Чтение онлайн

— Все в порядке, солнышко. Я... я просто думала, что мы с твоим папой уже пришли к согласию.

— А что такое согласие? — спросил Тео.

Ава не сводила глаз с сына. Кристос видел, как она отдаляется от него. Он просил сделать анализ, чтобы тот помог привнести настоящее доверие в их отношения, чего она и хотела. А затем решил, что не станет интересоваться результатами.

Но сейчас Кристос чувствовал, что не должен был этого делать. Он увидел боль и гнев в ее глазах. С одной стороны, он понимал ее, но с другой... не был человеком, способным слепо доверять, и Ава должна знать это.

— Это договор. Например, мы с тобой договорились, что ты никогда не будешь лгать, — сказала Ава.

Тео положил коробку на диван и встал, взглянув на Кристоса с серьезным выражением лица.

— Ты сказал неправду, пап?

Ну как ответить на такой вопрос?

— Нет, Тео.

— Я неправильно поняла тебя, когда ты сказал, что доверяешь мне? — спросила Ава.

Кристос покачал головой. Разговор был непростой, деликатный и не предназначенный для ушей четырехлетнего ребенка. Кристос взял Тео на руки и так крепко прижал к себе, что Тео стал вырываться. Его сын.

— Ты дашь нам с мамой возможность поговорить наедине?

— Да, — ответил Тео.

Кристос опустил его на пол, и Тео убежал из комнаты, прихватив с собой плюшевого медвежонка.

Ава обвила себя руками и посмотрела на Кристоса так, как никогда раньше. Даже в тот день в школе, когда он снова вернулся в ее жизнь, она не смотрела на него так.

— Ава...

— Не пытайся ничего приукрасить или объяснить свои действия. Я ясно сказала, что мне необходимо твое доверие по этому вопросу, Кристос.

— Я знаю. И действительно верю тебе.

— Ну конечно.

— Только без сарказма! Ава опустила руки.

— Я буду вести себя так, как хочу. Здесь я — пострадавшая сторона.

Кристос покачал головой.

— Поставь себя на мое место, Ава. Я видел вас со Ставросом вместе. Никки знала, что он спал с другой женщиной в то лето, а ты — единственная, кто был рядом с ним.

Ту картину Кристос никак не мог выбросить из головы. Хотя со временем она и потускнела.

— Лучше поставь себя на мое место, Кристос... Ты отдаешь всю себя мужчине, которого, как ты думаешь, любишь, а твой хозяин набрасывается на тебя, и для тебя все заканчивается тем, что ты теряешь человека, которого любишь, свою работу и свою семью.

— Сочувствую, что твоя семья не поддержала тебя, — сказал Кристос, не способный понять предательства ее близких, потому что его собственные родственники никогда бы так не поступили. Даже в его самые бурные годы отец поддерживал с ним контакт. И у него всегда были Гилермо и Тристан, которые ему все равно что братья.

— То, что они от меня откажутся, я ожидала. Я всегда была для них чужой и знала, что они никогда не примут меня с Тео. Это твое отступничество больно ранило меня.

— Я никогда не собирался причинять тебе боль, — сказал Кристос, думая о той боли, которую он принял за гнев, когда застал ее в объятиях своего брата.

— Конечно, не собирался. А теперь, когда ты знаешь, что Тео — твой сын, прошлое магически изменилось?

— Я попросил сделать анализ, но не читал результаты.

— Для чего тогда понадобилось его делать?

— Мне нужно было доказательство, чтобы я мог поверить тебе.

— Тебе понадобилось доказательство? Доверие не имеет ничего общего с этим. Отношения строятся на доверии к другому человеку, а не на подтверждениях и анализах, и я не могу жить с человеком, который не доверяет мне.

— Ты грозишь мне уходом? — спросил Кристос. Ему захотелось перекинуть ее через плечо, оттащить в свою комнату и запереть. Быть уверенным в том, что она никогда не сможет уйти. Но внешне он старался держаться хладнокровно.

— Можно подумать, что это имеет для тебя значение, — сказала Ава.

— Да, черт возьми, имеет. Но я не собираюсь вымаливать у тебя прощение за то, что сделал по необходимости.

Ава покачала головой.

— Что значит — по необходимости?

— Ты хотела, чтобы я верил тебе, и я хотел того же. Любить тебя так, как ты того заслуживаешь...

— И единственный способ для этого — за моей спиной взять у Тео анализ? — спросила она.

Он шагнул к ней, потому что на этот раз не услышал в ее голосе ни возмущенных, ни гневных ноток. Ее тон был скорее недоуменным.

— Ты требуешь от меня невозможного.

— И чего же, по-твоему, я требую от тебя?

— Слепого доверия.

— Я не хотела ничего безрассудного, Кристос. Я хотела любви. Настоящей, безмерной любви. Такой, о которой можно прочитать в старинных сказках.

Он потер затылок, чтобы снять напряжение.

— Это нереально.

— Я представляю, какова реальность, и знаю, что чувствую. Я люблю тебя, Кристос.

Для него вдруг потеряло смысл все остальное.

— Ты любишь меня?

Она пожала плечами.

— Да, люблю. Но не могу жить с тобой, раз ты, намерен лгать мне, особенно в том, что касается Тео.

Ава прошла мимо него и вышла в другую комнату. Кристос стоял на месте, вдумываясь в то, что она сказала. Она любит его. Это правда, и в это мгновение он понял, что Ава понимала поддоверием: у него не было способа найти доказательство ее любви, кроме как просто поверить ей.

Ава почувствовала себя маленькой девочкой со стоянки автофургонов, когда, уйдя от Кристоса, вышла на балкон, с которого открывался вид на громадные владения Теакисов с прекрасным парком. Дом был таким огромным, что она не знала, где сейчас Тео. Ей хотелось прижать к себе малыша и несколько минут просто наслаждаться его безграничной любовью.

— По какому поводу ты ссорилась с моим сыном? Ава обернулась и с удивлением взглянула на Ари, который выехал в своем инвалидном кресле на балкон. Вот уж с кем она стала бы в последнюю очередь говорить о своих неприятностях. Возможно, он обрадовался тому, что у них с Кристосом проблемы, и распорядился, чтобы Мария упаковала ее вещи и отправила ее в аэропорт.