Чтение онлайн

«Вот было бы здорово, если бы я, Джонни Бахман, пришел к ребятам из гитлерюгенда и по примеру товарища Ешке убедил бы их прекратить борьбу. Франц наверняка был бы мне очень благодарен!» — так мысленно рассуждал мальчуган, идя по подвальному коридору, пока не оказался во дворе.

Предрассветное небо было затянуто сырой пеленой непроницаемого тумана. Моросило. В воздухе пахло чем-то горелым. Издалека доносился шум боя. А вокруг все было спокойно.

Джонни понадобилось не больше десяти минут, чтобы добежать до пустой лавки, которую разграбили накануне, а от нее рукой подать и до баррикады, служившей за прошедшие сутки ее укреплением. Во всю ширину улицы была перерыта мостовая, а перед баррикадой вырыта глубокая канава. Вытащенные из мостовой камни пошли на усиление заграждения, так что перебраться через него стало довольно трудно. На месте, где он вчера подслушал разговор двух старых ополченцев, притаились двое парнишек из гитлерюгенда. Они спрятались под брезентом, там же стоял тяжелый немецкий пулемет.

Джонни смело подошел к юношам, которые ошеломленно уставились на него. Он слегка поднял руку и помахал ею вместо приветствия. Затем непринужденно спросил:

— Сегодня довольно свежо, а?

Ребята из гитлерюгенда смотрели на него скорее с неодобрением, чем с недоверием. Наконец один из них, веснушчатый парень, ответил:

— Мы это и без тебя заметили.

Джонни попытался рассмеяться и спросил:

— Вы тут уже давно?

— А тебе какое дело?

— Я просто так спросил.

— Ступай-ка ты лучше к себе в кроватку, — проговорил другой юнец, у него был хрипловатый, каркающий голос, очевидно, оттого, что он сильно замерз. Шея его была обмотана толстой, расшитой цветными нитками шалью.

— Но вы же тоже не спите.

— Мы, мы! — бросил веснушчатый и принял воинственную позу.

Джонни ни в коем случае не хотел, чтобы разговор на этом закончился. Он показал на штабель фаустпатронов и спросил:

— Вы хотите ими стрелять?

— Конечно, не в кегли же ими играть.

— Ага, — сказал Джонни и усмехнулся. — Теперь понял: вы подпускаете танк поближе и тогда — шлеп по нему! Но что вы можете сделать вдвоем?

— Другие тоже здесь, — парень с каркающим голосом кивнул в сторону жилых домов. — Сушатся пока…

— И командир вашего отделения тоже здесь?

— Послушай, парень, ты начинаешь действовать на нервы, — сказал веснушчатый, желая поскорее отделаться от мальчугана. — Иди скорей к своей мамочке, а то она может тебя хватиться!

Джонни, однако, никак не прореагировал на это замечание.

— С командиром вашего отделения я бы охотно поговорил…

— О чем это?

Мальчик несколько смутился, но продолжал:

— Я лишь хотел его спросить кое о чем. Может быть, он позволил бы и мне принять участие в вашей затее?

— Тебе? — Веснушчатый презрительно скривил посиневшие от холода губы. — Командир отделения сейчас ни с кем разговаривать не станет. Он спит, ты понял? Спит!

«Как же поступить дальше? — раздумывал Джонни. — Если я сам начну разыскивать Грилле в здании, пройдет много времени».

— Я слышал, что он у вас боевой парень и уже сражался на Одере?

— А тебе какое дело?

— И даже подбил русский танк?

— Да, так он сам говорит…

— А зовут его Грилле? Гарольд Грилле, да?

— Парень, ты меня давно нервируешь, сматывай наконец отсюда удочки!

— Ну что же ты еще хорошего можешь мне сказать!

— Уходи же наконец!

Джонни понял, что на свой последний, решающий вопрос он не получит никакого ответа. Он постоял в нерешительности еще несколько секунд. Его охватило беспокойство, что в подвале его уже хватились.

— Я приду еще разок, — сказал он и пошел.

На улицах все еще было безлюдно. В доме фрау Шнайдебах тоже было тихо. Джонни быстро прошел через темный вестибюль. В это время начался дождь, громко барабаня по ржавому кузову старого автомобиля. Мальчик промчался стрелой мимо разбитого лифта, мимо остатков дымовой трубы. Пробежал дальше через развалины, находившиеся перед входом в подвал. И тут неожиданно столкнулся с Алешей, который появился перед ним как из-под земли.

Джонни от страха потерял дар речи. Он смог лишь пробормотать приветствие, но по выражению лица русского почувствовал, что это было отнюдь не к месту.

Алеша взял мальчика за подбородок и внимательно посмотрел в глаза. Во взгляде его не было доброжелательности. Небрежно махнув рукой, он коротко сказал:

— Иди! — и показал на подвал.

Через несколько минут Джонни уже был в помещении с выломанными окнами, где он натолкнулся на Рихарда и Франца.

— Что-нибудь случилось? — спросил Джонни глухим голосом и посмотрел на них обоих с сознанием собственной вины. Он увидел, что они, как и Алеша, тоже были вооружены карабинами.

— Естественно, случилось, — сказал Рихард и покашлял.

Франц проворчал что-то непонятное. Его шрам на лице стал темно-багровым и выглядел как восклицательный знак.

— Где ты был?! — напустился Франц на мальчугана. Джонни быстро начал объяснять, но у него осталось ощущение, что своими словами он только разочаровал других.

— Так-так, — проговорил сердито Франц. — Ты без разрешения покинул свой пост и, попросту говоря, сбежал.

— Но…

— Ненадежный ты человек!

— Я хотел бы раньше ему… — вмешался было Рихард, но Франц прервал его:

— Да, ты хотел бы!..

— Да, я тоже хотел бы. И ты — тоже, все мы хотели бы! — тихо проговорил Рихард.

Между тем Франц несколько успокоился. Он обернулся к мальчику, который стоял не двигаясь. К горлу Джонни подступил комок. Он был близко к тому, чтобы заплакать.

— За тобой кто-нибудь шел? — спросил его Франц. Джонни покачал головой, но глаз не поднял.

— Ты уверен в этом?

— Да.

Франц повернулся к Рихарду и проговорил:

— Расскажи-ка этому герою немного о нас, чтобы он понял, почему мы сердимся на него.

— А ты что хочешь делать?

— Хочу добиться ясности.

— Лучше позволь мне уйти, — сказал Рихард. — Да ты и сам почти не спал. И вообще после проведения сегодняшней операции тебе, пожалуй, лучше пока не показываться на людях. Твой шрам на лице запоминается.

Франц сделал энергичное движение рукой.

— Ты пойдешь с мальчиком в подвал, Алеша останется снаружи на посту, а я поближе присмотрюсь к этим соплякам. Нам нужно непременно знать, что творится перед нашим носом.