Чтение онлайн

И только на полпути к Мерривиллю Лэнни удалось вытянуть хоть что-то из молчавшей до этого гостьи.

— Послушай, дорогая, — подступилась она уже наверное в четвертый раз. — Не хочу навязываться, но, может, ты все-таки расскажешь, что там у вас вышло с Миллером? За что он колотил эту Брэнду, там, у пруда? Ну давай же, выкладывай. А все эти пикантные подробности можешь, если пожелаешь, опустить…

— Я ненавижу его! — голос Пенни дышал яростью. — Грязная свинья! Я не могла оставаться с ним рядом ни минуты!

— Да? Пожалуй, тебе следовало бы быть с ним поосмотрительнее. Придется сочинить для маман какую-нибудь историю, объясняющую причины твоего столь внезапного исчезновения.

Потрясенная Пенни на какой-то миг прекратила свои причитания.

— Твоя мама? О Лэнни, я начисто забыла о ней! Что же в конце концов сказать ей?

— А, не бери в голову, — ободряюще ответила смягчившаяся собеседница. Навру, что у пруда у тебя опять подвернулась нога, и мне пришлось снова везти тебя в Кингсвуд на рентген. Как, сгодится версия?

Пенни поморщилась, но ничего лучшего в таком состоянии ей в голову не пришло.

— Хорошо, — согласилась она в отчаянье. — Ты настоящая подруга, Лэнни!

— Нет проблем! — беззаботно ответила та. — Ну а теперь, давай, выкладывай — что там у вас вышло. Только правду!

— Я не могу, — запротестовала Пенни. — Это все слишком гадко!

Но Лэнни была настойчива, и все-таки ей удалось вытянуть из своей страдающей пассажирки все, даже самые мельчайшие подробности инцидента. Конец расспросам наступил только в предутреннем сумраке, тогда они допивали уже по второй чашке кофе, расположившись в тесной кухоньке обиталища Пенни. Поведение Джона вызвало бесспорное осуждение мисс Кокс, и она просто кипела благородным негодованием.

— Да уж, все эти мужики — такие скоты, — подвела она итог печальной исповеди хозяйки Мерривилля. — Ну а теперь, что ты собираешься делать, Пенни?

— Делать? — озадаченно переспросила та.

— Конечно. Все, что ты мне поведала, наводит на мысль, что не пройдет и нескольких часов, как Миллер будет тут как тут, под твоей дверью. Он станет требовать отдать ему твою собственность или твое тело, или то и другое вместе! Так что ты станешь делать?

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, — потерянно произнесла Пенни и вздрогнула, представив себе нарисованную подругой картину.

Лэнни задумчиво покачивалась на стуле.

— Я, кажется, придумала, — сказала она наконец. — Ты поедешь со мной. У нас есть бунгало неподалеку, на Мертл-бич, и я как раз собиралась удрать туда от предков для разнообразия. Никто кроме меня не будет знать, где ты скроешься. И этот пакостник тебя не выследит!

— А твоя мать не скажет ему, что я там? — в голосе Пенни появилась надежда.

— Мама? Да она там и не появляется. Она сейчас прямо дрожит над Стивом и не оставит его без опеки до отъезда. А ты пошлешь ей открытку. Напишешь, что встретила друзей из Австралии и отправилась с ними поглядеть страну. Адрес, разумеется, не пиши. А тем временем, возможно, страсти слегка поутихнут.

Пенни в восхищении уставилась на свою новую приятельницу.

— Лэнни, из тебя вышел бы гениальный гангстер! — произнесла она с благоговением. Та только усмехнулась.

— Знаю, — вздохнула она. — Ужасно, не так ли? Особенно для меня. Ведь в колледже я специализируюсь в области управления бизнесом. Ну так что, решилась?

Пенни затравленно вздохнула.

— Да! — согласилась она.

