Чтение онлайн

Сканер загудел, замигал лампочками. Под спиной я почувствовала вибрации внутри механизмов кресла-каталки.

Надо мной склонилась девушка, тоже медик.

– Сейчас я возьму у вас кровь на анализ.

– Хорошо.

В подтверждение своих слов я попыталась кивнуть, но сильная рука мужчины медика легла мне на лоб.

– Не двигайтесь. Не разговаривайте. Закройте глаза и расслабьтесь!

Я выполнила его указания.

На моей форме, на сгибе локтя, девушка-медик размагнитила специальный кармашек, открывающий доступ к венам.

В нос ударил запах антисептика. По руке пробежали мурашки от прикосновения влажной салфетки к нежной коже изгиба локтя. А затем я почувствовала укол.

Рука у девушки была легкая и боли почти не было.

Она взяла необходимое количество крови и тут же заживила ранку регенератором. Похожий на ручку приборчик, очень полезен когда надо заживить небольшую ранку.

Ампулы с кровью тут же были загружены в диагност, встроенный в кресло.

Девушка с парнем переглянулись.

– Все, готово. Везем ее. Данные по ее состоянию уже пошли на планшет доктора Салливана.

Парень коротко кивнул девушке и скомандовал креслу-каталке.

– КД4, в первую операционную операционную, поехали.

Я почувствовала, что каталка подо мной снова начала принимать вид кресла, при этом начав движение по коридору.

Я снова занервничала и закрутила головой, стараясь разглядеть адмирала.

Ни его, ни моей сумки с вещами я не увидела.

Чтобы попасть в операционную мы проехали несколько ничем не примечательных типовых коридоров. Стальные стены с минимальной отделкой. С минимальными цветовыми решениями. Серый и темно-синий.

Но было одно помещение, которое меня очень удивило.

Это был большой зал под прозрачным куполом. А за его границами был Эреус.

Там, за пределами лаборатории, бушевал снежный буран. Мощные потоки ветра яростно кидали в купол огромные массы белого искрящегося снега.

Мне показалось, что сквозь снежную пелену я вижу шевеление чего-то большого, плотного, вздымающегося над поверхностью.

Интересно, что там?

Поразмышлять на эту тему я не успела. Меня привлекло что-то яркое, мелькнувшее сбоку. Где-то там, по направлению движения моего кресла.

Я отвернулась от прозрачных стен купола. И сердце словно сбойнуло.

“Хирургический корпус”. Ярко голубая неоновая вывеска.

Кресло подо мной тревожно пиликнуло, уловив сбой моего пульса.

Оба медика посмотрели на меня. Девушка нахмурилась и перевела взгляд на экран планшета, куда кресло КД4 дублировало мои показания.

– Лейтенант Шайли, вам необходимо успокоиться. Сделайте дыхательные упражнения.

Я кивнула, закрыла глаза и начала дышать. Глубокий вдох до упора. Выдох до упора. Десять повторов.

Тем временем мы уже прошли через двухстворчатые двери корпуса.

Я стараясь максимально отстраненно, контролируя поток мыслей, думать о чем угодно, кроме предстоящей операции.

Передо мной был длинный коридор. Белые стены с черной тонкой полосой на уровне пояса взрослого человека. Яркое, холодное освещение. И ряд белых двери по обе стороны коридора. Возле каждой светящимся голубым дисплей.

Одна из дверей вперед открылась и оттуда вышел солидного вида мужчина.

– О! Лейтенант Шайли, вот и вы. Я - доктор Салливан. Мы как раз все подготовили. Анализы в целом хорошие. Вашу ситуацию я знаю.

Проезжая мимо доктора я постаралась поймать его взгляд.

– Добрый день, доктор Салливан.

Но доктор отвел взгляд. Я снова занервничала.

В просторном светлом помещении пахло стерильностью. Тонкий аромат свежести и антисептиков. Все чистое, ярко белое. По середине стоит операционный стол. Кресло подкатило к нему и остановилось. Захваты отпустили плечи.

Доктор, оказавшийся очень суетливым человеком, быстро подошел и похлопал по поверхности стола.

– Снимайте куртку и майку. Лифчик оставьте. Нет. Нет! Ботинки тоже оставьте. Не волнуйтесь. И ложитесь. На живот. Вот сюда.

Он глухо похлопал по упругой поверхности стола.

Пока я выполняла все его поручения я заметила, что доктор Салливан избегал взгляда не только в мои глаза. Он не смотрел вообще ни на кого, кто его окружал.

Особенность психики? Надеюсь, это не помешает ему работать.

Подготовившись, я повернулась к столу.

Белая холодная на вид поверхность. С овальным отверстием для лица вместо подголовника.

Я закрыла глаза, снова глубоко вздохнула.

Я сделала решительный шаг. Когда я подошла вплотную, стол опустился, приглашая меня лечь.

И словно ныряя в ледяную прорубь я сделала последний шаг и легла. Сначала в напряженную планку, как на тренировках. Тело напряженное, вытянутое как стрела. Руки в упоре перед грудью. Еще один вздох и на выдохе полное расслабление.

Я легла животом на гладкую поверхность. Она оказалась приятно теплой. И удобной. Лицо в овальную лунку. Руки в специальные выемки.

Уставилась в пол и не сразу поняла, что с ним не так.

Там было зеркало.

А в зеркале я увидела, что у операционной есть второй этаж. Помещение для тех кому необходимо наблюдать за ходом операции.

Я не думала, что мой случай будет кому то интересен. Но я ошибалась.

Там стоял он адмирал Брант Риган. Его взгляд блуждал по операционной, пока не наткнулся на зеркало в котором я его видела. Наши взгляды встретились.

Он сохранял привычную отстраненную холодность.

И тем не менее он был тут.

Вдруг его взгляд сместился, и в тот же момент прохладные руки коснулись моей шеи. Мои волосы отвели в сторону, зафиксировали.

Ко мне подошла девушка медик, и я услышала ее уверенный голос.

– Сейчас я сделаю укол обезболивающего. Местного.

Я почувствовала укол возле седьмого позвонка.

Видимо в инъекции обезболивающего было и снотворное, потому что почти сразу я отключилась, а в себя пришла уже на белых простынях.

Попыталась сесть, но голова закружилась и я плюхнулась назад. Осторожно осмотрелась. Я определенно была в лазарете. Койка моя стояла в огороженном шторками небольшом пространстве.