Чтение онлайн

– Хорошо, - улыбнулась она, и взяла его под руку, - пойдём.

Они прошли к знакомой двери, Люси открыла дверь своим ключом. Джонни следом за ней вошёл в прихожую.

– Мама! – послышался восторженный детский вопль. Малыш лет шести выскочил из-за дверей, делая «страшное лицо» и высоко подняв ручки. Люси очень убедительно испугалась. Джон растерялся – он увидел маленького Джонни, лисёнка. Лопоухий, весь в веснушках, с ямочками на щёчках, с острым носиком, верхние зубки чуть выдаются вперёд. Хотя… скорее мышонок – мультяшный мышонок Микки. Ники- Микки подумалось Джону.

– Микки, - укоризненно заговорила Люси, - разве можно так пугать?

– Я Ник-ки! – надулся мальчишка. – Не называй меня так!

– А ты не будешь больше шалить? – мальчишка с серьёзным видом замотал головой, - ну, хорошо. Познакомься, это дядя Джон.

Мальчик, распахнув глаза, уставился на свою взрослую версию. Почти копию. Наконец, пролепетал, - здравствуйте, дядя Джон.

– Здравствуй, Ники, - улыбнулся ему Джон, - ты любишь конфеты? Люси, вот, - он протянул ей пакет.

– Э нет, столько конфет этот негодный шалун не заслужил, - покачала головой Люси, - разве что одну…

– Две! – деловым тоном внёс поправку парень.

– А может быть больше? – спросила Люси. – Это сколько?

– Десять! – мальчик не стал мелочиться.

– Пять, - строго сказала Люси, - и только если отсчтитаешь сам. Иди сюда.

Ники отнёсся к делу ответственно, выбирая самые большие и непременно шоколадные конфеты. Увлёкся и немного ошибся в свою пользу, тихонько спрятав шестую конфету в кармашек брюк. Взрослые, конечно, ничего «не заметили». Парень продемонстрировал на ладонях пять конфет, Люси с улыбкой потрепала его русые волосы, - умница. А теперь отсчитай десять конфет для тёти Розы, ты ведь угостишь её, правда?

Судя по взгляду пацана, он был не в восторге от этой идеи, но со вздохом вновь приступил к отбору, который вернее было назвать выбраковкой. Его прям убивало то, что все конфеты были как на подбор. К окончанию отсчёта парень настолько расстроился, что его уже несильно огорчила перспектива «сходить к тёте Розе в гости». Люси, неловко улыбнувшись Джону, взяла сына за руку. Они ушли, Джонни присел на диванчик в растерянных чувствах. Вот что он себе навыдумывал? Какая она шпионка??? Хотя Цербер говорил… да мало ли – соврал просто! О старине Сэмми Джон просто «забыл».

Люси вернулась через четверть часа и сразу прошла на кухню.

– А как же Ники? – спросил Джон, входя за ней следом.

– Роза его покорит домашним, она умеет готовить, - ответила Люси, - в отличие от меня. Нам, дружок, достанется очень вкусный обед номер два из буфета жандармского штаба.

– Блин, завтра сходим к Харпёру, уж для меня, то есть для тебя, Томас постарается - поморщился Джон, - хватит есть всякую гадость.

– Ой, ну кто бы говорил! – засмеялась Люси.
– Ты в развалинах привык к деликатесам, крысобой? А! Ты так обо мне заботишься!

Джонни смутился, Люси прогнала его мыть руки, он совсем потерялся. Но ужин прошёл легко, почти по-семейному. Джон изо всех сил старался «соблюдать приличия», и только смешил Люси. Это его немного раздражало – ну, что ей смешно, он же не облизывал пальцы! Правда, дальше этой позиции его представления о приличиях были туманны. И без того чувствуя себя неловко, Джон неожиданно для себя спросил, - Люси, вот Сэмми, бармен... зачем ты это сделала?

– Потому что это не сделал ты, - запросто ответила милая девушка. И всё ему объяснила - он сопливый пацан, она солдат.

И послав её в душе в задницу, Джон повёл себя как привык, ситуация сразу разрядилась – они чавкали, говорили и жевали, громко прихлёбывали из кружек, шутили и смеялись.

– Люси, я соскучился, - Джон решился перейти к делу.

– Только умоляю тебя, - попросила она жалобно, - не как в прошлый раз!

