Единственная из чужой Вселенной
Шрифт:
Он едва заметно дернулся, напрягся, но не выпустил меня из рук.
Когда в зале появились унги, мы не поняли.
Я только пришла в себя после нашего астрального приключения, а трое людей птиц уже стояли у противоположной от наших диванов стены.
Наш старый знакомый — тот, что встретил по приходу в храм и два унга с черными перьями. Казалось, они нарочно оделись совершенно одинаково — даже туники и брюки унгов были одного темно-серого цвета.
Я с тревогой ожидала, что скажут люди-птицы.
Верианцы напряглись. Мей прижал меня посильнее, и тело его окаменело. Даритта поглядывала то на меня, то на Сэла, то на Путника, словно не знала, у кого искать поддержки.
Путник же решительно выступил вперед, и оглядел унгов с высоты своего громадного роста, как взрослый — детей.
— Хотите поговорить о заложниках? — уточнил он, обводя людей-птиц внимательным взглядом.
Они закивали.
— Что ж, тогда присоединяйтесь к нашему военному совету, — Путник разговаривал с унгами так, словно не мы находились в их храме, а они пришли к нам в гости. И, что поразительно, люди-птицы не подавали ни малейших признаков возмущения.
Белокожий унг, смотритель храма, разглядывал нас с Меем так, словно впервые увидел. И вдруг что-то шепнул чернокожему соседу с таким же пухом.
Тот кивнул и ответил что-то с заметным придыханием.
— Да-да, у них совместная шестимерная аура. Еще что-то новенькое? — раздосадовано бросил куратор.
Кажется, события последних дней вымотали и его тоже. Всегда спокойный и терпеливый Путник стал резким, торопливым и раздражительным.
Унги почти поклонились ему, а следом почему-то и нам. Подошли к стене, поводили руками. Она уехала вверх, обнажив нишу, втрое больше той, где располагался наш диван и намного глубже. Она выглядела даже не столько нишей, сколько небольшой потайной комнатой.
В центре располагался круглый стол — белый, полупрозрачный, похожий на те, что я видела в замке Нонксов. По бокам от него сгрудились светлые кресла, покрытые ворсистой тканью.
Широким жестом пригласил нас смотритель храма следовать за ним.
Сам нырнул в нишу, и уселся за столом. Двое остальных унгов остались на месте, даже не шелохнулись. Путник предложил нам первым присоединиться к смотрителю. Я села напротив него, Мей рядом.
Изелейна по другую от меня руку, а Сэл рядом с ней. Путник разместился через несколько кресел от Мея.
Черные унги сделали пасы руками, и стена скрыла нас от посторонних глаз.
— Зря ты их отпустил, — обратился к смотрителю Путник. — Надо бы покормить девушек и верианцев.
Унг встал, поклонился, пасом открыл стену и вышел.
Черные ждали снаружи. Смотритель что-то быстро сказал им на непонятном не языке и люди-птицы метнулись к лестнице.
Сам он вернулся к нам, закрыл стену и занял прежнее место за столом.
— Отлично, — сообщил Путник. — Дела обстоят так, что ничья помощь не может быть лишней. Рэммильер вызывает верианское подкрепление. Оно будет ждать неподалеку от плато, где спрятались террористы.
Наша задача быстро выручить заложников. А уж дальше вояки разберутся.
Куратор оглядел нас внимательными взглядами и продолжил.
— Так сложилось, что проникнуть в мир-карман самостоятельно могу только я. Могут еще полукровки, — он кивнул на нас с Дариттой. Мей дернулся, Сэл привстал, но Путник сделал нетерпеливый жест и закончил. — Да не будут они подвергаться риску! Хватит с девушек и всего, что случилось раньше.
Верианцы немного расслабились, Сэл сел, а Путник продолжил:
— Тем более, что ни Даритта, ни Изелейна драться не умеют. Они будут моими глазами. Я должен подвинуть границу мира-кармана вплотную к логову террористов. И попытаться скрытно вытащить туда часть заложников. Хотя бы часть. Поэтому Даритта и Изелейна должны оставаться тут, следить за происходящем в мире-кармане и на плато. И сообщать мне диспозицию ежесекундно. Террористы не следят за всеми заложниками сразу. Их кажется заперли в шарах-мобилях и время от времени навещают. Я буду потихоньку вытаскивать одного за другим. Но понятно, что всех спасти таким образом не удастся. И вот тут нам нужны вы, — обратился Путник к смотрителю. — Я знаю, что унги не вмешиваются в чужие конфликты. Но также я знаю, что просьба аджагар для вас — святое. Разве не так?
Ненадолго унг завис. Мы все с замиранием сердца ждали его ответа, хотя еще и не понимали какая роль уготована смотрителю в плане Путника. Судя по настойчивой просьбе куратора, становилось ясно, что без помощи людей птиц нам не обойтись.
На какое-то время унг завис. Мы все с замиранием сердца ждали его ответа, хотя еще и не понимали — какая роль уготована смотрителю в плане Путника. Судя по настойчивой просьбе куратора, становилось ясно, что без помощи людей птиц нам не обойтись.
Смотритель продолжал томить нас, будто что-то просчитывал в уме.
Я оперлась о Мея и наслаждалась тем, какой он сильный и как он меня поддерживает. Верианец напрягся, но лицо его снова выглядело вдохновленным как никогда.
Даритта позволила Сэлу придвинуться и даже улыбнулась ему. Верианец ответил слабой улыбкой, словно уже не особенно верил в ее внимание.
Путник просто ждал. Уставился в одну точку, где-то над нашими головами и молчал, почти не двигаясь.
Стена отъехала вверх, и черные унги внесли поднос с едой. Что-то овощное, фрукты, похожие на те, что подавали в замке Нонксов, травяной чай и вязкий зеленый напиток.
Судя по количеству высоких прозрачных розеток, чашек и стаканов, сам смотритель есть не собирался.
В полной тишине сервировали нам черные унги стол, и ушли тем же путем, что и пришли.
— Угощайтесь, — наконец заговорил смотритель. — Мы постарались подать пищу, приемлемую для организма полукровок.
Я взяла вилку и попробовала кусочек со своей тарелки. Вкусно… Напоминало овощное рагу.
Даритта тоже осторожно взяла ломтик в рот и тут же принялась с аппетитом уплетать содержимое своей тарелки.
Путник молчал и ждал. Верианцы присоединились к трапезе, не выпуская никого из присутствующих из внимания.
Я успела доесть рагу, выпить чашку чая, когда смотритель заговорил вновь.
Его лицо, как и прежде, оставалось совершенно неподвижным. Словно унг и не живой вовсе. А так, говорящая кукла.
Я даже вздрогнула, когда смотритель заговорил.
— Я так понимаю, вы хотите, чтобы мы унесли часть заложников? — он смотрел куда-то в стену, но обращался явно к Путнику.
— Именно так, — подтвердил куратор. — Этого мы и хотим.