Чтение онлайн

– Тем более надо быстрее доставить тебя к Спарри, - я отвлекся от Скайлар и поискал глазами кого-нибудь из бойцов.
– Ковальски, передай на шлюп готовность к взлету. Доктор Спарри, Селеста и Альберт Сент-Клер, и все тяжелораненые летят с нами на орбиту.

Ковальски кивнул и тут же взялся за рацию. Заметив, что я двинулся в чащу, быстро отдал пару приказов своим людям и двинулся за мной.

А Скайлар, сообразив, что я сказал, встрепенулась:

– Что? Отец тоже жив? Но как они попали сюда? Что вообще происходит?

– Это мы выясним, когда Спарри приведет их в адекватность. Но одно могу сказать точно: оба твои родителя были удивлены тем, что ты тут. И они были рады.

– Хорошо бы. Надеюсь, это не влияние токсина. А куда мы идем?
– оглянувшись на лес, куда я ее нес, удивилась Скайлар.

Я усмехнулся:

– Не поверишь, но этот разбойничий лагерь меньше чем в километре от основного. Не знаю, как давно они питаются местными токсичными продуктами, но они сильно повлияли на их рассудок. Вот что значит пользоваться устаревшими технологиями. В современных спасательных наборах есть анализаторы пригодности пищи и воды.

Скайлар кивнула и прижалась к моей шее, щекоча теплым дыханием.

Не удержался, снова уткнулся в ее макушку, вдыхая чудесный запах ее волос.

– Кристиан?

– Что?

– Спасибо, что пришел за мной.

– По-другому и быть не могло. Ну а теперь ты от меня даже на шаг не отойдешь. И будешь наказана за то, что сбежала от охраны и ушла в лес.

Через час после того, как Кристиан вынес меня из леса, мы стартовали. Наши люди, обрадованные тем, что беды не случилось и негодяи пойманы и арестованы, начали работать усерднее, без опаски. Так что погрузка прошла без задержек.

Всю банду арестованных отправили в медотсек тюремного изолятора крейсера. За ними прилетел отдельный шлюп с хорошо вооруженной охраной. Там им окажут помощь по выведению токсина из организма и потом рассадят по одиночным камерам до тех пор, пока все не будут допрошены и вина каждого не будет определена.

Ковальски лично пришел и доложил мне, что Спенсера и женщину по имени Окса пришлось изолировать сразу же. Они оба вели себя сверхагрессивно и попытались обезоружить охрану. Вследствие чего были помещены в камеры для буйных заключенных, где они и продолжили получать свое лечение.

Ковальски все еще чувствовал вину за то, что не доглядел за мной, и старался «выправить карму», как он это назвал. Остальных же беженцев династий начали поднимать сначала на крейсер, здорово его перегрузив.

Но спустя несколько часов ремонтная команда оживила системы первого ковчега, и людей начали возвращать туда под присмотром наших солдат.

Кристиан сказал, что пока не будут проведены переговоры с главами династий, все будет именно так - под контролем наших военных. Никто и не спорил с этим, потому что все главы были либо в гибернации, либо в госпитале, где проходили детоксикацию.

Проходила она, к слову, мучительно. Врачи сравнивали это с ломкой после приема некоторых запрещенных веществ. Кроме зависимости, местный токсин имел и серьезные побочные действия. Всем пострадавшим понадобится серьезное лечение почек и печени.

Доктор Анджело Спарро в своем докладе сообщил, что, задержись мы на неделю, то всем понадобилась бы замена органов.

И тем не менее эта токсичная планета оказалась полезной. Дроны-разведчики искали не только людей. Они шерстили все.

Были найдены богатые залежи редкоземельных металлов. Настолько большие, что эти металлы перестали быть редкоземельными. И сейчас, сидя в своей каюте, я, чтобы чем-то себя занять, принялась набрасывать варианты для их добычи.

После анализа пагубного излучения оказалось, что если в момент выброса прикрываться планетой, то эта планета сыграет роль щита. То есть орбитальная станция спокойно может висеть в тени планеты сколько угодно долго.

А вот добывающий завод нужно погрузить под поверхность на пятьдесят метров и защитить керамическим панцирем. Да-да, странное излучение игнорировало керамику.

Я настолько погрузилась в работу, что не заметила, как пришел Кристиан. Вздрогнула от неожиданности, когда его большие теплые руки легли мне на плечи.

А потом…

А потом было то самое наказание, которое он мне обещал. Кристиан сел напротив в кресло и начал говорить.

Он не кричал, не угрожал и вообще был очень вежлив, но каждое его слово ложилось кирпичом на грудь.

– Скайлар, - его голос звучал ровно, безэмоционально, но в глубине таилась сталь, - ты понимаешь, насколько безрассудно поступила? Я знаю, что ты оставила охрану, услышав плач ребенка…

Я опустила глаза, чувствуя, как внутри все сжимается от вины.

– Мои люди охраняют тебя не для того, чтобы ты чувствовала себя ограниченной в свободе. Они обязаны защищать тебя любой ценой. Каждый из них поклялся головой за твою безопасность.

Он сделал паузу, и я заметила, как его челюсть напряглась.

– То, что ты приняла куклу за живого ребенка, не оправдывает твоего поступка. Хорошо, что твое исчезновение быстро обнаружили и мы начали поиски. Но позволь мне сказать тебе одну вещь: я не потерплю такого отношения к собственной безопасности.

Кристиан поднялся с кресла и начал медленно ходить по комнате.

– Ты - самое ценное, что у меня есть. И я не позволю тебе так безответственно относиться к собственной жизни. Больше никогда не покидай охрану без предупреждения. Никогда.

Он остановился напротив меня, и в его глазах промелькнула тень тревоги, тут же скрытая за маской властности. Сейчас со мной говорил мой босс.

– Даже если ты услышишь крик о помощи, даже если будешь уверена, что кому-то грозит опасность - сначала сообщи охране. Ты не можешь рисковать своей жизнью.

Его слова повисли в воздухе, тяжелые и искренние. Но вдруг я почувствовала, что за его холодностью скрывается настоящая буря чувств.

– Прости меня, - прошептала я, - я не могла подумать, что это ловушка. Я просто хотела помочь…

Он вздохнул и подошел ближе, взял мое лицо в свои ладони.

– Понимание и сострадание - прекрасные качества, Скайлар. Но они не должны затмевать здравый смысл. Мои люди приставлены к тебе не просто так. Но я прошу тебя… пообещай больше так не делать.

Я кивнула, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза.

– Обещаю. Я больше никогда не подведу тебя.

Его пальцы слегка сжались на моем лице, а затем он отпустил меня, снова надевая маску невозмутимости.

– Хорошо. Помни об этом. Твоя безопасность - мой главный приоритет.