Джонни припомнил прошлый раз в машине. Ну, ему тогда было некогда, и он думал, что больше её не увидит. Сейчас же всё было иначе – он кивнул Люси и ласково улыбнулся.

Джонни чувствовал себя виноватым – был с девушкой нежен и очень внимателен. Долго был, даже слишком долго, но при первых признаках её неудовольствия прекратил – обнял, целуя. Её плечи странно подрагивали, Джон заглянул ей в лицо, она плакала!

– Прости, родная, я тебя обидел? – спросил он встревожено.

– Джонни, милый дурачок, так долго тебя ждать и потерять навсегда, - простонала Люси, - я убью Зрхуфа! Как он посмел давать тебе «Зов» без моего разрешения?! Поганый палач и подонок, и ты – один из них навсегда. Милый мой дурачок, ну, нахрена тебе это было нужно???

***

Джон за стойкой бара «Икота бегемота» предавался всегдашнему занятию барменов – протирал стаканы и размышлял о жизни. Что же имела в виду Люси? Что она всё-таки шпионка, и откуда-то знает, чем отличается поведение в постели людей, прошедших курс «Зова», от прочих? И она знает, что у Цербера есть препарат? Думать об этом Джонни было неприятно. Но что она его ждала?! И отчего-то потеряла навсегда! Вообще-то, в его планы не входило теряться даже временно. Джон так задумался, что едва заметил визит первого посетителя. Табличек «закрыто» и «продаётся» на дверях не было уже второй день, но народ, видимо, не верил собственным глазам – нашёлся псих, вложивший деньги в это гиблое дело. И вот он долгожданный гость – высокий парень в мятой рубахе навыпуск, с золотой цепочкой на шее, в лёгких брюках и в спортивных туфлях. Прошёл как к себе дамой, уселся у стойки и бросил, - виски с содовой.

– Не держим, - учтиво ответил Джон, - сухой закон. Желаете просто содовой?

– Не лепи кретина, фраер, - процедил гость, - для меня всегда должно быть виски. И тебе сегодня придётся задержаться в баре.

– С чего это? – удивился Джонни.

– С того, что я сказал! – начал злиться посетитель, но снизошёл до объяснений, - привезут игровые автоматы, поможешь установить.

– А мне с них какой толк? – поинтересовался Джон.

– Будешь продавать игрокам содовую, - криво ухмыльнулся парниша, - и я не набью тебе морду.

Он со значением поднял суровый взгляд на Джона и замер с открытым ртом. Совсем недавно принятый в клан Та-ну он до не давних пор обретался в банде «крутых». Уже во второй своей банде, «крутых» парней первой убил или искалечил этот конопатый паренёк. Он хорошо запомнил Джона, как и события того дня, который почитал вторым днём рождения – ему самому было неясно, как он остался в живых! И паренёк, судя по насмешливому взгляду, тоже его узнал. Джон ловко запрыгнул попой на стойку и с развороту вломил посетителю по роже сразу с двух ног. Гостя смахнуло с сиденья, он судорожно взял низкий старт - встал на четвереньки. Джонни спрыгнул на пол и от души врезал ему носком ботинка по копчику, посетитель сходу развил максимальную скорость для данной позиции.

Скрывшись за дверями заведения, парень поднялся на ноги и кинулся к своей машине. Рулить бедняге пришлось боком, копчик отзывался пронзительной болью на любые попытки сесть ровно. Крутой доехал до первого телефона-автомата и набрал номер бригадира. Он не стал жаловаться на наглость и несправедливость, а просто сказал, что мусорщик, надевший на сына босса мусорный бак сейчас в баре «Икота бегемота». И, болезненно морщась, занял позицию неподалёку в предвкушении сладкой мести.

Через четверть часа у бара резко затормозили два автомобиля, и восемь упитанных мужчин вальяжно прошли внутрь. Джонни с восторгом наблюдал, как они молча, не спеша, идут к стойке. Его переполнило радостное предвкушение славного замеса, подбросило пружиной, Джон перемахнул стойку. Цербер не просто не соврал – у него не нашлось слов, чтобы описать ЭТО! Джонни, быстрый как мысль, и безжалостный, как торнадо, наслаждался игрой – упитанные мужчины были ему интересны как игрушки. Их сознание не успевало за его движениями, они его не видели, вернее, видели там, где он был полсекунды назад… и кто-то валился на пол, заходясь истошным воплем боли.