Чтение онлайн

— Мне это УЖЕ не нравится, — поежилась Фелиция.

— Все правильно. Все случилось на родах, они же должны были проходить рядом с алтарем, Михаил свою супругу любил, заботился, как мог, и рожать она должна была там, где можно было ее поддержать, если ее сил не хватит… Диана прокляла его во время родов, на родовом алтаре. Именно в этот момент она могла хоть на пару секунд, но скинуть цепи, и она это сделала. Сила ненависти была такова, что она отдала свою жизнь, и проклятье легло на ее мужа. А еще — на сына и внука. Михаилу повезло только в том, что Диана плохо представляла себе, КАК надо проклинать. Да и ведьма ей не объяснила, времени почти и не было. Содержание проклятья я не знаю, могу догадываться. Михаил был магом, и достаточно сильным. Его сын был без магии, и редкостным ничтожеством. Внук хоть и не был ничтожеством, но и магом тоже не стал. Вполне возможно, Диана прокляла и мужа, и ребенка, и всех потомков, отняв у них магию. Заблокировав…

— Тогда и у вашей правнучки не должно быть дара?

Лариса пожала плечами.

— Я НЕ ЗНАЮ, что именно сказала Диана. Знаю другое. Чтобы проклятье сбылось, что надо? Правильно, четкие формулировки, и обязательно условие, при котором можно его снять.

— Так…

— Если она его не поставила, это как раз третье поколение. Если она проклинала мужа, то сил хватило на него, на сына, на внука. А вот что уж она сказала, и чего пожелала лишить Михаила — не знаю. Это может сказать некромант, если что.

— Зачем это некроманту?

Лариса закатила глаза.

— Тебе надо найти Евгения! Боги, до чего же бестолковы бывают люди! Ладно еще, я не могу такое сделать, но ты посмотри на своего некроманта, он же явно все понял!

Андреас мрачно кивнул.

— Понял. Евгений проклят раз — своей бабкой. Второй раз — вами. И плюс к тому у меня есть возможность достать прах его родителей. Если искать его по одному праху, тут пользы не будет, в лучшем случае мир можно отследить. А вот если составить многокомпонентное заклинание, может и сработать. С несколькими опорными точками…

Лариса довольно кивнула.

— Именно! А если добавить еще и Михаила… лучше, конечно, этот ритуал проводить неподалеку от родового алтаря, но можно и в склепе, все же кровь рода Отт — это не просто так. И кровь Марины взять, чтобы опорных точек было больше.

Андреас застонал.

— Я все это просто не посчитаю. Не смогу!

Кто-то думает, что магия — это просто черных кошек мучить?

А вот ни разу! Ни два раза, ни три! Это точный расчет и очень сложная математика. Тогда и животных мучить не придется.

Лариса развела руками.

— Я бы и сделать не смогла, не то, что посчитать. Нереально… теорию я знаю, а вот способностей у меня не хватает. Не знаю даже, у кого хватит, тут они не к магии должны быть, а к математике, скорее, чтобы человек ее интуитивно понимал.

Фелиция задумалась.

— Я что-нибудь придумаю. Постараюсь.

— Надеюсь, — Лариса смотрела тоскливо. — Или блокировать ребенка, или найти Евгения, третьего выхода для моей внучки нет.

Фелиция это тоже понимала.

— Мне придется потревожить и ваш прах.

— Понимаю. И даю разрешение.

— Благодарить не буду, — буркнула женщина.

Лариса ответила выразительным взглядом.

Не за что им было друг друга любить, ой как не за что! Но… и удержаться она не смогла.

— Почему ведьма стала давать советы Диане?

— Потому что убитый жених Дианы был ее родственником. Кажется, племянник или какой-то внучатый… отомстила.

Фелиция только вздохнула.

Отомстила она!

Всем счастья привалило! Теперь бы вот расхлебать все это! Вот она — главная беда и ведьм, и аристократов. Если ведьмы слишком импульсивны, мстительны и часто сначала делают, а потом думают, то аристократы, напротив, расчетливы и холодны.

Разная природа сил, соответственно, и разные базовые черты характера. Вот и получается… беда.

Некромант отпустил призрака, потом немного поколдовал над могилой, и убрал в коробочку указательный палец трупа. Чтобы два раза не ходить.

— Предлагаю отсюда уйти.

— А я еще предлагаю выпить чашечку горячего шоколада. И пирожные. Будете?

— Литта, вы идеальная женщина.

— А, это не я. Шоколад и пирожные всегда есть у моей кузины Анны. Я буду вас знакомить.

Некромант возражать не стал.

Ладно уж!

Ради большой чашки горячего шоколада он с кем угодно познакомится.

Сначала Анна некроманту не понравилась.

Потом Фелиция почти упала в кресло, и Анна захлопотала по хозяйству. И некромант поменял свое мнение.

Подумаешь — рыжая, как морковка, полненькая и с веснушками! Зато какой шоколад она делает! И какие у нее пирожки! Не пирожные из кондитерской, а пирожки! С мясом, с вареньем, с яблоками, а с капустой! Это ж не пирожки, а песня!

Аристократы сами не пекут?

Анна была исключением. Как ему по дороге бегло объяснила Фелиция, Анна родилась на порядок умнее своих родителей. Нет, не по-житейски умнее. Она не более пробивная, не сможет идеально устроиться в жизни. Но ей легко даются самые сложные формулы, она умеет учиться и любит узнавать что-то новое. Она умна академическим мужским умом. А вот мужчинам это как раз не нравится. Зато Анне нравятся бунтари и хулиганы. А вот порядочные и приличные мужчины, которых находили мать с отцом, ее как раз не устраивали. Скучные, тупые, а что богаты… она и сама заработать может!

После очередной ссоры с родителями, она рассердилась, ушла из дома, сняла себе сначала квартирку, а потом, когда начала зарабатывать, уже и дом.

Да-да, зарабатывать.

Дала объявление, и занималась решением задач, чертежами, ритуалами — да всеми разделами логики, математики и даже магии. А почему нет?

Задача — она где угодно задача.

Анна приходила на встречу с заказчиком, представлялась секретаршей, мол, не дело ученому самому по городу бегать, брала заказ. Потом сама же выполняла его и получала расчет.

Клиенты ее ценили и передавали из рук в руки.

А Анна жила в свое удовольствие. Сняла домик, подумывала его выкупить, занималась сама хозяйством, обожала готовить (та же задача, только с множеством переменных), и была довольна и счастлива.

— Литта Анна, я на вас женюсь!

— Вот еще не хватало!

Комплимент явно был приятен девушке, а уж какая у нее улыбка обаятельная… или это так кажется после шестого пирожка с капустой?

А, неважно! За такие пироги кого угодно можно красавицей признать!