Чтение онлайн

Пришлось встать.

— До свидания, — произнес он изысканно вежливым тоном и даже согнулся в поклоне. Потом прошел мимо воинственной дамы, которая снова придержала ему двери.

Шагая белоснежными коридорами, он улыбался, вспоминая любезного чиновника, с которым только что беседовал. Того отличала рассудительность в сочетании с известной долей фантазии, а именно это Веберу особенно нравилось. Ладно, столь исключительно интеллигентный сотрудник швейцарской федеральной полиции как-нибудь сумеет справиться с загадкой незнакомки с горы Обер, по крайней мере на свой манер. Можно быть спокойным: он делал это за столом, и ни к чему ему была такая мелкая рыбешка, как захудалый частный детектив.

Вебер все еще улыбался, пока садился в машину, заводил мотор и прибавлял газ. Потом он представил, какой была бы реакция Виктории, узнай она о нотацию, которую прочел ему чиновник. Наверняка лопнула бы от смеха.

Так и случилось. Виктория смеялась до икоты, когда на следующее утро он во всех подробностях пересказывал разговор с чиновником криминальной полиции.

Вебер завтракал и куском хлеба вытирал с тарелки остатки яичницы.

— Вам кажется это очень смешным, — буркнул он.

— Мне просто забавно, что вам не удалось пробить головой стену. Тоже мне герой! — Виктория просмотрела счета, брошенные на столе, и удивилась. — Вы потратили в Швейцарии только тридцать франков?

Вебер вспомнил умывальник в цветочек и тяжелую перину в бернской ночлежке.

— Информация, которую я там добыл, большего не стоит. — Закурив, он выпустил дым в сторону Виктории. — А теперь начнем с другого конца: как было вчера, в университете?

— Полный провал, — сердито буркнула она.

— Как это? Молодой человек не появился?

— Он-то появился, а вот фройляйн Грюнер — нет.

— Ага…

— То есть она пришла к началу лекций, была там с полчаса, а потом незаметно улетучилась. Молодой человек был ужасно расстроен, что не может ничем мне помочь. Кроме того, вчера вечером комиссар Линдберг звонил целых пять раз.

— Чего хотел?

— Не сказал, но последний раз едва не рычал. Так что будьте готовы ко всему.

Вебер ничего не ответил.

— Хватит разыгрывать немого, — холодно бросила Виктория. — Когда вы звонили из Франкфурта, то были в куда лучшем настроении, мой милый! Говорили, что нашли ключ к этой идиотской истории. Ну так давайте, покажите свой золотой ключик! — И она решительно поправила очки, которые в азарте едва не смахнула с носа.

Вебер немного подумал, потом полез в карман пиджака, достал помаду, обнаруженную в кухонном шкафчике у Ханке, и швырнул ее на стол.

— Что это? — спросила Виктория.

— Помада фройляйн Грюнер. Я уже говорил, что все ее вещи из квартиры забрали, и поэтому помада — улика безусловно редкая и драгоценная. Я нашел ее в кухонном шкафчике Ханке среди всякого хлама.

Виктория сняла колпачок и выкрутила столбик помады оранжевого цвета. Провела легкую черту на запястье, потом растерла.

— Французская!

— Гм…

Виктория принюхалась к запястью, не сводя глаз с Вебера. Потом сказала:

— Только не стройте никаких ложных надежд. «Коти» — марка с мировой известностью. Помада этой фирмы продается по всему континенту, да и в заморских краях тоже. Ею пользуется каждая уважающая себя женщина.

Вебер кивнул, вспомнив разговор с полицейским чиновником в Берне, который уже рассуждал о том, какие сложные торговые связи раскрутились в рамках европейского Общего рынка.

— Почему вы уверены, что помада принадлежит фройляйн Грюнер? — продолжала расспросы Виктория.

— А кому же еще?

— Почему не случайной гостье, которая ее забыла?

— Кошечке на одну ночь?

— Почему нет? Все мужчины одинаковы.

— Бывают исключения, Виктория, — солидно возразил он. — Например, я.

Она хмыкнула.

— Или Ханке. Он был не из тех, кто тащит в квартиру всякую дешевку. А даже если бы и так, для чего этой девушке оставлять помаду в самом дальнем углу кухонного шкафчика? Помада не может принадлежать и его предыдущей подружке, из периода до фройляйн Грюнер. Они жили вместе уже три года. За это время в шкафу не раз прибирали.

— Пусть она принадлежала фройляйн Грюнер, не спорю, но что тут особенного?

Вебер не ответил, глядя на помаду, которую Виктория все еще держала в руке.

— И это тот самый ключ, о котором вы упоминали по телефону?

Вебер сделал неопределенный жест.

— Скорее, микроскопический ключик, не так ли? Вдобавок висящий на тоненькой шелковой ниточке.

Вебер упорно молчал.

— А может, вы просто решили надо мной подшутить?

Вебер не успел ответить, потому что в тот же миг задребезжал звонок у входной двери. Он встал, забрал помаду и спрятал в карман. Потом многозначительно подмигнул и пошел к двери.

На лестничной клетке ждал комиссар Линдберг, багровый от натуги, в шляпе, сбитой назад с потного лба.

— Пятый этаж без лифта! — прохрипел он. — Как же ваши клиенты?

Он стоял, прислонившись к косяку, левой рукой опираясь на зонтик. Вид его вызывал искреннюю жалость.

Вебер вышел на лестничную клетку и огляделся вокруг, но не обнаружил ни следа верной тени Линдберга, ассистента Шнабеля.

— Как это — вы и без охраны? — спросил он. — Или ваши люди стерегут внизу?

— У моих людей есть чем заняться, кроме как наносить визиты грошовым детективам, — просопел Линдберг.

— Ну-ну, герр комиссар, не нужно недооценивать собственных подвигов, — возразил Вебер. — Просто слышать этого не могу. Так что если вы уже перевели дух, прошу, входите!

Линдберг еще раз глотнул воздух, засопел, потом оторвался от косяка, отодвинул Вебера и через крохотный коридорчик прошел в комнату, где со вздохом облегчения шлепнулся в кресло. Кивнул Виктории, которая все еще сидела за столом, и без особого интереса огляделся.

— Так это ваше бюро?

— Пока — да, — с достоинством ответил Вебер. — Сейчас мы строим небоскреб: сто восемьдесят служебных помещений и лифт на крышу. Там я буду проводить совещания под негромкую музыку и с прохладительными напитками.