Чтение онлайн

– Она не привыкла так.Домашняя.Хан убирает телефон в карман. Хмуро смотрит на меня.- Интересно получается, говорит он.

– Значит, мою футболку ты обнюхивала, на чистоту проверяла. А как до твоей псины дело доходит, так похер на чистоту.Тянешь в дом.Белочка чистая. Она всегда со мной жила. Так привыкла и...Это собака. А собаки живут во дворе.Нет, ее во двор нельзя, - качаю головой.
– Особенно к тем. К твоим. Да они же ее сожрут.Слушай, все тебе не так, - щурится Хан, подступает ко мне.

– Ну допустим, лам этой твоей..?. жить здесь. А мне-то что за это будет? А?

Не надо Белочку во двор, - повторяю тихо.Это я понял, - криво усмехается Хан.
– Другое не понял. Мне что за это будет?Не хочет он на другую тему переключаться. На своем стоит. Так, что и не сдвинуть.Не отвлечь. Лихорадочно подыскиваю правильные фразы в голове. Но тут будто назло моя сообразительность мне отказывает.Наверное, еще мешает тот раздевающий взгляд, которым Хан меня изучает. Прямо прожигает своими черными глазами, пронизывает.Судя по виду, ему больше нравится его футболка на мне, чем свадебное платье.А мне вот наоборот. Но выбора нет. Приходится смириться.Ясно, - кивает Хан.
– Опять на халяву проехаться хочешь. Так и думал.Почему? Я же просто...Расплачиваться надо, Василиса. За все. Пора бы тебе об этом поразмыслить. Я при любом раскладе свое получу.Обида прорезает изнутри. Слезы к глазам подступают. Но плакать я не хочу.Стараюсь сдержаться изо всех сил, чтобы не показывать ему слабость. Не выглядеть жалкой.Конечно, - говорю.

– Если силой захочешь, я ничего не смогу сделать.А тебе бы хотелось?

– оскаливается он, резко подступая вплотную.Что?

– роняю оторопело.Силой, - хмыкает.Нет, - нервно мотаю головой.Ну так не нагнетай, - хрипло припечатывает Хан.

– Какой бы сучкой ты не была, а я тебе сразу сказал: обойдемся без насилия.

Не мой это метод. Если только ты сама не допросишься.Молчу. Хотя такие его слова про меня звучат очень неприятно.Это чем я такое обращение от него заслужила?- Я почти год ждал, - замечает Хан.

– Еще пару дней, пока ты ломаешься. подождать не проблема.Почему пару дней? Он уверен, я сама уступлю так быстро?.. Молчу. Ничего не уточняю. Опасаюсь.Может он потому и ведет себя...относительно спокойно. Верит, что быстроуступлю. Что давить не придется.В общем, лучше мне лишнего не болтать сейчас. Не разочаровывать его.- Идем, - вдруг бросает Хан, хватая меня за руку, тянет за собой.

– Жрать охота.Вскоре мы оказываемся внизу. Там накрыт большой стол.Хан ногой двигает стул. Усаживает меня. Придвигает стул обратно. Уже руками.Берется за спинку и не упускает возможности пройтись ладонями по моим плечам, по спине. А я лишь нервно дергаюсь.Тише, - насмешливо бросает он.

– Что это ты переполошилась?Ты же сам сказал.Что сказал?Насильно трогать не будешь.Трахать не буду, - отрезает грубо.

– А трогать - другой разговор. Что это я свое оценить не могу? И где же тут насильно?- АЙ!Подскакиваю, когда он сжимает мою грудь через футболку и ткань нижнего белья.Вся эта одежда едва ли защищает от обжигающих касаний.Хан отпускает меня сам. Когда считает нужным.Имранову тоже так мозги выносила?

– спрашивает он.

– Или с ним язык за зубами держала?Шамиль никогда себя так не вел, - отвечаю тихо.Да ну?Да...- Пиздец он тебе башку задурил, - резко бросает Хан.Усаживается рядом.Ешь давай, - говорит, и когда я медлю, с раздражениям прибавляет:

– Не волнуйся, посуда чистая.Смотрю на него. Еда не отправлена, - добавляет.
– Я не ты. Хуйни подмешивать не стану.А когда это я...?Чаечек свой уже забыла? Напомнить? Психа всей бригадой потом отмывали.Да я же просто защищалась!

– выдаю с негодованием.?Лихо у тебя все продумано, - кивает.

– Защищалась она, значит. Ты всегдазащищаешься, Синеглазка. Но со мной это больше не прокатит. Ешь уже. Нехер меня отвлекать.

Хватит меня оскорблять, - говорю, нервно стискиваю приборы.

