Чтение онлайн

— Сейчас, — он ослабляет хватку на моих запястьях, — я отпущу тебя. И только попробуй сопротивляться, тебе не поздоровится. Все ясно?

Киваю, почти не дыша.

— Да.

— Отлично, — слышу его ухмылку.

Люциус отпускает меня, и я поспешно опускаю руки вдоль тела.

— Он наказал меня, когда узнал, что я дал Поттеру уйти, — бормочет он, все еще прижимаясь ко мне. — И теперь я спрашиваю себя, а стоишь ли ты тех неприятностей, что ты мне доставила? Ты едва ли имеешь право называться человеком. Зачем мне так напрягаться из-за тебя?

Мучительно медленно он спускает платье, обнажая сначала мои плечи, а затем освобождая мои руки из рукавов, пока верх платья не оказывается скомканным у меня на талии. Моя грудь полностью открыта его взгляду.

Машинально поднимаю руки, чтобы прикрыться, но Люциус ухмыляется.

— Поздновато для скромности, грязнокровка.

Сжимаю губы. Хвала Господу, что я не вижу лица этого ублюдка!

— И учитывая все, что я ради тебя сделал, мне немного неприятно от того, что ты пытаешься лишить меня того, на что я имею полное право.

Мразь. Какая же он мразь. Ненавижу!

Но невозможно оставить без внимания нотки стали в его голосе, и я расслабляю руки, чтобы он смог убрать их от моей груди и прижать к кровати. Я чувствую его взгляд, прожигающий насквозь, оставляющий горящие отметины, и краснею.

Он глубоко вздыхает и резко выдыхает.

Боже мой, Господи.

— Кажется, ты все-таки стоишь всех неприятностей, — шепчет он.

И что это значит?

— Но, не мешало бы убедиться в этом. Ты как?

Он еще крепче вжимается в меня, так, что у меня перехватывает дыхание. Он так близко, так чертовски близко, и я не знаю, что делать. Я никогда… я только целовалась с мальчиком, но не более, а теперь… с Люциусом Малфоем. Из всех людей на Земле…

Я всегда думала, что это должно быть с тем, кого ты любишь и кому доверяешь, а не с тем, кто пытается таким образом утвердить свою власть.

И я хочу, чтобы это произошло с Роном Уизли, а не с убийцей моих родителей.

Он склоняется ближе. Я чувствую его дыхание на своих губах.

Закрываю глаза, и…

Ничего.

— Ха, — раздраженно выдыхает он. — Не думаю. Хотела провести меня? Ты почти добилась своего, маггловская шлюшка.

Открываю глаза.

Что?

Боль обжигает скулу, когда он наотмашь бьет меня по лицу. И еще раз. А потом еще и еще. В ушах звенит, и я вскрикиваю с каждым ударом.

— Заткнись, грязнокровка! — Озлобленно рычит он. — Ты отвратительна!

Он поднимает меня на ноги и толкает через всю комнату. В темноте я с силой ударяюсь обо что-то. Громкий звук разбившегося стекла дает мне понять, что я врезалась в свой туалетный столик.

Люциус наматывает мои волосы на свой кулак, притягивая меня к себе, и со всей силы бьет меня в челюсть. Разноцветные фейерверки вспыхивают перед глазами.

Стойте. Прекратите, остановитесь, не надо!

Удар.

Пожалуйста, хватит!

— Прошу вас, остановитесь!

Еще удар.

— Я же сказал, заткнись!

Он сошел с ума.

Падаю на пол и пытаюсь отползти подальше от него, но он переворачивает меня на спину и…

Боже мой! Отвали от меня! Господи Иисусе…

Он давит пяткой ботинка на открытую рану на моем плече.

— Ты никогда больше не будешь пытаться провести меня! Повтори! — Он шипит, но этот свистящий шепот слышно даже сквозь мои крики. — ПОВТОРИ!

С Божьей помощью заставляю себя выговорить сквозь рыдания:

— Я никогда больше не буду пытаться провести вас.

— ГРОМЧЕ!

— Я никогда больше не буду пытаться провести вас!

О, пожалуйста, уберите ногу, прошу вас…

Он убирает ногу с моего плеча.

Поворачиваюсь на бок, стараясь унять истерику.

— Хорошо, — говорит он.

Зажимаю рукой повязку, уже насквозь пропитавшуюся кровью, и до крови прикусываю губу.

Люциус резко вздыхает.

— Не провоцируй меня больше, — тихо и абсолютно спокойно произносит он. — И прекрати использовать эти дешевые штучки, чтобы переиграть меня. Я не потерплю такого поведения, и особенно — от грязнокровки. Буду признателен, если в будущем ты научишься контролировать себя.

Тяжелые шаги и звук открывающейся двери, а потом… дверь захлопывается.

Он..?

Вглядываюсь в темноту комнаты, но, конечно же, ничего не вижу.

И тогда я прислушиваюсь.

Ничего. Тишину нарушает лишь мое рваное дыхание.

Гермиона Джейн Грэйнджер, ж, возраст: 17

Симптомы:

А) глубокая депрессия

Б) повышенная тревожность

В) маниакальный синдром

РЕКОМЕНДОВАН ПОСТЕЛЬНЫЙ РЕЖИМ. ВРЕМЕННОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ ПЕРЕДВИЖЕНИЯ ПО ДОМУ. КРУГЛОСУТОЧНОЕ НАБЛЮДЕНИЕ.

Дрожа, я сворачиваюсь клубочком, повернувшись на бок так, чтобы раненое плечо не касалось жесткого, холодного пола, но это мало помогает, потому что все тело охвачено жгучей болью от его яростных ударов…

Разум и душа тоже пропитаны болью.

Зарываюсь пальцами в волосы, больше всего на свете желая, чтобы все вокруг исчезло, растворилось, оставив меня умирать в кромешной тьме.

Хочу к маме.

А еще хочется плакать, но я лишь вздрагиваю и судорожно вздыхаю. Я не буду плакать. Моя боль останется со мной. Не доставлю ему удовольствия лицезреть, в каком я отчаянии.

Да и вряд ли он услышит мой плач?

Я больше не знаю, во что верить.

Может, это очередная его игра. Уже не в первый раз он хочет запутать меня.

Но… нет. Он бы не стал заходить так далеко, если бы хотел просто поразвлечься.

И не стал бы так выходить из себя. Он никогда не был таким. Он даже не воспользовался волшебной палочкой.

Но тогда выходит, что…

Мне необходимо верить, что все это игра, даже если на самом деле, это не так. Иначе, вывод, который напрашивается… в это просто невозможно поверить.

Ну, хорошо. Вполне возможно. Я, может быть, и не слишком хорошенькая в плане внешности и в два раза моложе него, но ведь он всегда получал то, что хочет. Вообще-то, не то что он действительно хочет меня, но, как сказала Беллатрикс, ему невыносимо думать, что в этом мире есть кто-то, чье существование всецело зависит от него, но он не может позволить себе завладеть им во всех аспектах.