Чтение онлайн

Огромные шары перекати-поля – высушенные и обесцвеченные почти до белизны безжалостным калифорнийским солнцем, оторванные сухим порывистым ветром от своих уходящих глубоко в почву многофутовых корней, утратившие свой родной дом в земле и гонимые куда-то на край света визжащей от ярости Санта-Аной – торжественно выкатывались из глубоких каньонов на узкое полотно шоссе. Серебрясь в свете фар, они следовали своим путем дальше, то и дело подпрыгивая на неровностях почвы, и это сюрреалистическое и безмолвное шествие колючих скелетов, двигавшихся медленно, словно бесконечная колонна измученных, изголодавшихся беженцев, действовало угнетающе, наводя невыразимую, странную тоску.

– Давай начнем с конца, – предложил Джо. – Что это были за люди, которые спасли нас? Что это за культ такой? И как он называется – Фобос, что ли…

– ФОБС, – Роза произнесла по буквам. – Не Фобос… Это искусственное слово, сокращение, которое означает Фонд общения с бесконечностью. ФОБС не культ, во всяком случае не в том смысле, какой обычно вкладывают в это слово.

– Тогда кто же они такие?

Вместо того чтобы ответить немедленно. Роза, неловко изогнув шею, поглядела на свои наручные часы и завозилась на сиденье, стараясь найти положение поудобнее.

– Нельзя ли нам ехать быстрее? – спросила она.

– Только не на этой дороге, – отозвался Джо. – Кстати, пристегни на всякий случай ремень безопасности.

– Ничего не выйдет, – покачала головой Роза. – У меня отбита вся левая половина.

Кое-как устроившись в углу между спинкой сиденья и дверцей, она спросила:

– Ты знаешь, кто такой Лоран Поллак?

– Гениальный программист-самоучка, своего рода новый Билли Гейтс.

– Да, так его называли в прессе. Он начал с нуля и к сорока двум годам стоил уже семь миллиардов долларов.

– Ну и что?

Роза закрыла глаза и сильнее навалилась на дверцу машины, оберегая пострадавший левый бок. На лбу ее проступила испарина, но голос продолжал звучать уверенно и твердо.

– Два года назад Лоран Поллак организовал благотворительный фонд с начальным капиталом в один миллиард долларов и назвал его "Общение с Бесконечностью". Он был уверен, что многие науки, обслуживаемые компьютерами последнего поколения, в самое ближайшее время совершат фундаментальные открытия, благодаря которым мы окажемся лицом к лицу с самим Создателем.

– На мой взгляд, именно такая теория как раз подходит для основания нового культа.

– О, многие люди действительно считают Поллака мошенником или проходимцем, однако он на самом деле обладает не только редкой способностью оценивать сложнейшие теории с точки зрения самых разных отраслей знания, но и завидной дальновидностью и проницательностью. Даром предвидения, если угодно… Я, кажется, уже говорила тебе, что существует целое направление современной физики, которое ищет – и находит! – доказательства того, что Вселенная была сотворена.

– А как насчет теории хаоса? – нахмурясь, спросил Джо. – Мне казалось, что ее поддерживает абсолютное большинство ученых.

– Теория хаоса вовсе не подразумевает, что во Вселенной все происходит случайно. Это универсальная, широкоохватная теория, которая, кроме всех прочих вещей, не только теоретически допускает, но и признает фактическое наличие чрезвычайно сложно организованных связей внутри систем, которые выглядят беспорядочными, хаотическими. Взять хотя бы погоду: простейший пример, но и самый наглядный. Стоит заглянуть в суть предмета, как начинаешь замечать определенные закономерности, которые и управляют кажущимся хаосом.

– Честно говоря, – перебил Джо, – я довольно смутно представляю себе все то, о чем ты говоришь. Словосочетание "теория хаоса" я употребляю в том смысле, в каком оно используется в кино.

– Большинство фильмов – это нагромождение глупостей, – резко сказала Роза. – То же относится и к политике… В общем, если бы Поллак был здесь, он сказал бы тебе, что восемьдесят лет назад наука развенчала и жестоко высмеяла основной постулат многих религий, что Вселенная была сотворена ex nihilo«Ех nihilо– из ничего (лат.)». Каждому было очевидно, что создать что-то из ничего невозможно; это было бы нарушением всех физических законов. Но сейчас, когда мы гораздо лучше стали разбираться в молекулярной структуре вещества, мы увидели, что физика элементарных частиц постоянно создает материю ex nihilo…

С присвистом втянув воздух сквозь сжатые зубы, Роза наклонилась вперед и, открыв перчаточницу, порылась в ее содержимом.

– Я думала, здесь найдется аспирин или экседрин, – пояснила она. – Пара таблеток мне не помешала бы…

– Мы можем остановиться где-нибудь по дороге… – начал Джо. Но она не дала ему договорить.

– Нет, – решительно сказала она. – Бигбер еще далеко.

С этими словами Роза захлопнула крышку перчаточницы, но осталась сидеть сжавшись, словно так ей было легче переносить боль.

– Физика и биология – вот две дисциплины, которые интересовали Поллака. В особенности биология, молекулярная биология.

– При чем тут молекулярная биология?

– При том, что чем больше мы познаем живые существа на молекулярном уровне, тем очевиднее тот факт, что все они были созданы искусственно. Ты, я, млекопитающие, рыбы, насекомые, растения – все.

– Минуточку, – прервал ее Джо. – А как же эволюция? Или ты… вы с Поллаком ее отвергаете?

– Не до конца. К каким бы выводам ни привела нас молекулярная биология, дарвиновская эволюция видов тоже сыграла свою роль, но, конечно, не определяющую.

– Похоже, ты все-таки не относишься к тем ортодоксам, которые уверены, что род человеческий был создан в эдемском саду пять тысяч лет назад.

Роза через силу улыбнулась.

– Не отношусь. Теория Дарвина была сформулирована в 1859 году – задолго до того, как наука узнала, что такое атом. Чарльз Дарвин считал клетку основным строительным материалом, мельчайшим кирпичиком, из которых состоит любой организм. Сама же клетка в представлениях того времени была всего лишь аморфным сгустком альбумина, обладающим определенной универсальностью.

– Альбумина? Что это такое?

– Белковое вещество, белок, первооснова всего живого. По Дарвину, белок скорее всего появился в результате благоприятного стечения обстоятельств, случайной химической реакции; происхождение же видов он объяснял исключительно естественным отбором, но мы-то теперь знаем, что клетки – это сложнейшие образования, обладающие настолько тонким и рациональным устройством, что поверить в их случайное происхождение очень нелегко.

– И все это уже открыли? – искренне удивился Джо. – Похоже, мне пора обратно в школу.