Джонни Депп. Биография
Шрифт:
Куда интереснее любых изобретений сам Вилли Вонка – элегантный, но весьма негостеприимный хозяин. Он не способен думать ни о чем, кроме сладостей – за одним исключением, когда он неожиданно вспоминает о чем-то, что произошло давным-давно и о чем он не хочет говорить. Вонка много лет не выходил из фабрики. Кто он на самом деле и почему посвятил свою жизнь изготовлению сладостей, Чарли остается лишь догадываться.
«Чарли и шоколадная фабрика» понравилась и критикам, и зрителям. Фильм вышел в июле 2005 года.
А тем временем остальные дети демонстрируют свою испорченность. Они настолько поглощены собой, что не способны оценить всю роскошь изобретений Вонки. Один за другим обжора, капризуля, победительница и всезнайка попадают в неприятности и выбывают из экскурсии задолго до ее окончания.
Когда остается один маленький Чарли, Вилли Вонка раскрывает свой последний секрет – главным призом служат ключи от всей фабрики. Вонка давно не видел собственной семьи, и теперь он понимает, что настало время найти наследника своей сладкой империи, того, кому он может доверить дело своей жизни. Поэтому-то он и придумал этот конкурс, чтобы найти совершенно особенного ребенка. Не ожидал он только одного – того, что его акт безмерной щедрости может принести ему еще более бесценный подарок.
«Чарли и шоколадная фабрика» понравилась и критикам и зрителям. Фильм вышел в июле 2005 года. Кирк Ханикатт из Hollywood Reporter писал, что это «причудливое, волшебное, таинственное путешествие по самой большой шоколадной фабрике мира. Так и чувствуешь восхитительный вкус твердого темного шоколада, который медленно плавится во рту. Какой великолепный подарок от Тима Бертона, который после нескольких неудач предстал перед нами в полном блеске, и его любимого актера Джонни Деппа – истинного воплощения всех необычных задумок режиссера».
«Работа с Тимом – это словно возвращение домой, – говорил он. – Это как разговор на родном языке, который объединяет все твои поступки и мысли», – Джонни Депп.
Джонни не мог не согласиться. «Работа с Тимом – это словно возвращение домой, – говорил он. – Это как разговор на родном языке, который объединяет все твои поступки и мысли. Жить в такой среде очень комфортно». Однако, признается Джонни, и ему не чужды мысли о маленькой мести. Бертон порой позволял себе небольшие проделки, за которые актеру хотелось отплатить. «Если бы можно было вернуться в прошлое, я бы устроил ему кое-что из того, что он устраивал мне. В „Сонной Лощине“, когда камера выключалась, он размазывал кровь по моему лицу и хихикал, как ребенок. У нас было две лошади, и они таскали меня туда-сюда. У них постоянно пучило животы из-за кормежки, а мне приходилось все это терпеть».
Но, как бы то ни было, продолжает актер, «играя любого персонажа, нужно вносить в образ собственное видение. И об этом нужно помнить. Очень полезно порой бывает понять собственную незначительность. Если говорить о Вонке, то Бертону крупно повезло в том, что у него была книга, а не только сценарий. Книга во многом помогла понять характер этого персонажа. Потом я смог обсудить все с Тимом. Мы говорили о наших детских воспоминаниях, о ведущих детских передач и об их странной манере разговаривать с детьми. Когда я читаю сценарий, в моей голове возникают разные образы и идеи, и я всегда все записываю. Прическу я придумал сразу, но увидеть и услышать Вонку смог спустя довольно долгое время. Я строил этого парня кирпичик за кирпичиком. Даже когда мы приступили к съемкам, я почувствовал себя настоящим Вилли Вонкой лишь дней через десять».
«Я проверял голос своего героя на собственной дочери, и ей он вроде бы понравился, поэтому я смело использовал его в фильме. Мои дети смотрели „Чарли и шоколадную фабрику“, и это заставило меня нервничать по-настоящему. Я ужасно боялся, что они захотят домой и скажут: „Нет, папа, не сейчас. Может быть, в другой раз“. Но, вернувшись домой, они буквально сыпали цитатами из фильма».
