Чтение онлайн

Джеки повернулась, чтобы незаметно уйти, но ее крепко держали за руку.

— Давай поговорим за ленчем, — сказал Саймон Рашенде. Затем он повернулся к Джеки, крепче сжал руку и прижал ее к себе: — А с тобой мы поужинаем. В пятницу вечером. — Он понизил голос: — Когда я вернусь из Нью-Йорка. Возможно, раньше. Нам многое надо обсудить.

Джеки уставилась на свои туфли. Краем глаза она видела, как красотки-хищницы заволновались, встряхивая гривами и облизывая зубы кончиками языков.

— Отлично! — сказала она и посмотрела ему прямо в глаза, досчитав до трех.

Пять, четыре, три, два, один… Начали!

Эмбер Бест в длинном пальто подходит к камере, которую держит высокий мужчина, не вошедший в кадр. Полы пальто развеваются, и взору предстают длинные обнаженные ноги в боксерских шортиках. Эмбер подходит к камере ближе и наклоняет голову, чтобы спрятаться от яркого света. Она улыбается.

Изображение начинает дрожать, затем картинка восстанавливается, и в кадр попадает проезжающий лимузин, в котором видны женские ноги на заднем сиденье и мужская рука на них.

Крупным планом мужчина в пиджаке под змеиную кожу. Он развалился в кресле-качалке. Титры внизу экрана: «Феликс Кэт».

— Я считаю, что весь успех Эмбер заключался в ее умении находиться в гуще событий. Она была топ-моделью до самого конца семидесятых годов, последнего времени, когда модели знали свое дело. Они любили поразвлечься, были умными и стильными, а не просто куклами. — Мужчина ухмыляется и затягивается сигарой. — У этих цыпочек все было под контролем. Куда бы они ни шли, мы следовали за ними. Они зажигали на всех вечеринках, и не только с парнями из рок-групп, но и со всякими знаменитыми актерами, певцами, гонщиками… с кем только не зажигали! Вот это было время! И Эмбер была среди них номер один.

Следующий кадр — красная ковровая дорожка, вдоль которой выстроились фотографы. Камера переключается на оживленную толпу в вечерних костюмах на верхних ступенях лестницы. В объектив попадают принц Уэльский и Эмбер Бест в платье с блестками, сверкающими в свете вспышек.

Крупным планом Уимблдон, центральная площадка. Борг и Коннорс разыгрывают подачу. Борг отбивает мяч, зрители взрываются аплодисментами. Крупным планом ряд зрителей под королевской ложей. Камера задерживается на широкополой соломенной шляпе, слышится голос арбитра: «Смена мячей». Шляпа приподнимается, и становится видно ее владелицу. Это Эмбер Бест. Рядом в больших солнцезащитных очках смуглый мужчина с прической «афро».

В кадре вновь Феликс Кэт.

— Во дворце она была любимицей. За ней посылали машины, а она заставляла их ждать себя по два-три часа, пока наряжалась в своей квартирке в Кенсингтоне. Из окон свешивались боа, из двери торчали туфли. Она говорила одно и то же: «Если он хочет видеть дорогую Эмбер, должен помнить, что ей нужно один час сорок пять минут плюс время на то, чтобы выпить мартини». — Феликс смеется, смех переходит в неудержимый кашель. — Какое-то время, пока мы встречались, она была у нас на подпевках. Около трех лет, если я не ошибаюсь… Да, я должен был для нее написать песню «Папочкины деньги». Но самое смешное, знаете ли, это то, что денег у нее на самом деле не было.

Феликс шутит с кем-то за кадром.

— Но конечно же… — говорит он вновь серьезным голосом, — персонаж этой песни во многом напоминает Эмбер Бест.

На экране клип к песне Феликса Кэта. Феликс Кэт поет: «Ей нужен парень и «тойота-королла». / Она хочет быть фанаткой рок-н-ролла. / Одежды не хватает, с общением проблема. / Какие ботинки выбрать — главная дилемма. / О, ей не выбрать…»

Крупным планом поющая Эмбер: «Дай мне иены, дай мне марки, дай мне долларов десятку. / Деньги, деньги…»

Экран медленно гаснет.

— Я думаю, тебе надо сделать глубокий вдох и расслабиться.

Сэм лежал на пуфе, набитом легкими перекатывающимися шариками пенопласта, в квартире Джеки. Она сидела на диване, заваленном пакетами из магазинов «Джон Льюис», «Бутс», «Харви Николз» и картонными коробками с ручками. У нее было такое выражение лица, будто она открыла все рождественские подарки и не нашла того, о чем так мечтала.

— Вот так… — Сэм ерзал на пуфе и махал руками, пытаясь устроиться поудобнее. — Дело в том, что ты неправильно к этому подходишь. Немного подготовки, конечно, не помешает. Ты хочешь чувствовать себя спокойно и до известной степени уверенно. Но пытаться за неделю до свидания стать идеальной девушкой — не самая лучшая идея.

Джеки уставилась на гору пакетов, теребя товарный чек в руках.

— Итак, давай хорошенько подумаем. Что у тебя в этих сумках? Наверное, пара-тройка нужных вещей и несколько не совсем нужных… Посмотрим, что там.

Сэм с трудом поднялся с пуфа на ноги и порылся в одном из пакетов. Джеки не отрываясь смотрела на стенку.

— Ага! Двуспальное одеяло, для чего интересно? Два комплекта простыней, покрывала и так далее… хм…

— Если тебя это интересует, я все еще укрываюсь односпальным, которое у меня осталось со времен учебы в университете.

— Тогда все понятно. Односпальным одеялом Мисс Машина Любви укрываться не будет. Хорошо, белые полотенца. Две свечи, симпатичные. Четыре было бы повеселее, но и так неплохо. А здесь у нас что — компакт-диски?

— Это один из первых критериев, по которому мужчина тебя оценивает. Когда я была в магазине, я подумала: а что, если мне как раз понадобятся Дэвид Боуи или Мик Джаггер, и мне придется потом стоять в очереди за компакт-дисками с их песнями только потому, что я не купила их раньше? Представь, какое будет унижение. — Джеки вздохнула и откинула голову на спинку дивана.

— Итак, у нас довольно много классики семидесятых.

Сэм складывал диски в кучу, изображая шок каждый раз, когда находил очередной в сумке.

— «Лед Зеппелин»… о-о-о… и… ого… Похоже, здесь нет никого, кто сейчас на вершинах чартов… Жидкость для полоскания рта. Хорошо. Зубная нить. Так. Дезодорант. Так. Увлажняющий лосьон для тела с маслом жожоба, верно? Дальше… Книги! А что, у вас будет время для чтения?

— Его кумир — Хемингуэй.

— Ладно, на тумбочку положишь. Трусики…

— В любом случае мне нужно было купить новые.

— Ну конечно же. Один, два, пять… восемь глянцевых журналов. И еще журналы «Фото 100», «Камера»… японский какой-то…

— Он на них работает. Он же фотограф!

— Понятно, необходимая исследовательская работа. Три пакета с одеждой, верно?

— Да.

— Надо полагать, у тебя будет возможность переодеваться, или обойдемся одним комплектом?

— Но ты же не знаешь… — Джеки громко вздохнула, — я имею в виду, что ты скорее всего не знаешь, что ему нравится.