Единый Мир: Наши души
Шрифт:
И вновь этот маленький противный альв нашёл, чем меня удивить. В комплекте был голубой кафтан с серебристым узором, длинной чуть ниже ягодиц, антрацитово-чёрные штаны из замшевой ткани, туфли с высоким голенищем, расшитый серебром белый ремень для подвязывания кафтана. На удивление всё это на мне смотрелось крайне гармонично.
– Померил? Отлично, я ушёл. Мне ещё сегодня, после ночи без сна, инвентаризацию провести нужно. Конец айваш-месяца на носу, а у меня столько бумаг не заполнено, хоть вешайся, а ещё...
Демонстративно причитая, Калико покинул мою комнату. Да уж, такая личность в любой из шестнадцати месяцев в году найдёт себе проблемы. А если проблемы не будут находиться, создаст их сам.
Сняв с себя костюм и повесив его в шкаф, я быстро оделся в форму и побежал в лазарет. Уж не знаю, чего ради, но меня всё же терзало беспокойство за Шару.
Остановившись в дверях, я обернулся на лежащую в постели Лану. Сегодня она спала. Это не был сон в обычном понимании такового, ведь искусственные души не нуждаются во сне. Сегодня она была в состоянии анабиоза, накапливая жизненные силы на ближайший месяц.
Вчера вечером, перед уходом в это состояние, она написала аж на двух листах целое сочинение о том, что она на свадьбе будешь лишней, да и потом ей уже давно пора было уходить на подзарядку. Выглядело всё это как неловкое извинение. Но я не винил её, хоть и ощущал себя без неё, как без рук.
Оказавшись в лазарете, я застал доктора Фригиза, сидящего за столом в приёмной. Напротив, него, взволновано жестикулируя, о чём-то вещал Грегор.
– ...ну вы тоже меня поймите, всё же это моя вина! Я прошу вас, пустите меня, дайте мне хоть извиниться перед ней.
– Сожалею, но моя пациентка строго настрого наказала мне не пускать вас, господин Балрингер.
Завидев меня, он устало прикрыл глаза.
– Господин Кольяри, вы можете проходить. Оставьте только запись в книге посещений.
Грегор резко обернулся. Я встретился с ним взглядом.
– А почему ему можно?
– Господин Кольяри вчера вместе со своей куклой доставил госпожу Талини до лазарета. Госпожа Талини, преисполненная благодарности, позволила мне пустить к ней господина Кольяри, - было в голосе лекаря нечто язвительное.
Я записал свои данные в книгу посетителей под недовольный взгляд Грегора. Отложив автоперо в сторону, я поспешил в комнаты больных, стараясь скрыть довольную улыбку. Сиди на попе ровно, волчара.
Когда я оказался в палате, моему взору предстала Шара в упоре лёжа. Девушка, шумно выдыхая воздух через зубы, отжималась. На пальцах. Услышав мои шаги, она подняла голову.
– Утречко, - я поднял руку, приветствуя Шару.
– А, привет, - улыбнувшись, синеволосая колдунья попустила голову и продолжила свою зарядку. Я присел на один из стульев, имевшихся в палате, ожидая завершения тренировки.
Спустя пару минут Шара шумно выдохнула:
– Всё!
– протянула колдунья, тяжело садясь на пол.
– Фух, вот почему я ненавижу болеть. Сил даже на самые обычные вещи не хватает.
Эта барышня меня всё больше удивляет. Если для неё такое «обычные вещи», то что же в её понимании необычно?
– Ну, тем не менее, тебя это не особо тормозит.
– Просто мне форму надо поддерживать, - девушка села на пол, - всё же я не боевой маг, в случае столкновения с кем-то серьёзным я могу положиться лишь на свой магострел и на скорость реакции. Такие дела.
– Кстати, к тебе там Грегор ломился. Надеялся вымолить прощения.
– Вот же клоун, - Шара хмыкнула.
– Не сегодня, так завтра, я двину ему по голове ключом, помяни моё слово.
– Признаюсь, он меня тоже напрягает.
– Как и большую часть гильдейцев. Уж не знаю, как его терпит госпожа Мальте. Но не об этом сейчас речь, - в тёмных глазах девушки вспыхнул огонёк интереса.
– Ко мне сегодня утром Ндери заходила. Сказала, ты с ней на свадьбу идёшь.
– Да, она решила меня таким образом отблагодарить, - я слегка потупился.
– Ой, да не егози, по глазам вижу, доволен, как удав.
– Не стану отрицать, подобное времяпрепровождение, особенно с ней, как минимум интересно мне. А тут ещё и на свадьбе еды будет выше крыши. Всё же, у меня денег едва хватает на то, чтобы свести концы с концами, а пособие от гильдии только через неделю начислят.
– Эх, не романтик ты, - Шара опустила голову.
– А ты как будто таким интересуешься, - не подумав, ляпнул я.
Колдунья исподлобья посмотрела на меня.
– Да что ты вообще обо мне знаешь?
И в самом деле. Я хотел было что-то сказать в своё оправдание. Но это выглядело бы слишком жалко. Шара ещё несколько мгновений сверлила меня недовольным взглядом, а после, вздохнув, повалилась на кровать.
– Ладно, забей. Будет мне уроком не распускать язык не по теме.
То, что в данной ситуации она взяла вину на себя, несколько задело моё самолюбие.
– Да нет, не в этом дело. Возможно, я просто хотел бы узнать тебя получше.
– Чего ради?
– вопрос прозвучал так, будто Шаре было плевать на то, что я отвечу.
– Ну вот кажется мне, что тебе хотелось бы простого общения с людьми, как с равными, а не всего того, что происходит вокруг тебя.
– Ндери надоумила?
– Девушка явно не любила ходить вокруг да около.
– Эм, ну да.
Немного помолчав, Шара продолжила:
– Ну, тут она права.
– Только вот я не вижу, чтобы ты сама к этому стремилась. Неужели так страшно сближаться с другими? Или тебе просто удобнее так, заперевшись в раковине.
– Всякая близость навязывает определённые обязательства. А у меня и так их немало.
– Но с Ндери же ты как-то подружилась?
– я начинал терять терпение.
– Она - другой случай. Лондери практически все эти обязательства взяла на себя, причём добровольно. У меня редко выходит навестить её, когда она болеет, когда у неё беда. Она же, каждый раз, когда со мной что-то происходит, приходит ко мне. Да и без этого она часто навещает меня, так сказать, отрабатывает за двоих. В редкие мои выходные я стараюсь отплатить ей тем же... Если появится кто-то ещё, я не смогу разорваться между Лондери и тем, вторым. И это наверняка причинит им боль. И мне тоже. Ведь я не смогу даже минимума своей благодарности выразить.