльфов, людей и Валар (ангелических Хранителей), и именно они послужили бы главными связующими звеньями по отношению к событиям прошлого, если бы (как я тогда надеялся) вышел в свет «Сильмариллион».

Я обо всем об этом рассказываю, поскольку надеюсь, что для вас оно представляет некоторый интерес и в то же время объясняет, насколько тесно связаны лингвистические построения и развитие и конструирование легенд. А также, возможно, убеждает вас в том, что оглядываться по сторонам, выискивая более-менее похожие слова или имена на самом деле не слишком-то полезно даже в том, что касается источника звуков, не говоря уже об объяснении заложенных в них смыслов и значений. Если что-то и заимствуется (нечасто) — это всего лишь звуки, которые затем включаются в новую систему; и лишь, одном случае с Эарендилем ссылка на источник проливает некий свет на легенды или их «значение» — да и в этом случае света немного. От использования слова йarendel как англосаксонского христианского символа, в значении вестника восхода истинного Солнца в лице Христа, я абсолютно далек. Падение Людей — в прошлом и «за сценой»; Искупление людских грехов — в далеком будущем. Мы пребываем во времени, когда о Едином Господе, об Эру, ведомо лишь мудрым, однако обращаться к Нему напрямую возможно только для Валар или через них, хотя Его до сих пор вспоминают в молитвах (произносимых про себя) люди нуменорского происхождения.