Чтение онлайн

 От этой мысли мне больше не хотелось бить кулаками в стену, ломать ногти, сжимая ладони судорог. Накрывало желание лечь и не двигаться. Не есть, не пить, ничего и никого не видеть. Вспышки отчаянной жажды борьбы затихали, точно пламя, обильно политое влагой. И подобно тому, как вода безвозвратно уходила в песок, покидала воля, стремления, ощущение жизни. Она переставала биться где-то внутри, как прежде.

 Ничего более странного и пугающего я не испытывал.

 Достигнув своих апартаментов, пришел к выводу, что надо успокоиться, отложить сильные эмоции на потом. Проштудировать будущий отчет, заказать Мелене обещанный костюм фамильных цветов. Подумать, как преподнести отцу новость об участии полукровок в поединках.

 Миновав гостиную, спальню, я быстро заскочил в кабинет, зацепив плечом массивный шкаф с книгами. Красный деревянный колосс, высотой с двух средних верианцев, вздрогнул, возмущенно зазвенел стеклами.

 Не замедляясь, я грохнулся в кресло за письменным столом.

 Тишину за окном растревожило щебетание птиц. Акрисы, похожие на земных колибри, только с куда более коротким клювом и размахом крыльев, завели витиеватые брачные трели. Бескалы – хищники, сродни ястребам, но с более ярким, оранжево-желтым опереньем – рассекали воздух резкими посвистами. Проснулись и застучали клювами йолисы – большие птицы, наподобие журавлей, ослепительно-бирюзового окраса.

 День выдался на редкость безоблачным. Лазурь неба уходила за горизонт, тонула в море. А оно, словно зеркало, отражало синеву, подмешивая изумрудного.

 Я включил джойс – старшего брата джи. Земляне называют их компьютерами. Хотя ничего общего с тем, что я видел в музее под этим названием, они не имеют.

 Большая округлая рамка-раскладушка. Открываешь – перед глазами загорается виртуальный экран, под руками – виртуальная же клавиатура.

 Все нано-схемы расположены внутри полусантиметровой рамки. Форму «экрана» можно регулировать. Хочешь, будет по-старинке – прямоугольный, хочешь – пентаграммой. Я предпочитал овал.

 Загрузив джойс, зашел в посольские папки. Отчеты должны удовлетворить отца и Совет Десяти – наша миссия прошла более чем успешно. Я внимательно пробежался по строчкам, припоминая основные пункты.

 Закончив, озаботился костюмом для Мелены.

 Заказать готовый труда не составляло. Продиктовал лучшей портняжной мастерской параметры, опталил по Всесети – и получай через Вещьблок спустя каких-нибудь полчаса.

 Вещьблок дворца позволял загружать из подпространства Всесети предметы весом больше 500 килограмм. Как и все аналоги, тщательно изучал их, чтобы не попалось оружие или его детали.

 Все, что убивает и ранит, продавалось по лицензии, с разрешения правительства и лишь тем, кто также получал лицензию. Но уже на использование, ношение или даже просто хранение. Все, как на родине единственной.

 Я задумался. Не хотелось заказывать Мелене то, что может за пять минут скачать любой из королевской семьи. Я мечтал подарить ей нечто особенное. Такое, какое не приобретешь тремя нажатиями клавиши и подтверждением ДНК нашей династии.

 Пришлось вызывать помощника-продавца.

 Некоторое время я отвечал на вопросы, вроде:

 – Что именно вы хотите заказать?

 – Какой фасон сшить?

 – Какие кружева пустить по вороту и манжетам, по лосинам и поясу?

 – Какой ворот выкроить?

 Мне сложно было объяснять, но, кажется, получилось. Идея заключалась в том, чтобы создать для Мелены костюм, который одинаково напоминал бы одежду ее мира и моего. А, заодно, намекал на родство единственной с аджагарами.

 По-моему, удалось совместить все три пункта.

 Следующим под пытку моих завышенных запросов к подаркам для единственной угодил продавец электроники. Я намеревался заказать для Мелены джи последней модели. С максимально простым интерфейсом и оформлением, какие нравятся женщинам. Интуиция подсказывала – чисто «розовые» штучки землянку не удивят. Все эти канвы цветочков на клавиатуре и крышке, лилии, которые выплывают трехмерным изображением, стоит лишь открыть раскладушку. Мелена – натура утонченная, с художественным вкусом.

 Перебрав все предложенные менеджером варианты, остановился на гибриде самых удачных, на мой взгляд. Посмотрим, что скажет Мелена… Надеюсь, не то, что у меня нет ни вкуса, ни воображения…

 Удовлетворенный результатом переговоров, я убедился, что заказ прибудет завтра-послезавтра и откинулся на спинку кресла, оценив время.

 Два часа дня по земному – скоро обед. Минут через десять можно отправляться за Меленой.

 От этой мысли меня бросило в жар. Нет, не такой, какой испытывал в моменты пика желания… Жар предвкушения встречи…

 Я встал и подошел к окну, не зная чем скоротать оставшееся время. Обязанности выполнены, заказ подарка землянке, увлекший не меньше, готов. На поход в спортзал четверти часа не хватит.

 Внизу раскинулся королевский сад и парк. Что один, что другой резко контрастировали с окружающей буйной зеленью излишней ухоженностью, симметрией.

 Мой взгляд скользнул по знакомым ровным лабиринтам кустарниковых порослей, круглым, квадратным и треугольным клумбам, засаженным цветочными картинами. Портретами короля и королевы, гербом Нийлансы – фрукассой. Хищная белка, размером с земную рысь обитала в самых заповедных лесах Миориллии. Ее голубой мех с золотистым воротничком и манжетами, словно бы раскрасил выдумщик-живописец.

 Соцветия на клумбах походили на земные розы, флоксы, нарциссы, фиалки и многие другие из мира Мелены.

 Среди кустарника с мелкими, овальными листьями, словно бы перечеркнутыми лимонной полосой, высились деревья. Стройные великаны так и норовили ухватиться ветками за фундамент дворца. Несколько даже протиснули сучья через ажурный частокол ограды. Ее соорудили недавно, во избежание падения задумчивого члена королевской династии, или гостя, которому вздумалось подобраться к самому краю импровизированного постамента дворца.

 Горячий воздух, который близкое море пресытило солью и еще целым рядом минералов, оставлял на языке привычный привкус горчинки.

 Я бы хотел, чтобы Мелена увидела наш мир во всей естественной красе. Не глянцевую обложку – приманку для туристов, а сердце Миориллии, знакомое лишь тем, кто здесь родился.

 Мне было с чем сравнивать. Навскидку я даже затруднялся вспомнить, сколько планет посетил в качестве главы посольства. На одних изнывал от жары, безжалостного солнца, казалось, плавившего кожу, точно масло на сковородке. На других – задыхался от ледяного дыхания ветра, забивавшего легкие, отчего каждый вдох и выдох стоили неимоверных усилий. На одних гравитация будто стремилась пригвоздить, швырнуть на землю, на других ноги отскакивали от поверхности, подобно мячикам. Подпрыгнул – и долю секунды левитируешь. Сперва забавно, развлекает. Но затем открываешь для себя оборотную сторону «полета». Стремясь продвинуться на какие-нибудь сто метров, прикладываешь те же усилия, что на родине, совершив поход вдвое длиннее.