Чтение онлайн

– Я понимаю. Выходит, она и вправду его подозревала… Вы не против, если я поговорю с ней?

– Еще как против! Вы допрашиваете мою клиентку, потом делитесь этой информацией с ФБР и становитесь новым свидетелем обвинения? Нет уж, спасибо!

– Ничего подобного не будет.

– Зачем вы хотите с ней поговорить?

Разговор прервался, когда подошла Халина с тремя тарелками: моими блинчиками с беконом, жареным сыром с яйцами и чоризо для Блок и маффином для Лейка. Блок достала из кармана куртки упаковку антибактериальных салфеток, распечатала ее и тщательно протерла свои столовые приборы, не сводя при этом глаз с Лейка. Тот снял с маффина бумажную обертку и теперь препарировал его на тарелке. Присматриваясь. Принюхиваясь. Удовлетворенный, он положил кусочек в рот.

Просушив нож и вилку обычной салфеткой, Блок вонзила их в яичницу. Лейк поймал на себе ее пристальный взгляд.

– Вы странный, – сказала она ему.

– По крайней мере, я не провожу дезинфекцию своих столовых приборов, – парировал он. – Во всяком случае, послушайте: все, что Кэрри Миллер может мне сказать, останется строго конфиденциальным. Я обещаю не делиться этим с Бюро.

– Типа, как честное скаутское под салютом?

– Зря вы так… Я даю вам слово, что ничем с ними не поделюсь, – обиделся Лейк.

– Даже если вы принесете мне должным образом заверенный аффидевит[192] с подобным обещанием, я все равно пошлю вас подальше. И вы так и не ответили на мой вопрос: почему вы вообще хотите поговорить с Кэрри?

– Потому что я читал дело Песочного человека. Я просмотрел все эти материалы – неофициально, поговорил на этот счет с Дилейни. Я знаю, что произошло. Но не знаю Дэниела Миллера. Ваша клиентка была замужем за ним почти год, и у нее есть того рода информация, которая мне требуется, если я собираюсь его поймать.

– Извините, я не могу.

Лейк потер щетину на подбородке и положил в рот еще кусочек маффина.

– Знаете, в ваших же интересах, чтобы я поймал этого парня, – заметил он.

– Прямо сейчас Дилейни должна была быть жива. Я хочу заполучить этого сукина сына не меньше вашего, но, полагаю, вы говорите о чем-то другом, – сказал я.

– Против Кэрри Миллер возбуждено дело, но она не та, кто им нужен. Они собираются утверждать, будто она была сообщницей, но на самом-то деле она в данном случае лишь вспомогательное орудие. Им нужно главное событие. Если я поймаю его, вы сможете заключить сделку. Ее прежний адвокат, Пельтье, полагался на сделку. Мои люди в суде сказали, что он постоянно просил встречи с окружным прокурором. Кэрри Миллер обладает гораздо большей ценностью как свидетель обвинения против своего мужа, чем как соответчик, но эта ее ценность реализуется только в том случае, если Песочный человек окажется под стражей.

Он был прав. Если б Песочный человек предстал перед судом, отношение окружного прокурора к Кэрри Миллер в одночасье изменилось бы. СМИ оказывали на город огромное давление, от имени родственников жертв требуя результата. Привлечение к суду Кэрри Миллер помогло немного ослабить это давление, но власти пошли бы на всё, только чтобы прижать к стенке самого Дэниела. Даже если бы для этого пришлось заключить досудебную сделку с Кэрри, чтобы она дала показания против своего мужа.

– Это могло бы сработать, но у нас нет времени. Завтра Кэрри Миллер предстанет перед судом. Рассмотрение дела может занять максимум неделю. ФБР потребовалось четырнадцать месяцев, чтобы опознать Дэниела Миллера как Песочного человека, и вот теперь, год спустя, они все еще не поймали его. Что вы можете сделать за неделю такого, чего не могут они?

Лейк откинулся на спинку стула, потер руки.

