Чтение онлайн

*- есть такая травма. А болеть перелом начинает не сразу, не в ту же секунду, час-полтора обычно проходит ДО боли и опухоли, прим. авт.

Наконец, визг успокоился, и Соня смогла вставить пару слов.

— Сеня, я твою маму не била, не толкала, ничего ей не ломала. Она сама поскользнулась и упала. Это бывает в ее возрасте и на таких шпильках.

— Мама говорит, что это ты!

Видимо, Сеня тоже выдохся, и перешел от крика к обвинениям.

— Я — что? Я с ней разговаривала, и одновременно раскладывала у нее под ногами шпроты? Что я с ней такого сделала?

Ладно-ладно, главный виновник торжества на данный момент сидел рядом с довольной очкастой моськой. Но не выдавать же приличное животное на расправу?

— Если бы она к тебе не поехала…

— А если бы Бог не создал Землю, то и Адама с Евой бы не было, — не выдержала Соня. — Знаешь что, иди-ка ты… к маме в травму!

Сбросила вызов и выключила телефон. До утра.

Подмигнула еноту.

— Ну, ты и диверсант! А вообще, это были самые лучшие шпроты в моей жизни!

Евгений был с этим полностью согласен.

Любовь Николаевна лежала в палате, и было ей больно и обидно. Болел копчик. Врачи ей, конечно, и вкололи обезболивающее, и таблеточку дали, а все равно — ныло.

И лежать придется на боку, и на специальной резиновой подушке, и подниматься пока нельзя, и даже в туалет…

М-да.

Последнее — самое сложное. *

*- с переломом копчика там действительно человек получает кучу проблем, расписывать подробно не буду, но все очень неприятно. Прим. авт.

И лежать ей так, пока не срастется. А возраст уже не детский, чтобы за две недели переломы проходили, это минимум месяц, а то может, и два. И это если проблем не будет, если штыри вставлять не потребуется, если…

И самое обидное, что даже в дорогой швейцарской, или там, израильской клинике, скажут то же самое. Уж столько-то Любовь Николаевна понимала.

Не была она полной дурой. Стервой — безусловно, заразой, которая зациклилась на своем великосветском образе жизни — тоже, но практичность у нее была всегда. Как бы ни печально это звучало, вот та самая крестьянская сметка. Такая житейско-хитрованско-хуторская.

На два шага вперед Любовь Николаевна видела всегда, а просчитать дальнейшие последствия… нет, это для нее уже было слишком сложно. Этим занимался сначала муж, а потом и сын. У мужа получалось лучше, у сына хуже, но…

Сына Любовь Николаевна, соответствуя своему имени, любила. Даже — ЛЮБИЛА.

Обожала, сдувала пылинки и соринки, готова была носить на руках и не дышать рядом…

Это же СЕНЕЧКА!!!

Ее чудесный, самый замечательный, лучший, восхитительный сыночек!

Кто-то думает иначе? Переехать трактором и завалить навозом! Не обсуждать, выполнять!

И конечно, Сенечка был достоин самого лучшего! Самого лучшего дома, машины, фирмы, девушки… вот, с девушками возникла небольшая заминка. Крохотная такая…

Любовь Николаевна точно знала, что мальчику нужна девочка. Это физиология. Но… не подбирать же ради физиологии на улице всякое не такое?!

А вдруг попадется какая-то Дунька из деревни, вцепится в мальчика, начнет скандалить, ругаться, опять же, а каких детей может нарожать такая… особа?

Фу!

А Сенечка богат, и всякие Дуньки с Маньками вокруг него так и вертятся… не вытерпит мальчик, соблазнится, а потом сколько будет проблем, нет-нет, так нельзя! Надо самой и срочно найти для Сенечки подходящую девушку.

Тут-то и подвернулась Любовь Николаевне Соня.

С Сониной бабушкой она действительно дружила по-соседски, раньше, давно еще. Потом уж разругались они, когда та, на правах старшей и более умной, начала учить Любовь Николаевну уму-разуму.

Какое она право имеет?!

И вообще… вот не надо говорить, что Любовь Николаевне еще бы трех детей, а то одного она портит своей любовью, и про деньги не надо! Верка просто их сама заработать не может, вот и вредничает…

Разругались они тогда, а через десять лет Любовь Николаевна и на похороны к подруге пришла. Кто ж знал, что у нее сердце больное?

Там-то Любовь Николаевна с Соней и познакомилась. И довольно потерла руки.

А что?

Вот она — идеальная жена для Сенечки!

Родители есть, но где-то там, далеко, так что у мальчика считай, ни тестя, ни тещи и не будет! Красота!

Сама девушка хозяйственная, ну это, конечно, ни к чему, хозяйством есть, кому заняться. Но пусть будет. Неглупая, вроде, образования, правда, нет, но это ее и пристроить куда-то можно, работает… ладно! Бросит!

Есть и другие плюсы, Соня молоденькая, как ей Сеня скажет, так и будет. И слушаться она будет, и любить его, и ценить, и первый он у нее будет, то есть девушка чистенькая, ничего мальчик не подцепит.

Внешность? Тут тоже плюсик. Соня неяркая, и такого… чуточку деревенского типа. Мышь среднерусская ширококостная. Но это тоже хорошо. Она и не балованная, и Сеню ценить будет, Сеня-то намного красивее Сони, и опять же, никто на нее заглядываться не будет. Она перед мужиками хвостом вертеть не станет!

Можно брать.

А потом… поживет она с Сеней три-четыре года, видно будет. Конечно, эта девица недостойна его Сенечки, но вот беда — принцесс в город не завезли, придется подождать чуточку.

Так и произошло.

Правда, кое-что Любовь Николаевна не просчитала. Нет-нет, она невестку честь по чести отвела к своему гинекологу на осмотр, сама приказала подобрать ей таблетки… куда им еще детей?

Молодые же, пусть пока нагуляются! Соне образование получить надо… вот, к примеру, искусствовед. Очень элегантно, утонченно, и разговор эта дурища поддержать сможет, и Моне от Мане отличать будет!

Что там сама Соня думает по этому поводу? Вот уж это Любовь Николаевну не интересовало вовсе. Соня что-то вякала на тему медицины и косметологии, но это уж вовсе глупости! Чтобы невестка Кучеровых кому-то ногти пилила или морду шлифовала? Нет-нет, это недопустимо. Ей что потом — свой салон покупать?