Чтение онлайн

Карпис и Фред пошли откапывать деньги, и их ждал неприятный сюрприз. Оказалось, что в гладстоновские саквояжи просочилась вода и банкноты насквозь промокли. Приятели, ругаясь, развешивали купюры у Карписа по всему дому и сушили их с помощью вентилятора как раз в тот день, когда Макдоналд уже собирался уезжать на Кубу. Макдоналду, конечно, не понравилось, что ему вручили 100 тысяч долларов еще влажными банкнотами, но все же он их взял. Чтобы проконтролировать его действия, с ним поехали Гарри Сойер и Вилли Гаррисон. Макдоналд обещал вскоре вернуться через Майами.

Лежа на крыше автомобиля и наблюдая за самолетами, Карпис уже знал, что уедет из Кливленда, как только Макдоналд вернется с отмытыми деньгами. Солнце припекало. Карпис стал следить за бипланом, который пилотировал немецкий ас, ветеран Первой мировой войны. Странно наблюдать за немцем тут, в Огайо. Бывшему врагу Америки теперь позволено свободно летать над городом на Среднем Западе. Каких-нибудь шестнадцать лет назад он старался сбить американских пилотов, а те старались сбить его. А теперь — вон, порхает, как птица. Немецкий самолет носился вокруг, как комар: он то пролетал над самыми деревьями, то взмывал к солнцу. В это время другой самолет почти прижался к земле, и Карпису пришлось сесть, чтобы за ним проследить. Вдруг он увидел, что самолет ткнулся носом в землю. Пилот, видимо, погиб на месте. К небу стал подниматься черный дым. Карпис не отрываясь смотрел на место катастрофы. На душе было тяжело.

Смерть Гомера Ван Митера для ФБР обозначила поворотный момент в Войне с преступностью: с бандой Диллинджера было покончено; с точки зрения Гувера, оставалось произвести лишь некоторые зачистки. Он неоднократно говорил, что «крысам» теперь негде спрятаться, и по большому счету он был прав. Диллинджеровская истерия способствовала тому, что «враги общества» оказались в центре общественного внимания. Их хмурые физиономии теперь регулярно появлялись на страницах газет от Майами до Сиэтла.

Гувер безгранично доверял Сэму Коули. 6 сентября директор официально закрепил положение Коули как главнокомандующего ФБР на время военных действий, дав ему неограниченные полномочия в преследовании Нельсона, Флойда, Карписа и братьев Баркер. Теперь Коули мог отправлять агентов в любой конец страны, отдавать приказы и принимать руководство любым местным отделением бюро. «Я хотел бы, если это возможно, чтобы данные три дела были завершены в течение следующих 30–45 дней», — писал Гувер Коули 5 сентября. [403]

Полномочия и влияние Коули росли, в то время как положение Пёрвиса было крайне незавидным. После смерти Диллинджера начальник Чикагского отделения с каждым днем все больше и больше впадал в немилость директора. Дважды Гувер посылал ему подчеркнуто сухие записки, когда не мог дозвониться по телефону. Малейшие просчеты вызывали гнев начальника: однажды он отправил Пёрвису письмо, требуя ответа, почему в Вашингтон так поздно прислали вырезки из чикагских газет. Пёрвис был практически отстранен от следственной работы. Под сочувственным взглядом своей секретарши Дорис Роджерс Пёрвис целыми днями возился с личными делами агентов, проводил собеседования с поступающими на службу и чистил свои ботинки.

Коули понимал, что директор недооценивает всю сложность задачи — арестовать Нельсона, Флойда и Баркеров. Он сосредоточил усилия на поиске банды Баркеров: двенадцать агентов, занимавшиеся Диллинджером, теперь принялись за них. Но, к сожалению, следствие не располагало достаточным количеством улик. Засиживаясь допоздна за своим столом в Бэнкерс-билдинге, Коули написал несколько пространных докладов, в которых давал характеристику всем членам банды, их подругам, родителям и родственникам. Об отношениях внутри банды было почти ничего не известно. Баркеры, похоже, были куда более замкнутыми, чем Диллинджер. Они никогда не пытались пообщаться с родственниками — в этом ФБР убедилось, установив наблюдение за отцом Фреда и Дока. Агенты без всякой пользы для дела несколько месяцев околачивались вокруг авторемонтной мастерской старого Джорджа Баркера в штате Миссури. Не имелось сведений и о подругах бандитов, которых можно было бы допросить. За полгода только Бет Грин дала ФБР хоть какую-то информацию из первых рук о том, что это за люди.

