Чтение онлайн

 Когда же внутри десятки каменных монстров показались Маскольда и Свист, куратор не выдержал.

 – Ждите! – бросил в нашу сторону и исчез.

 Секунды не прошло, материализовался рядом с нашими. Те пока лишь увиливали от ударов, способных раздробить валун. Куратор что-то скомандовал, дал знаки руками.

 Маскольда юркнула между ног одного из великанов, Свист – другого. Оба попытались развернуться, чтобы увидеть – куда делись глупые лилипуты.

 Куратор расправил крылья, взлетел и нанес удар хвостом – одному, другому.

 Первый покачнулся, отшатнулся и… полетел в ущелье.

 Восторженный крик Маскольды едва не оглушил меня. Второй каменный великан еще шатался на краю пропасти, стремясь удержаться. Тем временем, Путник подлетел к лицам еще двух и ударил прямо по глубоко посаженным глазам, похожим на две угольные точки.

 Монстры ненадолго потеряли ориентацию. Моргали, трясли головами, топтались на месте.

 Маскольда и Свист в прыжке шарахнули по коленям великанов. Те зашатались и тоже шагнули к пропасти. Ближе, еще ближе… но не упали.

 Путник приземлился, хвостом стегнул по их стопам раза три. Но монстры смекнули – что к чему – и синхронно подскакивали. Стоило им приземлиться, плато тряслось как от близкого взрыва.

 Зато великана, усиленно стремившегося не рухнуть в ущелье, мотнуло назад. Он нелепо развел руки в стороны, точно пытался сохранить равновесие, на манер канатоходца, и сорвался.

 Другие каменные великаны рванули в наступление. Так быстро они еще не двигались. Неспешность, угловатая неповоротливость исчезли в один миг. Путник скомандовал поединщикам еще что-то.

 Маскольда развернулась, подскочила, ударила одного из трех врагов в грудь. Тот даже не заметил. Только свирепая гримаса исказила круглое лицо с квадратным подбородком и носом-картошкой.

 Второму досталось от Свиста. Он тоже двинулся на штурм. Путник, тем временем, нанес три удара хвостом по глазам уже дезориентированных каменных великанов и еще одного.

 Маскольда и Свист повторяли атаки, отступая в их сторону. Ненадолго ослепленные враги трясли головами, силясь восстановить зрение.

 Когда же между нашими и рассвирепевшими монстрами оставались считанные метры, Путник поднялся в воздух. Крутанулся и, орудуя хвостом, как плетью, еще раз прошелся по глазам дезориентированной шестерки.

 Камнем юркнул между ними, с толчка выбил Маскольду и Свиста из окружения. Взлетать не решился – выкатился между ног одного из великанов.

 Не прошло секунды, как они оглушительно столкнулись друг с другом. Словно все утесы разом вздумали «чокнуться» вершинами.

 Плато закачалось и… начало оседать.

 Путник подхватил наших, и все трое взмыли в воздух.

 Каменная площадка вместе с непобедимыми монстрами сорвалась в ущелье. Мы выиграли!

 Но радость была преждевременной.

 Путник бешено замолотил крыльями, едва не рухнул следом за плато, чуть выровнялся и начал медленно падать. Казалось, еще немного и он, вместе с поединщиками последует за поверженными врагами.

 Однако… какая-то сила втянула всех троих в зал.

 Мы увидели… Черную и Великого Аллена. Оба зависли в том месте, где только что высился утес, и кипела схватка.

 – Ты нарушила все правила! Все наши договоренности! – вождь выкрикивал слова, словно гвозди вбивал.

 – А каким правилам подчинялся ты, когда заставлял мужей изменять женам? – взвизгнула оскорбленная женщина. В голосе ее слышался такой коктейль боли и гнева, что у меня выступила гусиная кожа.

 Я понимала ее, сочувствовала как женщина женщине. В глазах Черной застыла глубокая тоска. В глазах Аллена – бешенство.

 – Следующие поединки я лично отслежу! – проревел он. – Мы так расписались перед племенем. Или отказываешься? – что-то очень хитрое промелькнуло в его словах. Черная слегка сникла, но расправив крылья, рванула прочь. Ее монолог пронесся по залу и отозвался глухим эхом.

 – Мои все равно победят. Счет Три-Три. Последняя схватка – ничья. Потому что вмешался Путник. Ты клялся, что никто из шестимерных не будет участвовать. А я не клялась.

 Рык великого Аллена подтверждал ее слова.

 Драконы пропали, а из зала испарились Эл с Брисом.

 26

 (Рэм)

 Я думал, турнир уже не будет проходить, как оговорено.

 Но после драконьей склоки, разыгравшейся на наших глазах, против Эла с Брисом выступили… Мей и искуственный полукровка. Как и предполагалось изначально.

 Они очулись на небольшом островке, вокруг которого, сколько ни напрягал глаза, царствовало море.

 Островок напоминал кекс – его земляной остов выходил из воды примерно на два верианских роста. Покрытая низкой травкой земля выглядела рингом с бархатным покрытием болотного цвета.

 Однако кроме противников, поединщикам угрожало море.

 Возле острова нарезали круги жуткие существа. Размером с остров каждый они напоминали динозавров, какими пугали доисторические океаны Земли редких обитателей суши.

 По-моему чудовища назывались лайпроладонами. Половину их тела занимали… челюсти.

 Ящеры то и дело высовывали из воды эти гигантские живые гильотины и клацали так, что мурашки высыпали на коже.

 Мелена зарылась у меня на груди, как птенчик зарывается в тело родителя.

 Я обнял ее и гладил. Внутри билась мысль: «Чем бы ни закончился турнир, я никому не отдам ее. Мою, единственную, самую дорогую во Вселенной женщину. Умру, но не отдам. В лепешку расшибусь!»…

 Тягостное предчувствие ложилось на плечи захватом Мея. Откуда оно? Наша тройка победила. Что бы там ни было, Мелена в безопасности, пока мы соединены каналом…

 Я отчаянно убеждал себя в том, что для нас, двоих, все закончится не так плохо. Но желудок то и дело скручивало ощущением грядущей беды.

 Мей с Брисом выступали в разных весовых категориях. Но я надеялся на скорость Лилльен Барраса и его коронный прием. Он умел вывернуться почти из любого захвата и подобраться к врагу вплотную. Не давая тому опомниться, Брис жал на ключицу в таком месте, что противник ненадолго цепенел от боли. Тогда Лилльен Баррас скручивал побежденного.

 Правда, нельзя забывать и о любимых захватах Мея, из которых даже мне не всегда удавалось быстро выкрутиться.