Бунгало Коксов на Мертл-бич поразило Пенни своим видом. Он совсем не соответствовал этой пляжной местности, где она ожидала увидеть что-то вроде одноэтажного сарайчика с деревянными кроватями, примусом и удобствами на улице. Но вместо этого перед ее взором предстал роскошный миниатюрный особняк. Пять спален, три ванные комнаты, огромная гостиная и прекрасно оборудованная кухня. Террасы. Солярий. И много-много другого, говорившего о достатке и вкусах хозяев. Дом выглядел как иллюстрация из журнала «Лучшие сады и виллы». Вскоре стало очевидным, что стиль жизни ее новой подруги соответствовал всему увиденному.

Первые пару дней девушки провели в окрестных магазинах, совершая массу нужных и бесполезных покупок, играли в мини-гольф, развлекались в ярмарочных балаганах и на аттракционах, которых в округе было множество. Вечера завершали обычно в каком-нибудь ресторанчике. Но уже на третий день Пенни решила положить конец подобной расточительности. И вот, когда Пенни, вымотавшись за день, развалилась в домашнем халате на роскошном диване и, готовясь к вечернему выходу, принялась за маникюр, она решилась наконец объясниться.

— Так какие у нас планы на вечер? — вернулась Лэнни к обсуждению своей излюбленной темы. — Здесь неподалеку есть действительно стоящее местечко ресторан с рыбной кухней в Марлзинн. Там неплохо кормят, и мы можем закатиться туда, если тебе хочется.

— Извини, дорогая, — вынужденное признание доставляло Пенни немало неприятных переживаний, она чувствовала, что обязана сказать это. — Я просто не могу позволить себе бывать в ресторанах каждый вечер.

— Ах, милочка, ну почему же ты сразу не сказала мне об этом, — ужаснулась наследница большей части капиталов семьи Кокс. — Впрочем, мне самой следовало бы догадаться. Но… послушай, пусть тебя это не волнует. Я буду счастлива угостить тебя!

— Нет, Лэнни, нет. Мне нечем отблагодарить тебя, и поэтому я не могу принять твоего приглашения. Большое спасибо, и пусть мой отказ тебя не останавливает.

Долгие уговоры хозяйки не оказали никакого воздействия на Пенни, и, наконец, созвонившись с друзьями, Лэнни умчалась в намеченный ресторан. А Пенни, первый раз за эти дни предоставленная сама себе, предалась горестным размышлениям, разместившись на изысканной расшитой цветами софе. Впервые с той сумбурной ночи на балу у нее появилась возможность осмыслить сложившуюся ситуацию. В мыслях ее царили отчаянье и полная неразбериха.

— О Господи, я совсем запуталась, — простонала она. — И во всем виноват этот Джон Миллер!

Но как она ни пыталась, ей не удавалось прогнать будоражащие воспоминания о тех сладостных минутах, когда он нежно целовал ее. Даже во сне это возбуждающее ощущение навязчиво преследовало ее. Правда, во сне события развивались совсем не так, как наяву. Она не отбивалась с яростью и гневом, а со всей страстью отвечала на его ласки. Самое унизительное было то, что она хотела близости с Джоном. Жаждала ее ежеминутно, и это настойчивое желание каждый раз пробуждалось вновь при первой же мысли о нем. Не то чтобы она влюбилась, успокаивала она себя, нет. В конце концов, его поведение с Брэндой Сью показывало, какое он бессердечное, двуличное мстительное чудовище. Подлец! Видимо, просто он обладает каким-то примитивным животным магнетизмом, заставляющим женщин трепетать от одного его взгляда. Даже таких разумных и рассудительных, как она — Пенни Оуэн.

— Я просто должна быть от него как можно подальше, — рассуждала Пенни сама с собой. — Приехать сюда — это была неплохая идея, но сейчас необходимо придумать что-нибудь получше. Может быть, рвануть в горы и там сделать серию набросков? Или еще что-то в таком же духе? Или попытаться найти работу?

Новая идея, как всегда, вернула Пенни интерес к жизни. На следующее утро, она, искупавшись, сообщила своей подруге, что собирается предпринять. Еще не отошедшая от вчерашних похождений, Лэнни пожелала ей удачи. И когда Пенни, вернувшись к ленчу, застала ее еще в пижаме и стала рассказывать о своей удаче — ее взяли с испытательным недельным сроком официанткой в небольшую пиццерию, она лишь с отвращением поморщилась.