Поскольку «Чарли» предназначался для детей, Джонни не боялся использовать те же приемы, что и во время игр со своей шестилетней дочкой Лили Роуз и трехлетним сыном Джеком. А что может быть лучше? «Я проверял голос своего героя на собственной дочери, и ей он вроде бы понравился, поэтому я смело использовал его в фильме. Мои дети смотрели „Чарли и шоколадную фабрику“, и это заставило меня нервничать по-настоящему. Я ужасно боялся, что они захотят домой и скажут: „Нет, папа, не сейчас. Может быть, в другой раз“. Но, вернувшись домой, они буквально сыпали цитатами из фильма».
Впрочем, вряд ли дети с тем же удовольствием сыпали бы цитатами из следующего совместного проекта Джонни и Бертона. В свое время Бертон увлекался искусством анимации. И его шедевр «Кошмар перед Рождеством» 1993 года имел огромный успех. Теперь он решил повторить этот опыт и снять «Труп невесты».
«Что мне нравится в кукольной анимации, так это то, что она абсолютно осязаема, – говорит Бертон. – Есть что-то волшебное в возможности физически трогать и перемещать героев в реально существующем мире. Это все равно, что снимать обычный фильм – если делать все на фоне голубого экрана, то создается ощущение погружения в воображаемый кукольный мир.
После "Кошмара перед Рождеством" мне хотелось сделать еще что-нибудь подобное. Мне очень нравится кукольная анимация. Это особая форма искусства. Мой друг Джо Ранфт предложил мне небольшой рассказик, пару абзацев из старой сказки. Я подумал, что это идеально подходит для кукольной анимации. Это было как кастинг, – выбор варианта съемок, который наилучшим образом соответствует материалу. И сочетание получилось удачным».
В свое время Бертон увлекался искусством анимации. И его шедевр «Кошмар перед Рождеством» 1993 года имел огромный успех. Теперь он решил повторить этот опыт и снять «Труп невесты».
Продюсер Элисон Эббейт с самого начала была в восторге от этой идеи. «Это просто замечательно! – говорит она. – Это не та история, которую все видели уже сто раз. Такое мог сделать только Тим Бертон – настолько мрачен юмор и настолько необычны персонажи. А в сценарии мне больше всего понравилось то, что это невероятно прекрасная история». И это правда.
В маленьком мрачном викторианском городке собираются пожениться два застенчивых молодых человека – впрочем, они еще ни разу не встречались. Высокомерные, холодные богачи Нелл и Уильям ван Дорт всегда мечтали войти в высшее общество. Но одного богатства для этого недостаточно. Нужно еще и аристократическое происхождение.
Настоящим старинным аристократам Мэделин и Финису Эверглотам, прямым потомкам герцога Эверглота (о чем они с удовольствием рассказывают каждому, кто соглашается слушать), аристократизма не занимать, но наличных явно не хватает. Фамильное состояние давно растрачено, и теперь у них осталось только имя и социальное положение – и, как выясняется, еще дочь Виктория. Хотя родители никогда не считали ее особо «ценным имуществом», она может оказаться тем средством, которое позволит им снова обрести материальное благополучие: ведь у ван Дортов есть холостой сын, Виктор.
В «Трупе невесты» любопытно то, что Джонни и Бертон работали над мультфильмом одновременно со съемками «Чарли и шоколадной фабрики». Отснявшись с утра в роли Вонки, Джонни бежал на студию звукозаписи и озвучивал Виктора. При этом на обсуждение любых вопросов с Бертоном у него было не более пятнадцати минут.
Эверглоты готовы смирить свое высокомерие и выдать Викторию за сына ужасных ван Дортов – хоть они и нувориши. Сделка заключена, и обе семьи пребывают в восторге от предстоящего бракосочетания… за исключением жениха и невесты. Но все знают, что брак вовсе необязательно связан с любовью – достаточно лишь спросить Мэделин и Финиса.