И все-таки 18 августа фэбээровцам повезло: неожиданно появилась новая осведомительница. Они арестовали в Чикаго женщину по имени Хелен Фергюсон. В свое время она встречалась с одним из членов банды, которого потом убили во время ограбления в Небраске. Она и дала ФБР точные сведения, так необходимые бюро. Однако Хелен, к сожалению, не видела никого из бандитов уже больше года. После недели допросов Коули отпустил ее, но велел оставаться на связи. Она могла еще пригодиться в дальнейшем.

А между тем ключевая информация, которая сразу подсказала бы, что бандиты живут в Толедо, давно лежала в папках с делом Баркеров в чикагском офисе. Это был список телефонных звонков, сделанных доктором Мораном из его кабинета. В суматохе охоты на Диллинджера агентам просто не хватило времени отследить все номера в этом списке. Лишь после смерти Диллинджера детройтский офис обнаружил, что Моран звонил в Толедо аферисту по имени Тэд Энгус, владельцу любимого Баркерами ночного заведения «Казино-клуб». Вечером во вторник 4 сентября начальник Детройтского отделения ФБР Уильям Ларсон решил на свой страх и риск позвонить Энгусу в его клуб.

Ларсон представился «другом Дока Баркера» и сказал, что ему надо срочно разыскать Дока. «Ну… Дока разыскать непросто», — ответил Энгус. Ларсон ответил, что, конечно, знает, как непросто разыскать Дока, но дело срочное: надо рассказать Доку о чикагских делах. «Ладно, я перезвоню завтра, — сказал Энгус. — Куда мне позвонить?» Ларсон ответил, что говорит их автомата, а своего телефона у него нет. Он обещал позвонить сам на следующий вечер.

Он положил трубку, уже уверенный, что Энгус знает, где находятся Баркеры. Теперь нужен был человек, которому Энгус поверит. Ларсон позвонил в Чикаго и попросил людей Коули как можно скорее прислать в Детройт Хелен Фергюсон.

Наутро после хитроумного звонка Ларсона в Толедо некий человек пришел в полицейское управление Кливленда и попросил показать ему фотографию Малыша Нельсона: он вроде бы может указать, где тот прячется. Его отвели в отдел опознаний и показали фото. Но он только покачал головой: нет, это не тот, кого он видел. Потом попросил показать фотографии других преступников, находящихся в розыске, однако нужных фотографий в отделе не оказалось. Тем не менее пришедший с уверенностью объявил, что разыскиваемый преступник живет в Кливленде по адресу: Западная Сто семьдесят вторая улица, 4419. Затем этот человек ушел. Никто не спросил, как его зовут.

Почти в то же самое время неподалеку от указанного адреса, в доме на Сто семьдесят первой улице, три женщины готовились выйти вечером в город. Жизнь в бегах казалась Пауле Хэрмон, Глэдис Сойер и Вайноне Бёрдетт очень скучной, и они старались сделать ее повеселее как умели — пьянством. В тот день они надели свои лучшие наряды, нацепили драгоценности и, взяв с собой приемную дочку Соейров Фрэнсин, отправились в отель «Кливленд» и уселись за столик в баре «Бронзовая комната».

Уже к пяти часам все они были совершенно пьяны и громко шумели. Менеджер попросил их уйти, и Хэрмон послала его подальше. Менеджер вызвал охранника, тот явился и, не обращая внимания на громкую ругань Хэрмон, вывел их в гостиничный вестибюль. Там Глэдис Сойер вырвало на мраморный пол. Вызвали полицию. В половине шестого прибыла женщина-полицейский Милдред Вилкокс и объявила им, что они задержаны за нарушение общественного порядка. Хэрмон сняла браслет с бриллиантами и попыталась всучить его Вилкокс, чтобы та их отпустила. Вилкокс отказалась. Женщины на некоторое время притихли. Глэдис Сойер была так пьяна, что ее пришлось вывозить из гостиницы на кресле-каталке. Их посадили в полицейскую машину, и тут они наконец осознали, в какую попали беду.

Глэдис накинулась на Вилкокс с руганью и ударила ее в лицо. Вилкокс ответила, и началась потасовка: женщины сцепились и покатились по тротуару. Хэрмон и Бёрдетт бранились и пинали Вилкокс под ребра. Та звала на помощь. Двое патрульных полицейских услышали ее крики и поспешили к месту происшествия. Завидев их, Хэрмон пыталась сбежать. Полицейские совместными усилиями утихомирили хулиганок и затолкали их в машину. Маленькую Фрэнсин пришлось взять с собой. Двое патрульных встали на боковые подножки автомобиля, и они двинулись по центру города. По дороге Хэрмон открыла окно и выбросила что-то из сумочки. Полицейские остановили машину и подобрали эти вещи.