Чтение онлайн

– Ты мне зубы не заговаривай! – опомнилась дочь. – Чтобы завтра не смел ничего делать! Завтрак я тебе разогрею и поставлю, а пообедаем, когда мы вернёмся из школы. И не вздумай мыть посуду. Неужели так тяжело один день побездельничать? Тебе обязательно присутствовать на охоте? Вот и лежи, если нет. В субботу у тебя всё должно прийти в норму.

– Чем сегодня занимались? – спросил Егор, чтобы поменять тему разговора.

– Добыли три тела, – ответила Ольга. – Не надо так меняться в лице. На этот раз мы никого не убили, наоборот, спасли одного самоубийцу и двух онкобольных. Рассчитались с долгами и заработали на урок магии. А блины вкусные. Хоть я и сердита, но потом обоих поцелую.

– Надо купить сгущёнки, – сказал Нор. – Со сметаной вкусно, а со сгущёнкой будет вкуснее. Насчёт урока магии... Что ты хочешь узнать в первую очередь?

– Хочу научиться передавать свои знания и получать их от других, не прибегая к слиянию, и не всё подряд, а выборочно.

– Ценное умение, – согласился отец. – Так можно выучить язык?

– Для того и хочу научиться, чтобы не учить, – засмеялась Ольга. – Так можно получить знание языка. Чувствуешь разницу? И не только язык, можно узнать что угодно. Ну это я так думаю, посмотрим, что завтра скажут доры.

– А потом что? – поинтересовался Нор.

– Потом будут условные воздействия. А как только освою, возьмусь за подъём мертвых! Папа, ну что ты, в самом-то деле! Я пошутила о мёртвых.

– Ну тебя с такими шуточками! – сказал Егор, поднимаясь со стула. – Ты заранее предупреждай, что будешь шутить. Нор, накормишь Ухаря?

– Сейчас накормлю всю живность, – поднялся следом за ним юноша. – У Ольги и на кухне дел хватает. Потом подготовимся к школе и будем отдыхать.

Утром, когда сели в «найт», Ольга сказала Виктору о вчерашнем разговоре с дором.

– С вами хотел встретиться один человек. Эта встреча может быть очень полезной. У него своя машина, поэтому устроить её можно где угодно.

– Дай ему номер моего телефона, – ответил ей Фролов, – я сам договорюсь.

«Сегодня попытаюсь освободиться у Болдина от физкультуры, – мысленно сказала она. – Позанимаешься за нас двоих?»

«А чем думаешь заняться?»

«Встречусь с кем-нибудь из доров. Думаю, что нам хватит часа. Тогда уедем автобусом».

– Ребята, давайте на выход, – поторопил их Виктор. – На горизонте ваш транспорт.

Все покинули машину и поспешили к повороту, где уже остановился автобус.

– Привет! – поздоровалась Вера. – Вы знаете, я вчера так кинула Сергея!

– Классно у неё получилось, – посмеиваясь, подтвердил Сергей. – Мышцы начали расти, так она вчера хоть дала себя пощупать. И приёмы неплохо получаются. Я поддавался самую малость. Ещё месяц таких занятий, и она начнёт гонять меня на полном серьёзе. Мне и бокс не поможет. Нельзя же бить кулаками девушку. Придётся учиться вместе с ней.

Три первых урока прошли быстро и бескровно, а на большой перемене Ольга поймала Болдина, когда тот шёл из спортзала в учительскую, и попросила её отпустить.

– Илья Владимирович, миленький, отпустите! Срочно нужно кое-что сделать, а из-за автобуса нельзя задержаться в городе. Больше не буду отпрашиваться!

– Разрешаю, – улыбнулся учитель, – но с условием, что завтра опять посетим Дом офицеров. – С вами хотят познакомиться многие из тех, кто не смог прийти в прошлый раз и наслушался от остальных о вашем дебюте. Естественно, вас опять отвезут домой.

– Если не придётся идти пешком тридцать километров, мы согласны, – засмеялась Ольга. – Мечи брать?

– Если нетрудно, захватите. Занесёте их утром в учительскую.

«Отпустил, – мысленно сообщила она Нору. – Звоню дорам».

Ольга отошла от учительской к гардеробу, где в это время никого не было, достала телефон и набрала номер Бортникова.

– Игорь? Это Ольга. Вы можете подъехать к нашей школе без десяти два? Это и по моему вопросу, и по поводу того, о чём вы говорили.

– Не очень удобное время, но я буду, – сказал дор и отключился.

На четвёртом уроке, которым была литература, Ольга поспорила с Толстой. Настоящая фамилия учительницы была Тихова, а Толстой прозвали за фанатичное почитание творчества Льва Николаевича. Она с места спросила Ольгу, как она относится к Обломову. Ольга встала и пересказала всё, что вычитала в учебнике.

– Это написано в ваших учебниках, – сказала Нина Владимировна. – А какое к нему отношение лично у тебя?

– Нет у меня к нему никакого отношения, – ответила Ольга учительнице. – Он мне неинтересен. Положено изучать Гончарова, я его изучаю, но это страшно далеко от современности. Я сильно изменила бы программу. Отец недавно взял у меня Тургеньва и с удовольствием прочёл, я его тоже читаю, но без удовольствия. Постарею, тогда, может быть, дорасту и до его книг. Я обязана их изучать, но меня никто не может обязать любить учебный материал.

– Ну как же! – сказала Нина Владимировна. – А Толстой? Война и мир?

– Баня! – подсказал кто-то из парней, и класс заржал.

– Это возмутительно! – закричала учительница. – Прекратите немедленно! Кто это сказал? Вот видишь, к чему приводят подобные рассуждения! Жаль, Ковалёва, я была о тебе лучшего мнения!

«То умная-преумная, то балда балдой, – сказал Ольге Нор. – И чего добилась? Расстроила учительницу и нажила себе недоброжелателя».

Прозвенел звонок, и Тихова ушла.

– Молоток! – сказал Ольге Витька Малеев. – У меня от этого Обломова тоже уши вянут.

«Вот! – продолжил воспитательную работу Нор. – Правильно Витька тебя назвал – молоток! Вот что стоило сказать, что Обломов вызывает у тебя отвращение полной никчемностью? Выпендрёжница!»

«Ну и ладно! – отмахнулась от него Ольга. – Можно подумать, что ты всегда поступаешь так, как нужно! А женщина не может никогда не ошибаться!»

Они несколько минут переговаривались, не обратив внимание на то, что почти все остались в классе и теперь с изумлением на них таращились.

– Эй! – толкнул Нора в плечо Олег. – Прекратите немедленно! Застыли друг напротив друга, как два истукана! Мало о вас ходит сплетен, хотите добавить ещё одну?

«Пролетели, как фанера над Парижем! – мысленно сказала Ольга, садясь на стул. – Надо заканчивать с трёпом и общаться мысленно только по необходимости. А то уже вошло в привычку. На перемене хоть ходим, поэтому они не обращали внимания».

– Что это было? – спросил Нора Игорь Олейников. – Столбняк?

– Это у тебя столбняк, – отмахнулся от него Нор, – а у нас неудачная попытка мысленного общения.