Чтение онлайн

«Почему бы нам не погулять как-нибудь вместе? — спросила ее Эмбер. Она медленно мигала, словно в такт музыке, длинные ресницы при этом почти касались щек. — Последнее время мы почти не видимся».

Что-то в Эмбер напомнило Лидии Эндрю — как он на нее смотрел, махая рукой, когда она уезжала с пикника с Гассом.

«Эй! Что это за девчонки? — Ричард обнял Лидию рукой за плечи и повис на ней. — Познакомь их со мной, крошка. Все твои друзья…»

«Мы просто проходили мимо, — сказала Аманда. — Правда, мы сейчас должны быть в другом месте». И вся троица гуськом направилась к двери.

«Пока», — сказала Эмбер.

«До встречи», — сказала Джеки.

Лидия смотрела, как они прошли мимо окон бара, их начесанные локоны прыгали вверх-вниз. Дружба делала их непобедимыми.

Двое парней в баре узнали Эмбер и, словно прочитав мысли друг друга, с криками выбежали из бара.

«Ого, — Ричард тыкался носом в ее ухо, считая это очень сексуальным, — быстро ты их отшила».

«Вообще-то, — сказала Лидия, — они мои очень хорошие друзья, а ты редкостный придурок».

— Вот, уже намного лучше, — сказал Майк. — Продолжай…

— У Эмбер было мало подруг: Жаклин Фармер, Аманда Ворт и я. Принадлежать к нашему узкому кругу считалось большой честью, и за это право нужно было быть готовой отдавать всю себя. Если же вы не принимали независимую позицию, как я, то спасения не было, требовалось посвятить Эмбер всю себя без остатка. — Майк закивал и сделал руками круговые движения. — Не только мы, но и наши мужья должны были находиться в распоряжении Эмбер днем и ночью. Николас, муж Аманды, работает юристом. Ему приходилось улаживать дела Эмбер, проводя все больше времени вне дома. Фактически от каждого требовалось жертвовать собственной семьей ради счастья Эмбер.

— Великолепно! А здесь мы покажем, как Ворт выходит из дома Эмбер наутро после ее смерти, как он плачет на похоронах и так далее. — Майк сложил руки на груди, засунув пальцы под мышки. — Все замечательно, Лидия, продолжай.

— Эмбер было очень трудно видеть в людях, а особенно в мужчинах, кого-то другого, кроме объектов для манипулирования. — Лидия замолчала, чтобы глотнуть воды. — Она точно знала, что ей требуется конкретно от каждого, и она знала, что ей нужно делать, чтобы добиться своего. Я не думаю, что у нее вообще были отношения, не основанные на манипулировании, сексуальном или каком-то другом. И она всегда была такой, какой окружающие хотели ее видеть. Для одних она была этакой классной лондонской девчонкой, а для других — мудрой матерью, женщиной, заботящейся о своей семье.

— Хорошо! Здесь мы перейдем к жизни в Хедланде — Дэйв, дети, жизнь-мечта. Продолжай, у тебя хорошо получается.

Лидия закрыла глаза и глубоко вздохнула, положив руки на колени.

— С тобой все в порядке? — Майк сидел на кухонном табурете, облокотившись о новый французский комод. — Ты что-то бледная.

— Я в порядке. Я всего лишь пытаюсь собрать все воедино. — Она еще глотнула воды.

— Может, расскажешь что-нибудь, чтобы перейти к домашней съемке детей Эмбер? Приведи примеры того, как эксцентрично она себя с ними вела.

Именно Лидия предложила использовать свои домашние записи в передаче Десятого канала.

— Наверное, тебе следует посмотреть эти кассеты, — сказала она Майку. — Они могут пригодиться.

