Чтение онлайн

Усилием воли прогнав накатившуюся меланхолию, я снова спрыгиваю на площадку. Узкий выступ раньше шёл по всей длине стены, но теперь она местами обвалилась. Несмотря на это, я люблю покидать крепость именно по ней. Два шага, прыжок. Три шага, прыжок. Один шаг, прыжок. И так до самого конца, пока стена не упирается в неприступную с первого взгляда скалу. Со второго взгляда скала также остаётся неприступной, а вот с третьего…

Я спускаюсь по стене около семи метров и втискиваюсь в неприметную трещину, чуть не порвав при этом брюки. Здесь меня уже ждёт керосиновый фонарь. Силовое поле ещё действует, поэтому никакого искусственного освещения. Я зажигаю фитиль и направляюсь вглубь пещеры. Путь лежит под углом. Сперва идёшь вниз, потом вверх. В самой нижней точке ход значительно расширяется. Пахнет сыростью и мокрыми камнями. Я останавливаюсь на секунду, чтобы вдохнуть этот запах. Я делаю так всегда. Привычно впускаю в лёгкие влажный воздух, и вдруг дыхание перехватывает.

Перед глазами силуэт мужчины. Мутный настолько, что не разглядеть ничего. Его сильная рука сжимает моё горло, не давая мне вздохнуть. Я трепыхаюсь и не могу вырваться, вижу, как тёмный силуэт наклоняется надо мной. Ещё секунда и он дотронется до меня. Я не понимаю, что он собирается сделать, и от этого ещё страшнее. Керосинка выпадает из моих ослабевших рук, и я уже почти чувствую прикосновение ледяных губ. А потом всё пропадает.

Воздух врывается в мои лёгкие, и я судорожно пытаюсь отдышаться в темноте. Что это было? Странное видение ещё стоит перед глазами, заставляя меня дрожать всем телом. Не пытаюсь искать лампу, а, выставив вперёд руки, спешу отойти как можно дальше от этого места.

Идти приходится недолго. Часа пол максимально быстрым шагом. И вот уже в каменной тишине, в которой разносятся только звуки моих нервных шагов, слышится пение ночной птички. Я выбираюсь недалеко от поселения, которое незамысловато называется Крепостным. Мне до сих пор кажется, что невидимая рука сжимает моё горло, и я тру кожу, пытаясь избавиться от пугающего ощущения.

— Я просто испугалась темноты, — уговариваю я себя вслух. — Просто испугалась темноты.

Через некоторое время я уже верю себе и намереваюсь скорее залить глупый страх алкоголем.

Нужное мне заведение находится на окраине и носит странное название «Весёлая ива». Странное по той причине, что ни одной ивы во всей округе не растёт. Ну да ладно. На причуды хозяина мне плевать.

Внутри уже шумно и весело. Галдят подвыпившие кадеты, кто-то бренчит на самодельном струнном инструменте. Я широко распахиваю дверь забегаловки, и шум мгновенно стихает, а вместе с ним во мне стихают и последние отголоски страха.

— Привет, выпускной курс! — машу я рукой. — Ваша королева здесь!

5

Вряд ли что-то в жизни хотя бы когда-либо раздражало меня сильнее, чем эта девчонка. Высокомерное, глупое существо, которое слишком привыкло, что всё достаётся ей на позолоченном блюде. И именно за ней я обязан присматривать в ближайший год. Немыслимо! Не понимаю, что с ней может случиться, кроме поломанного ногтя, конечно. С её-то уровнем конспирации. Кстати, тут стоит отдать ей должное, в этом она молодец. К моему удивлению, она действительно сохранила всё в тайне и никому за восемь лет не проболталась. Просто удивительно.

Я тру лицо руками, запускаю ладони в волосы.

— Это будет явно непростой год, — говорю себе и хмыкаю.

Отлично, я уже разговариваю с самим собой.

Достаю из кобуры бессмысленное здесь оружие. Местное силовое поле — отголоски давно ушедшей из мира магии, до которой нашим учёным ещё расти и расти. Здесь нельзя выстрелить даже из арбалета, и это не может не поражать. Каким-то образом Крепость триста лет назад сама будто бы стала древним воином со своими понятиями честной борьбы. С тех пор она их не нарушает, и другим не даёт.

