Чтение онлайн

— Это твой рецепт?

— Да, — Грета зачерпнула вилкой шпецле и отправила в рот. — Хватит экспериментов. Шницель с курицей не для меня.

Я жевала идеально приготовленный кусочек свинины, мысленно соглашаясь. Хотя я никогда не жаловалась, ведь они каждую ночь кормили меня бесплатно.

Дубовые шкафчики были выцветшими и потертыми, линолеум с узором на полу свернулся в уголках, а обои с цветами отклеивались, но я любила эту кухню. Я стала помогать тут на последнем году обучения на помощника ветеринара, и когда я доучилась, я проводила так много времени тут, что Доминика предложила мне снимать комнату над конюшней.

Я жила тут уже четыре года, и каждую ночь я ужинала на этой кухне. Я не могла представить следующие четыре года без ужинов тут.

— Спасибо, — тихо сказала я, нанизывая на вилку вареную морковь.

Доминика вздохнула.

— Сколько раз нам говорить, что тебе не нужно нас благодарить?

— Но я…

— Просто волонтер? Ты всегда так говоришь, но ты живешь тут, платишь за место, тратишь все свободное время, помогая нам, и справляешься с большой частью опеки над зверями. Эта ферма спасения не работала бы без тебя, Сейбер.

— Но вы не обязаны меня кормить.

Доминика буркнула что-то, похожее на: «Я будто со стенкой говорю».

Я молчала, ощущения от встречи с друидом еще не улеглись, я не могла просто болтать. Я не играла с ними «милую» Сейбер, как на работе, но и не показывала настоящую себя.

Настоящая я пугала людей. Я была жуткой. Безумной. Я была жестокой и мстительной девушкой с ножом, быстро пускающей его в ход. Если бы нам не помешали, я спела бы ирландскую народную песню, вырезая зубы Харви Уитби, осколки ненависти гремели бы в моей груди.

Если бы Доминика и Грета увидели меня такой, они не позвали бы меня в свой дом.

— Кстати, Сейбер, у меня плохие новости.

Я подняла голову. Доминика медленно сделала глоток воды, глаза за большими очками были печальными.

— Третий конь Харви Уитби был найден мертвым в лесу на севере от Куорри-роуд. Его нашли на территории провинциального парка, и управление парков хочет сделать вскрытие, на всякий случай, но они думают, что это сердечный приступ из-за плохого питания.

— Сердечный приступ? — недоверчиво повторила я.

— Думаю, и с этим связан Уитби, — она постучала вилкой по тарелке. — Но на лошади нет заметных ран.

Я вспомнила, как гладила шею мертвой лошади, заметила отсутствие раны от пули. Но я слышала выстрел. Уитби промазал, но напугал лошадь до смерти? Или это медведь-фейри погубил коня?

После ужина я помогла помыть посуду, пожелала Доминике и Грете спокойной ночи. Я все еще думала о загадочной смерти светлого коня, пока заканчивала дела в конюшне, проверяла зверей на пастбище и через заднюю дверь конюшни по лестнице шла на второй этаж.

Моя квартира была над кладовой и открытыми стойлами. Тут было тесно, но уютно, с мягким диваном перед старым телевизором, который я никогда не использовала, маленькой кухней и самым маленьким в мире столом с двумя стульчиками. Мебель выглядела как игрушечная.

Я сняла одежду и прошла в маленькую ванну, где были туалет, рукомойник и крохотный душ. Пара минут под горячей водой, и запах амбара с потом смылись, но вопросы в голове остались.

Атака медведя-фейри и необъяснимая смерть. Зона поражения с жестокими фейри и телами. Загадочная смерть коня Уитби. Интерес друида к распутью.

Я вернулась в гостиную в мешковатых штанах и футболке, намотав на мокрые волосы полотенце, и плюхнулась на диван.

— Рикр?

Через миг мерцание потревожило окно. Белая сорока пролетела сквозь стекло и опустилась на подлокотник дивана.

Способность Рикра проходить через твердые предметы, как призрак, не пугала меня. Это было общей способностью фейри. Они могли двигаться между своим миром духов и миром людей странным образом, и то, что было плотным в моем мире, в их было просвечивающей тенью. Все, чему не хватало присутствия и постоянства, было для них тенями, а строениям людей не хватало ни того, ни другого.

Когда я правильно сосредотачивала зрение, я могла видеть их мир — пейзаж тумана и теней. Если бы я вошла в их мир полностью, все выглядело бы иначе, но я никогда не узнаю.

Рикр вспыхнул голубым светом и стал котом.

Звала, голубка?

— Расскажи о распутье.

Он лег на подлокотник дивана.

Что ты хочешь знать?

— Просто основы. Я хочу знать, почему тот друид так заинтересован.

Думаешь о друиде? — игриво спросил он. — Размышляешь о его…

Я закатила глаза.

— Распутье, Рикр.

Он тряхнул хвостом.

Распутья — места силы, соединяющие твой мир с множеством точек в моем мире, которые на самом деле невозможно далеко друг от друга. Это древняя магия, которой фейри давних лет с легкостью миновали большие расстояния.

— Сколько мест связано с распутьем?

Некоторые распутья всего с двумя. Другие — с дюжиной и больше, — кот усмехнулся. — Фейри с давними знаниями и силой могут путешествовать по миру за пару шагов, если знают верный путь от распутья до распутья.

Я подняла челку и потерла лоб.

— Распутье на севере. Сколько мест связано с ним?

Он лизнул лапу и потер ею ухо.

Четыре. Ты не задала главный вопрос, голубка.

Я приподняла брови.

— Что это за вопрос?

Он встал и выгнул спину.

Может ли простой человек путешествовать распутьями, как мы?

Я моргнула.

— Может?

Он спрыгнул с дивана и пошел прочь.

— Рикр, — раздраженно проворчала я.

Я голоден.

— Ты не настоящий кот. Хватит себя так вести.

Он громко мяукнул.

Может, я кот. Ты не знаешь мой истинный облик.

— Ты оборотень, — фыркнула я. — У тебя разве есть истинный облик?

Конечно. Разве это не ясно?

Я нахмурилась. Он любил облики кота и сокола, но это не казалось его истинным обликом.

— Намекни.

Он бросил на меня мрачный взгляд поверх плеча.

— Наверное, кобра, — решила я.