– Ты мне выхода не даешь. Напираешь и напираешь. Вот и остаётся только что защищатьсяНичего я не продумываю. Само так выходит.Я смотрю, ты своей вины совсем не чувствуешь, - мрачно оскаливается Хан.Да в чем же я виновата?

– выпаливаю в сердцах.

– Ничего такого не сделалаЛицемерка ты, Василиса, - мрачно усмехается он.

– Пиздец лицемерка.Что? Да я не...Сдала меня в суде. Такого наболтала, что я считай, год жизни потерял.Защищалась она, блядь. Врала под присягой и не краснела. А теперь еще мнєпредъявы кидаешь, будто я сам тебя довел. Будто ты вообще здесь не при делах.- Ну кое в чем мне пришлось... сгустить краски, - признаю, помедлив.

– Но ты же бандит. И если я лично чего-то не видела, то это не значит, что ты ничего такого не делал.Хан на больное давит. Совесть меня и так все это время мучала. Однако другихвариантов и правда не было. Он так давил. Преследовал. И пусть силу еще неприменил, положение все равно складывалось явно не в мою пользу.Я бандит, - кивает.

– А ты тогда кто? Знаешь на какой срок тянет дача ложных показаний? Еще и под присягой?Молчу. Поджимаю губы, глядя в его полыхающие опасным огнём глаза.Преступница ты, Василиса. Та еще аферистка. И если я захочу, то быстро на нары отправишься.Что?
– выдыхаю пораженно.А ты думала, можно просто так языком трепать?

– угрожающе прищуривается Хан.
– Вот разберу срочные дела. И тобой займусь. По-настоящему. Адвокатов подключу. Расследование устроим.Невольно качаю головой. Не верю ему. Не верю...Но кажется, он сейчас совсем не шутит. Не запугивает меня. Не издевается.Кажется, он вполне серьезен, когда выдает все это ровным, абсолютно спокойным тоном.- Ты же из тюрьмы сбежал, - выдаю, стараясь хоть как-то ему противостоять.Тебе же наверное все сейчас ищут. Поэтому- А с чего ты взяла, что я сбежал?

– хмыкает.

– Что меня кто-то ищет? Ну а как, - выдыхаю с трудом.

– Столько всего тебе предъявили. Такой срок.Да, Василиса, благодаря тебе мог надолго на зоне застрять. Но правда-то всегда выплывет.Холод сковывает изнутри. Смысл фраз Хана еще не до конца осознаю, однако уже становится тревожно. Очень.Меня оправдали, - заявляет он хрипло.

– По всем статьям. Теперь никто не подкопается. Не волнуйся.Совсем не думала про такой вариант. Если честно, вообще, пока не думала толком.Столько всего происходит, что не до размышлений. В голове все перепутывается.Ох... да как же теперь?Слезы подступают к глазам. Хочется плакать. Но я быстро смахиваю все пальцами, не хочу показывать ему свою слабость.- А вот, чем твое вранье под присягой обернется, большой вопрос, - ухмыляетсяХан.
– Лучше тебе быть послушной. Не злить меня. Поняла?Растерянно киваю.- Ну раз поняла, так ешь давай, - бросает он отрывисто.

– Раздражаешь уже.Бесишь своей пустой тарелкой. Сейчас поедим. Отдохнем после дороги. А потом можно будет делом заняться.Делом?
– невольно переспрашиваю.Да, - довольно оскаливается.

– Дел у нас дохуя накопилось. Даже не знаю, с чего начать.Выразительно меня оглядывает. Не оставляет иллюзий на тему того, про какие «дела» речь идет

Заставляю себя поесть, только чтобы Хана не злить еще сильнее. Хотя глядя на него кажется, ну куда сильнее уже? Мрачный. Хмурится, взгляда с меня не сводит.И чем больше проходит времени, тем сильнее становится не по себе.Все выходит по его воле. Чем же он опять недоволен?Украл меня. Держит в своем доме. Заставляет быть рядом. Еще и угрожает так...Нос щиплет. Глаза покалывает. Очень стараюсь не заплакать. Только этого мне не хватало. Разрыдаться здесь. При нем. Прямо за стол.Нет, нельзя. Не хочу показывать ему свою слабость. Рыдать буду потом. Когда останусь одна в комнате.Если останусь, конечно.Хан настолько пристально за мной наблюдает, что невольно начинаю сомневаться.Еще и его слова насчет наших... хм, «общих дел». Все это не предвещает ничего хорошего. К сожалению.Раздаётся пронзительный звонок мобильного телефона. Невольно вздрагиваю.- Да, - рявкает Хан.Глаза его темнеют, пока он выслушивает то, что ему говорят. Все лицо темнеет.Такое впечатление у меня складывается, пока наблюдаю за ним.- Понял, - выдает резко.