Единственная для Демона
Шрифт:
– С утра пить будите?
– Не пить, Ева, похмеляться. – исправила Лиза в свою пользу.
– Такое себе занятие.
– А как прошёл твой вечер? – спросил Макс, приподняв одну бровь.
В это время раздался звонок домофона, буквально мой спасательный круг, который уберёг меня от лишних расспросов. Игорь поднялся более, чем запыхавшийся. Поставил жёлтый пакет в коридоре и облокотился руками на колени, пытаясь отдышаться. От меня не ускользнул его помятый вид и ярко фиолетовый синяк, украшавший правый глаз.
– В магазин сами пойдёте в следующий раз. – громко заявил он. – На восьмой этаж и тем более с бодуна вообще ни разу не прикольно подниматься.
Тяжёлый запах перегара заполнил помещение кухни. Лиза достала из пакета четыре бутылки, одну из которых поставила передо мной. Я кинула на неё удивлённый взгляд и отодвинула на середину стола. Она лишь пожала плечами. Выпив стакан кофе и выслушав несколько шуточек Макса про "белку" Игоря, я сообщила, что пойду в торговый центр, а также напомнила Лизе, что завтра начинается рабочая неделя. Вряд ли она восприняла мои слова всерьёз так, как разговор ребят о прошедшем вечере был ей намного интересней.
В торговом центре мне особо ничего не было нужно. Поэтому большинство витрин магазинов оставались позади. Просидев около часа на фуд-корте, медленно цедя из трубочки молочный коктейль. После я всё же решила зайти в книжный. Выбрав очередной женский роман в глянцевой обложке, думала уже возвращаться домой. Однако завидев знакомый женский силуэт, сидящий на лавочке и улыбающийся мне механической улыбкой, решила подойти ближе. Зрение у меня хорошее, но вдали я не придала значения преобразившейся женщине. И лишь подходя к ней я ужаснулась.
Быть не может, я точно схожу с ума!
Клавдия сидела, вальяжно положив ногу на ногу и запрокинув одну руку на спинку лавочки. Было такое ощущения, что она находится не в людном ТЦ, а на важном приёме у некого Герцога. Чёрное кашемировое пальто и элегантный берет, дополнял образ дамы из восьмидесятых. Трудно не согласиться, что выглядела она более чем эффектно. А в состоянии шока меня повергло даже не это: её лицо, оно совсем преобразилось, не морщин, не складок, образуемых временем. Да ей на вид лет сорок, не больше. Волосы приобрели насыщенный тёмный оттенок.
– Здравствуйте, Клавдия. – все мои эмоции отражались на лице.
– Дитя. – склонив голову в знак приветствия, улыбнулась надменной улыбкой, понимая, что я нахожусь в состоянии растерянности. – Составь мне компанию, – и голос совсем живой, железной леди.
– Вы приехали за покупками? – спросила, присаживаясь рядом. – Иштар сказал, что у вас выходной.
– Совмещаю приятное с полезным. – женщина не сводила глаз с эскалатора, находящемся от нас с правой стороны. – Люблю наблюдать за людской повседневностью.
– Что в этом интересного?
– В том, что кроме тебя здесь нету ни одного человека, который пришёл лишь для того, чтобы скрасить свой день без какой-либо цели и необходимости. Живут от случая к случаю. Вся их жизнь – это план, которому они следуют. Действия и цели.
– Что плохого в целях? – непонимающе спросила я.
– За ними теряется жизнь. – она вздохнула. – Хотя, ваш мир так устроен.
– Наш?
– Например, вон та парочка. – коротко кивнула, не обращая внимания на мой вопрос. – Девушка считает, что выбрала своего человека, мужчина же знает, что это очередная пассия. Его цель обмануть и причинить вред. Хорошая ли это цель, дитя? Можно ли назвать жизнью то, чем он живёт?
Я пригляделась и сердце забилось чаще. В том самом парне, о котором она говорила, я узнала своего бывшего. Именно он когда-то обчистил нашу с Лизой квартиру. Моя первая "любовь" и боль. Непроизвольно вздрогнув, я прикрыла глаза, в надежде, что мне причудилось, но нет. Это точно был Валера.
– Заслуживает ли он наказание за причинённое зло другим? Или выходить ему из воды сухим, так и положено?
– Не нам судить… – пролепетала я, сдерживая эмоции.
– По чём знать… по чём знать. – скучающе произнесла Клавдия.
Я наблюдала за парнем, который уже поднимался наверх на эскалаторе. И что-то в его движениях заставило меня напрячься. Он качнул головой из стороны в сторону и, как будто сонный начал протирать глаза. Стоявшая рядом девушка коснулась его локтя. Не замечая её жеста, он сделал шаг назад и не встретив опоры под ногами, спиной полетел вниз. Всё произошло стремительно быстро. Я лишь видела, как он почти с самого верха мешком повалился обратно, даже не пытаясь остановить падения. Истошный крик и собравшийся народ загораживал дальнейшие события происходящего. Я машинально вскочила с лавки и зашагала в сторону где только что произошёл несчастный случай.
Или вовсе не несчастный?
– Милушка, вот вы где. – уцепившись за мой локоть, Кузьма развернул меня на сто восемьдесят градусов и потащил к выходу. – Какой курьёз. – изобразил раздосадованный голос. – Как же так случилось-то?
Пытаясь что-либо сообразить, я плелась за ним на ватных ногах.
– Это ваших рук дело? – мысль появилась сама собой.
– Помилуйте, разве вы видели там мои руки? – перед нами открылись двери и свежий воздух ударил в лицо. – Садитесь, милушка.
Прямо у входа стоял автомобиль. Кузьма открыл заднею дверь и почти насильно усадил меня. Затем занял водительское место. На переднем сиденье уже расположилась Клавдия. Машина тронулась, оставляя здание позади.
– Он хоть жив? – слабо спросила я.
– Непременно. Может ногу сломал, ну или руку. – не скрывая довольства ответил Кузьма.
– Может шею. – Клавдия пожала плечами.
– Да может всё вместе. – усмехнулся Кузьма, заворачивая в знакомый мне двор.
Выдавить из себя ещё хоть слово мне не удалось. Состояние подавленности не отпускало. Весь случай более, чем странный. Обвинить Клавдию и Кузьму язык не поворачивался. Если они и задействованы каким-то образом – а я почти не сомневалась – то это уже больше походило на мистику. От чего мне становилось в сотню раз хуже. Вообще от событий, происходящих последнее время в моей жизни веяло присутствием сверхъестественного. Но каждый раз я прогоняла эти мысли, выметая поганой метлой из головы, не забывая сплюнуть через левое плечо. Я совсем не суеверная. И уж точно не атеистка. Но полагаю, что всё можно объяснить в той или иной мере.
А вот тут-то, в голове не складывался пазл: помолодевшая на глазах Клавдия, Виктор, который за раз съел две горяченные курицы и его сверхбыстрые перемещения. Так ещё и третий к ним добавился. Кузьма, лично предупреждавший Талькова о гибели и это странное обращение к нему: "Кайм". И все они работают на Иштара.
Внутри всё похолодело от мыслей о нём. Кто они?! Великие иллюзионисты? Чёртовы Гудини? Или насмешка моего больного воображения? Остановимся, пожалуй, на последнем варианте. На сегодняшний день он выглядит более мнимым и от того менее внушающим. Однако, полностью меня устраивавший. Лучше свалить это на игры разума и самовнушение, чем на что-то предосудительно-необъяснимое.