– Начнем с того, что он опять активен. Мы не знаем, где Миллер находился в течение года, но теперь нам известно, что он снова в Нью-Йорке. Вы видели сегодняшнее письмо в «Таймс»?

– Видел. Он утверждает, что Кэрри невиновна, и грозится убить еще больше людей, если они не прекратят дело против нее. Это явно не поспособствует большой симпатии к Кэрри со стороны присяжных.

– Может, и нет, но для меня это полезно, – сказал Лейк.

– Каким образом? – спросила Блок.

– В общем, теперь я понимаю его мотивацию. Он не хочет, чтобы Кэрри попала в тюрьму. Это помогает мне понять его образ мыслей.

– Почему он вышел из подполья именно сейчас? – спросил я.

– Во всех газетах писали, что по этому делу может быть заключена досудебная сделка. Вплоть до того момента, пока помощник окружного прокурора Уайт не поставил точку и не заявил, что собирается преследовать Кэрри обычным порядком. Вот что его спровоцировало.

– Но зачем было вообще выходить из укрытия?

– Разве это не очевидно? Он любит свою жену. Психология серийных убийц – довольно сложная и запутанная штука. Они могут запросто разорвать на куски случайного прохожего ради собственного удовольствия, но это не значит, что они не способны заботиться о ком-то. Многим серийным убийцам присущи как нарциссизм, так и ненависть к самим себе. Если они находят кого-то, с кем им хорошо, с кем они даже чувствуют себя любимыми, это помогает им прийти в норму. Они начинают жаждать этого чувства. Это не совсем любовь, но все-таки что-то наиболее близкое к ней, что они могут себе представить. Дэниел Миллер любит свою жену. Или, по крайней мере, думает, что любит, и готов пойти на любой риск, только чтобы ей помочь. В этом наше преимущество, но мне может понадобиться кое-какая помощь. Не могли бы вы пока что обойтись без Блок?

Та оторвала взгляд от тарелки, глянула на Лейка, приподняв бровь, а затем вернулась к своей яичнице.

– Я не могу обойтись без своего оперативника. Я ведь уже сказал вам, что у меня сложнейший судебный процесс на носу.

– Если мы поймаем Миллера, никакого суда не будет. Окружной прокурор просто набросится на вас, чтобы заключить сделку. Послушайте, я прошу не просто так. С еще одной парой рук я мог бы работать намного быстрее. И я знаю Блок по репутации. Наслышан. Я…

Он умолк, глядя куда-то над моим плечом. Пригубил горячей лимонной воды, нахмурив брови, как будто пытаясь сказать что-то, что никак не шло с языка.

– Знаете, у меня кое-какие проблемы с доверием к людям…

– У вас проблемы с заказом маффинов.

Лейк кивнул, и в уголках его губ появилась улыбка.

– Да, это пунктик, но это совсем другое. Ловля монстров – вот то, чем я занимаюсь. С Блок это вышло бы у меня намного быстрее.

– И с какой это стати вам мне доверять? – поинтересовалась Блок.

– Потому что вы пытались помочь моему другу. И вы больше не коп.

Я проследил за тем, как Блок не спеша откладывает вилку и вытирает губы салфеткой, прежде чем опять заговорить.

– Фамилия Лейк мне вроде как знакома… Когда я работала в управлении шерифа в Порт-Лонли, то слышала про одного федерала по фамилии Лейк, который в одиночку разгромил нарколабораторию в Нью-Джерси. Ухлопал там двенадцать парней с помпухами, «калашами» и «AР–15». Половина из этих парней были бывшими вояками. Их хорошо обучили и им хорошо заплатили, чтобы они убивали любого, кто переступит порог этого дома. Я слышал, что этого парня, Лейка, дважды подстрелили во время перестрелки. Это вы?

Лейк встретился с ней взглядом, и челюсть у него беззвучно задвигалась, словно он набирал обороты, чтобы выплюнуть ответ.