Чтение онлайн

– Спасибо. – Граф поблагодарил оруженосца и взвёл арбалет. – С кого начнём?

– С любого, сэр! Они все мне не нравятся, особенно вон тот, с хвостами на копье.

Оклендхайм-старший осторожно выглянул. Указанный оруженосцем эльф выделялся среди соплеменников так же, как старый и опытный волкодав выделяется среди комнатных собачек. Те всегда злобные и кусачие, ненавистью ко всему миру пытающиеся доказать собственную значимость, а этот молчалив и спокоен. Сила и уверенность искушённого бойца.

– Неужели кто-то из их князей пожаловал?

Фыркнул разрываемый тетивой воздух, и болт ударил точно в лоб эльфийскому коню.

– Навык потерял, старый хрыч, – костерил сам себя граф Оклендхайм, укрываясь от прилетевшего в ответ ливня стрел. – Хоть внимание отвлёк, и то хорошо.

Он на четвереньках добрался до бойницы и опять выглянул. Вождь эльфов сменил коня и продолжал наблюдать за обстрелом замка с прежней невозмутимостью.

– Вот же педрилка ушастая!

К сожалению, норвайские ругательства не являются заклинаниями и не влияют на меткость – второй болт эльф отбил уже мечом, и тот рикошетом ушёл в сторону, воткнувшись в глаз одному из телохранителей степного владыки. Ну хоть какой-то толк…

После третьего выстрела вылетел из седла ещё один ушастый, и сэр Людвиг поспешил сменить позицию – степняки начали посылать стрелы навесом, и несколько штук выбило искры из камня в опасной близости от графа. Оклендхайм-старший показал вражеским стрелкам выставленный средний палец и на четвереньках скрылся в башне.

Вечером на военном совете подвели грустные итоги отбитого штурма. Осадные башни так и не подошли к стенам, но укрытые в них стрелки маркиза нанесли немалый урон защитникам замка. Таран, правда, удалось поджечь, но этот подвиг стоил жизни пятерым.

– Сегодня мы потеряли восемнадцать человек, сэр Людвиг. – Барон Винслей за день заметно похудел, но именно из-за этого казался помолодевшим лет на пятнадцать. – А всего за неделю осады наши потери составили тридцать четыре человека. Это всё ушастые ублюдки!

Последнее замечание встретили дружным молчанием. Именно из-за эльфийских лучников оборона замка превратилась из увлекательного и относительно безопасного праздника в игру со смертью. Многие защитники Оклендхайма сейчас жалели об опрометчивом решении приехать в гости к графу, но обстоятельства сложились так, что любое бездействие ляжет на репутацию несмываемым пятном – клеймом труса и предателя, передающимся по наследству. Нет, уж лучше сдохнуть со стрелой в кишках, чем жить потом с этим…

– Много, – согласился сэр Людвиг. – У кого есть предложения?

– Моё предложение вы знаете, граф. – Сэр Генрих отсалютовал Оклендхайму-старшему кубком с вином. – Ночная вылазка. Если получится поджечь проклятые башни, то мы получим передышку дня на три, а за это время может многое измениться.

– Надеетесь, что герцог Ланца обуздает зарвавшегося родственника?

– Именно так, сэр Людвиг, – кивнул барон. – Ни для кого не является секретом, что первый советник его величества приглядел графство для себя и не горит желанием облагодетельствовать кого-либо другого. А ещё я рассчитываю на помощь магистрата вольного города Окленда.

– Вот уж на что бы я не стал надеяться, – мрачно ответил граф. – Не думаю, что господин Тарбаган сможет быстро забыть о проигрыше целых трёхсот марок. Будем строить планы, исходя из своих сил.

– Значит, вылазка?

– Да, барон, она самая. Не хотите составить мне компанию, благородные сэры?

В окне кабинета главы магистрата города Окленда до утра горел свет. Но на этот раз господин Микаэль Тарбаган не был занят важными делами – он сидел за столом в обществе нескольких бутылок и попросту напивался. Время от времени почтенный председатель шлёпал себя ладонью по лбу и спрашивал у собственного отражения в зеркале:

– Кого ты обманул, старый тупица? Ведь чуть ли не собственноручно сообщил стервятнику о добыче… Где же была твоя голова, Микаэль?

Отражение молчало, только в ответ на самые тяжёлые обвинения страдальчески морщилось и норовило отвернуться.

– Не отвечаешь? – Тарбаган погрозил зеркалу пальцем. – А кто понадеялся на ведьму, а?

Господину председателю было стыдно признаться, что его расчёт на силу природной ведьмы не оправдался. Леди Ирэна внезапно исчезла из замка в неизвестном направлении, а проклятый маркиз привёл вдвое больше воинов, чем обычно использовал в вылазках против соседей.

– И куда эту рыжую дуру нечистый понёс?

И опять вопрос остался без ответа. Или он найдётся на дне бутылки? Нужно посмотреть…

– А у нас в Трансильвании магии отродясь не водилось. Так… деревенские колдуны-погодники, способные град от полей отогнать или в засуху дождевую тучу приманить. – Бывший стражник маркиза де Рамбуйе, а сейчас доверенный слуга норвайского рикса Вована сидел у костра и старательно мазал лицо смесью сажи с томлёным салом, заодно рассказывая грустную историю своей предыдущей жизни. – Зато жил в горах пророк по прозвищу Оракул, способный ответить на любой вопрос.

– Дракул? – переспросил виконт Оклендхайм, тоже наносящий маскировочные узоры. – В Трансильвании без Дракула никак.

– Нет, ваша милость, – решился указать на ошибку Стефан. – Влад Оракул его звали. Всем пророкам пророк был! Да только собственную судьбу предсказать так и не смог.

– Убили?

– Ага. Мужики наши осиновыми кольями до смерти забили.

– За что?

– Да за ответы, за что же ещё. Кому понравится узнать, что в одной семье из двенадцати детей только у двоих правильные отчества?

– И?

– Я как раз восьмым по счёту был из неправильных. Выгнал нас папаня из дому да каждого напутственным пинком благословил.

– Понятно. А остальные где сейчас?

– Не знаю, ваша милость. Вроде бы двое Казимировичей к Пшекийскому герцогу на службу пошли, а Фридриховичей пятеро было – те в Ингерманланд двинули. Про иных и вовсе ничего не известно.

– А ты?

– Я же Баторьевич, мне с остальными никак не по пути было.

Демон, сосредоточенно полировавший лезвие легендарной секиры первого ярла, вмешался в разговор:

– Нам пора. Ира, солнышко, ты не забыла сигналы?

– Обижаешь, Владимир Дмитриевич. – Глаза ведьмы в свете костра блеснули пугающим зелёным огнём. – По красным светлячкам посылаю проклятие желудочно-кишечного тракта третьего уровня, по синим – поднимаю до второго, а в случае жёлтых – напускаю порчу высшей категории.

– Правильно, – кивнул Вова. – Только нас не задень своими поносными лучами. Что-то эти амулеты никакого доверия не вызывают.

Ирка не обиделась, так как заговорённые наспех монетки достоинством в одну гривенку и самой не нравились. А что делать, если золото плохо держит ведьмовскую ворожбу? Серебро, правда, вообще никуда не годится. На драгоценные камни бы заговор наложить, так ведь опыта нет – три крупных рубина взорвались, а дальше экспериментировать врождённая экономность не позволяет.