Они уселись в темноте на диване и стали смотреть, как в теплый весенний денек красный спортивный автомобиль подъехал к дому Эмбер, поднимая вокруг себя клубы пыли. Джеки и Сэм, отстегнув ремни безопасности, помахали в камеру и вышли из машины. В кадре появилась Эмбер, на ее загорелой спине, как на подарочной коробке, был повязан розовый бант, а на затылке был завязан узел, из которого волосы ниспадали вниз черной вуалью. Они с Джеки крепко обнялись, покачиваясь из стороны в сторону, словно родные сестры. Затем Эмбер повернулась к Сэму, они положили руки друг другу на плечи и легонько, не нарушая почтительное расстояние, поцеловали друг друга в щеки.

— Особой близости пока между ними не видно, — сказал Майк.

— Да. Но это было три года назад. Они довольно долго друг друга не видели. Посмотри-ка дальше.

Лидия перемотала кассету. Они увидели сидящих за столом людей, которые вели оживленную беседу. Затем маленький бассейн с розовыми телами детишек. Опять беседа за столом…

— Вот, смотри.

Лидия остановила перемотку. Спиной к камере стояла Джеки, у ее ног валялся молоток для игры в крокет, она размахивала какой-то деревянной палкой.

— Что она делает? — Майк положил руку на спинку дивана и повернулся к Лидии.

— Бросает собаке палку. Смотри!

Камера повернула влево и остановилась на Сэме и Эмбер. Они стояли бок о бок, на расстоянии волоска друг от друга. Вдалеке слышалась музыка. В объективе камеры появились короткие джинсовые шортики Эмбер, темно-синие длинные шорты Сэма, затем картинка замерла — Сэм прикоснулся украдкой к обнаженному бедру Эмбер, а она положила свою руку на его. На какой-то момент, всего на несколько секунд, их пальцы переплелись. Потом они отошли друг от друга, и в объективе осталась только зеленая листва.

— Довольно убедительно, я бы сказал. — Майк ухмыльнулся. — Ты молодец. Что-нибудь еще?

— Есть кадры, где они укладывают детей спать, если тебе нужно немного хаоса и неразберихи.

Лидия наклонилась немного вправо, чтобы Майку было удобнее обнять ее за плечи.

— Сейчас, ты все увидишь через пару секунд.

«А-а-ай!»

Экран заполнился детскими личиками с высунутыми языками и широко открытыми, как у голодных птенцов, ртами. Потом фокус ушел, и в кадре появился длинный деревянный стол, за которым сидели Сэм, Джеки, Лидия, Дэйв, Эмбер, Милли и Роджер. Над столом клубился сигаретный дым, на железной цепи висел канделябр.

Дэйв, который сидел во главе стола, сложил руки рупором у рта и крикнул: «Энди, будь добр, не снимай этих маленьких хулиганов, им пора в постель! Уже пол-одиннадцатого!» Он закатил глаза и приставил два пальца к виску.

Эмбер встала из-за стола и улыбнулась в камеру.

«Ладно, — сказала она, ее голос был одновременно бархатистый и хриплый. — Эндрю, ты берешь на себя Зельду, а я Мелли и Макса».

«Не-е-ет!»

Дети вскочили с мест и, прижавшись друг к другу, как барашки в стаде, завернули за угол стола, там остановились, споря, бежать ли дальше вокруг стола или вернуться. Наконец, взявшись за руки, они побежали на другой конец комнаты к камину. Там они стали фыркать и топать ногами, как маленькие румпельштильцхены. Мелли взяла со столика сигарету и притворилась, что курит, манерно зажав «Галуаз» между пальцами и закатывая глаза при каждой «затяжке».

«Быстро все наверх! — заорал Дэйв, поворачиваясь на стуле. — Если вы сейчас не подниметесь по этой лестнице… ух я вас!»

Камера проследила за взглядом Дэйва. Он смотрел на Эмбер, которая стояла у книжного шкафа. Прикурив сигарету, она подошла к Дэйву и мягко похлопала его по плечу. «Так, обезьянки, делайте, как вам папа велит, а то сами знаете, кто за вами придет!»

Взяв со стола хлыст, она взмахнула им в воздухе. Дети с визгом выбежали из комнаты. «Мисс Вжик-Вжик! Мисс Вжик-Вжик! Мисс Вжик-Вжик и ее ужасный хлыст!»