Чтение онлайн

Повернувшись спиной к паре, я достал из кармана отмычку и подошёл к первой двери.

Комната пустовала.

— Эй, кто ты такой? Чёрт возьми, ты тут делаешь? — Бизнесмен уже поднялся на ноги. Женщина съёжилась на полу, её испуганный взгляд метался между ним и мной. Одной рукой он натягивал брюки, другой уже доставал из-за пояса пистолет.

Чёрт.

Не было времени на церемонии. Я вырубил его одним точным ударом. Он грохнулся о стену, и полузастёгнутые брюки предательски сползли.

И тут начался ад.

Обнажённая женщина взвизгнула. Спотыкаясь, поднялась, прикрыла грудь и выбежала из комнаты.

Тик-так, тик-так.

Я пинком распахнул третью дверь. Из-за угла выскочил мужчина и нанёс удар правой. Адреналин влился в вены, как чистейший героин, воспламеняя изнутри. Я жил ради этого чувства. Наслаждался им. Возможно, поэтому я был так чертовски хорош в своей работе.

Я ударил каблуком по его коленной чашечке, выворачивая сустав. Пока он завывал от боли, я вцепился в воротник его рубашки и притянул к себе.

— Смотри на меня, — прорычал я.

Как только наши взгляды встретились, я брякнул его лицом о своё. Хруст ломающегося хряща отдался эхом в тесной комнате. Кровь брызнула на стену. Он рухнул на пол, как подкошенный.

— Повернись, — скомандовал я обнажённой белокожей женщине, свернувшейся на кровати в комок и рыдавшей, как ребёнок. Даже в полутьме были видны следы укусов на её шее.

Она безропотно повиновалась.

Прищурившись, я разглядел на её спине татуировку — кельтский крест. Узор совпал с фотографией из досье: американская туристка, похищенная восемь месяцев назад. Татуировка была её единственным опознавательным знаком.

— Кортни, — сказал я, протягивая руку. — Меня зовут Джастин Монтгомери. Я здесь, чтобы отвезти тебя домой.

Она медленно обернулась. Её заплаканные голубые глаза расширились от непонимания, тело застыло, пытаясь осознать этот поворот.

— Нет, — я резко щёлкнул пальцами перед её лицом. — Хватит плакать. Теперь нужно быстро соображать, сохранять спокойствие и делать только то, что я скажу. Поняла?

Кортни горячо кивнула, вытирая нос тыльной стороной ладони.

В коридоре застучали тяжёлые ботинки.

— Пошли, — скомандовал я, стаскивая её с кровати.

Переступив через два окровавленных тела, мы замерли в дверном проёме. Наш путь преградил подтянутый молодой человек — тот самый, что сидел за столиком, когда я входил. Добропорядочный клиент, полный идиот, не ведавший, что его любимый ресторан прикрывает бордель.

Я просто оттолкнул его в сторону и поволок Кортни через главный зал, где посетители столпились в углу, закрывая лица и уши, ошеломлённые, испуганные и онемевшие.

— Надень это. Быстро.

Пока Кортни натягивала пальто, сдернутое мной с вешалки, я схватил со стола тканевую салфетку, вытер кровь с лица и шеи и бросил окровавленный комок через плечо. Официантка вытаращила глаза, когда я проходил мимо.

— За беспокойство, — бросил я пачку иен на стойку.

В переулке я взял цель за руку, сжал её с такой силой, что она вздрогнула, и наклонился к её уху.

— Веди себя обычно. Мы — скучная пара после ужина. Вот и всё. Не привлекай внимания. Притормози и, ради всего святого, перестань хныкать.

У тротуара бесшумно остановился тёмный «Лексус». Где-то вдалеке уже завывали сирены.

Я распахнул дверь, усадил Кортни внутрь и, на прощанье окинув взглядом переулок, сам нырнул в салон.

— Поехали, — коротко бросил я, постучав костяшками пальцев по спинке переднего сиденья.

Когда машина вырулила на скоростную трассу, оставив хаос далеко позади, я откинулся на кожаном сиденье и привычным жестом поправил запонки.

ДЖАСТИН

«Лексус» въехал в скрытый подземный туннель, ведущий на небольшую приватную парковку с лифтом.

Площадка была уставлена всем спектром роскошных марок — «Порше», «Ягуар», «Майбах», «Бентли», «Мерседес» и двумя бронированными «Рейндж Роверами», каждый ценой в полмиллиона долларов. Неудивительно, что возвышавшийся над нами новейший небоскрёб, по слухам, был одним из самых дорогих зданий во всём Токио.

«Он ждёт вас», — сказал водитель, останавливаясь у лифтовых дверей.

Моя цель дождалась, пока я открою ей дверь. В лифте она прижалась ко мне так близко, что я чувствовал лёгкую дрожь её тела.

«Спасибо», — прошептала она, когда двери закрылись, не отрывая от моего профиля широкого, заворожённого взгляда, который не сводила всю дорогу.

В холодном свете лифтовых ламп её отражение в зеркальных стенах казалось призрачным. Длинные, исхудавшие ноги, босые ступни в синяках и с выступающими венами. Она потеряла килограммов десять по сравнению с фотографиями, месяцами не сходившими с новостных лент. Светлые волосы были сальными, грязными прядями падая на лицо, пока она разглядывала мой неровный шрам.

Я отвернулся.

В фойе нас встретил высокий, худощавый японец, которого я не знал. На нём был чёрный костюм в тонкую полоску и золотые часы размером со спутниковую тарелку.

— Мистер Монтгомери. Меня зовут Айко, — представился он, пожимая мою руку. — Могу я получить пароль, пожалуйста?

— Нет. Не раньше, чем ты назовёшь свой.

Уголки его губ дрогнули. — Астор предупреждал меня о вас. Говорил, вы никому не доверяете.

— Жизнь научила меня не делать этого.

— Понятно.

Айко назвал правильный пароль. Я ответил своим. Для каждой миссии — уникальный набор кодовых слов, чтобы отличать своих от чужих.

— Надеюсь, всё прошло гладко? — невозмутимо спросил Айко, направляя нас к следующему лифту.

Гладко?

Интересно, что моя цель думает об этом идиотском вопросе. «Гладко» ли было, когда правительство США ждало несколько месяцев, прежде чем начать официальное расследование её исчезновения? Только чтобы потерпеть неудачу и нанять нас? «Гладко» ли проходили дни, пока её продавали из рук в руки, заставляя заниматься сексом в любое время суток? Когда с каждым толчком она гадала, какую болезнь подхватит и не забеременеет ли? Бежали ли «гладко» бесконечные часы, пока её душа медленно покидала тело, а травма въедалась в мозг, словно смертельный вирус, и она ждала, что её страна её спасёт?