Демоны, я в Крепости всего несколько часов, а уже говорю о ней, словно эта каменная махина живая!

Вконец расстроившись, смотрю в окно. Хотя бы закаты здесь красивые, думаю я, когда вижу наверху одной из стен хрупкую фигуру. Ветер треплет длинные черные волосы, и это почему-то завораживает. Девушка раскрывает объятья, как будто пытается обнять весь мир, закидывает голову. Она слишком далеко, чтобы я увидел ее мимику, но почему-то я уверен, что она смеётся. Невольно улыбаюсь в ответ, настолько светлой она кажется. Уверен, девчонка отправляется на вечеринку куда-нибудь за пределы учебного заведения. Всё, как и везде.

И вдруг она приглаживает растрепавшиеся волосы, перебрасывает их на плечо, и я понимаю, что сегодня уже видел именно этот жест. Хмурюсь, потому что не узнал сразу объект наблюдения. Как же это я? Слишком другой она казалась на той стене, слишком не соотносилась с образом в моей голове. И это уже интересно.

Засовываю в ножны клинок, от которого тут явно больше пользы, чем от любого другого оружия, и смотрю, как кадет Арос перепрыгивает с одной части выступа на другую.

— Ну что же, посмотрим, куда вы там бегаете, — я выхожу за дверь, с неудовольствием отмечая, что вечер перестаёт быть томным.

Я сижу за столом в компании нескольких своих однокурсников, пью очередной коктейль и смеюсь над шутками парней, которые лезут вон из кожи, соревнуясь в остроумии. Алиша, как всегда, пристроилась рядом и робко улыбается. Я злюсь на неё — прекрасный брюнет так и не пришёл. Алиша сказала, что он вежливо отказался, но разве это повод, чтобы с ним соглашаться?

— Я считала, что могу на тебя положиться, — как можно более холодно говорю я девушке, чем, похоже, порчу ей настроение на весь вечер.

Вечер, кстати, можно было бы назвать замечательным, если бы не одно «но». Отсутствие черноволосого красавца.

— Мари, можно тебя на минутку? — раздаётся сзади.

Я закатываю глаза, чем вызываю приступ смеха у ребят за моим столом, и только после оборачиваюсь.

— Привет, Тибо, — я кривлю губы в подобии милой улыбки — парень ещё не знает, что выбрал худший момент для того, чтобы ко мне подойти. — Ты что-то хотел?

Тиборд Рандмайн был мной покинут незадолго до конца прошлого учебного года. Всё дело в том, что мне, напомню, ужасно хотелось (и, надо признать, хочется до сих пор) вляпаться в эту всем известную первую любовь. Тогда мне сдуру показалось, что Тибо идеальная кандидатура для таких дел. Я честно старалась почувствовать хоть что-то, но, увы, через четыре месяца стало ясно, что это совершенно бредовая затея и что Тиборд не герой моего романа, о чём я ему и поспешила сообщить. Оказалось, что за это же время Тибо понял прямо противоположное — он-то как раз был уверен в том, что я его героиня. Обижать его мне претило. Хоть я и не успела особенно привязаться к нему, но хотелось все решить полюбовно. Однако всё оставшееся до каникул время мечта любой девушки нашего корпуса писал мне проникновенные письма, порывался приехать в дом к папеньке, дабы просить моей руки, поэтому старательно пытался выведать, где он этот дом, находится. Я стояла на своем, письма сжигала, местонахождение не выдавала и вообще вела себя как заправский партизан. В коридорах старательно делала вид, что кадет Рандмайн мне не знаком совсем, чем приводила его в бешенство, чередующееся с отчаянием.

За пару дней до окончания учебного года ситуация совсем вышла из-под контроля: папенька прислал мне письмо с настойчивым благословением нашего с Тибордом брака. Брак в принципе, а с Тибо в особенности, абсолютно не входит в мои планы. Острый вопрос необходимо было решать так же остро. Кадет Рандмайн как будто бы почувствовал невидимую поддержку и стал ещё настойчивее и увереннее в себе, чем прежде.

Скрепя сердце мне пришлось повести себя, как и подобает королеве. Несмотря на то что это был единственный раз, когда мне не хотелось так себя вести. Но, видит Единый, они просто не оставили мне выбора.