Чтение онлайн

— Мне надо идти. — Ему было невыносимо видеть эти слезы. Дэнни резко повернулся и схватил со спинки стула свою кожаную куртку. Ему нужно на воздух, нужно немного времени, чтобы прийти в себя.

Кэти отступила от двери, и он резко распахнул ее, чуть не сорвав с петель.

— От меня ты можешь убежать, Дэнни, — едва слышно произнесла она. — Но от себя не скроешься.

Может, и нет, подумал он, захлопнув за собой дверь и шагнув в дождливую темноту ночи. Но он, черт возьми, обязательно попробует.

Она плакала, пока не уснула.

Словно из солидарности, Молли проснулась и тоже заплакала. Переодев и накормив ее, Кэти села в кресло-качалку и стала тихо напевать. Она чувствовала себя совершенно несчастной.

Наконец малышка закрыла глаза, и Кэти бережно положила ее в манежик. Ей не хотелось думать о предстоящей разлуке с Молли. От этой мысли становилось совсем тошно.

Глотая слезы, Кэти забралась обратно в постель. Без Дэнни она показалась холодной и пустой. И кто знает, вернется ли он вообще?

Солнце только что начало золотить горизонт, когда Кэти почувствовала чью-то руку у себя на плече. Она застонала, перекатилась на живот и попыталась глубже зарыться в подушки. Голова раскалывалась, глаза все еще горели от слез. Она не была готова встретиться сейчас лицом к лицу с окружающим миром и надеялась, что трясущий ее за плечо, кто бы это ни был, оставит ее в покое и уйдет.

Как можно дальше.

— Кэти. — Голос Дэнни проник в сознание сквозь сонную одурь. — Проснись. Я все узнал о родных Молли.

Еще не совсем проснувшаяся Кэти сидела за кухонным столом и пила крепкий черный кофе. Дэнни сидел напротив и тоже казался измученным. По его виду она догадалась, что он не спал всю ночь.

Рядом с ним сидела Марта с малышкой Молли на руках.

— Я не знала, что еще можно было сделать, Дэнни, — тихо говорила она. — Ее просто оставили у дверей приюта.

Марта сунула руку в карман пальто и извлекла оттуда измятый листок бумаги.

— Эта записка была приколота к ее рубашонке. — Немного расправив листок, она передала его Дэнни.

Взглянув на Кэти, он стал читать записку.

«Пожалуйста, позаботьтесь о моей малышке. Я люблю ее, но не в состоянии заботиться о ней. Я очень больна, и у меня нет родных, нет никого, кто мог бы о ней позаботиться, и я не знаю, что мне делать. Уверена, что здесь она будет в безопасности. Пожалуйста, скажите ей, что мама очень ее любила».

Дэнни сидел молча, стараясь понять глубину отчаяния матери, отказавшейся от своего ребенка.

Он передал записку Кэти, которая быстро прочитала ее. Их взгляды встретились, и они поняли друг друга без слов.

— Марта, — медленно заговорил Дэнни. — Ради всего святого, почему ты положила ее ко мне в патрульную машину? — Он не был уверен, что правильно понимает происходящее. Нет, он понимал, что мать оказалась не в состоянии заботиться о ребенке. Но не понимал, почему именно он оказался вовлеченным в эту историю.

Марта тяжело вздохнула.

— Ну, Дэнни, я боялась, что если о ней узнают официальные власти, то ее отправят в один из этих центров для никому не нужных детей. Или в приемную семью, — добавила она с неприязнью в голосе и со слезами на глазах. Потом покачала головой. — Я не хотела этого. Знаю, какие бывают приемные семьи — холод и безразличие. И я испугалась… — Она на секунду отвела глаза, а когда вновь заговорила, то ее голос звучал чуть слышно. — Я сама выросла в одной из таких семей, получающих государственную субсидию. Конечно, с тех пор кое-что изменилось, но не настолько, чтобы мне захотелось обречь эту крохотулю на такую жизнь. Когда ребенок ни с кем и нигде. Когда у него нет ни дома, ни семьи. — Она выпрямилась, собираясь с духом, и нежно поцеловала Молли в щечку. — Эта малышка заслуживает лучшего.

Слушая Марту, Кэти чувствовала, как к горлу подкатывает комок. Слишком знакомо все это было.

Какой стала бы ее жизнь, если бы не Салливаны?

Думать об этом не хотелось. История с Молли заставила ее оценить до конца то, что сделала для нее семья Салливан.

И теперь она знала, что не бросит Молли.

Марта шмыгнула носом.

— Я положила Молли к тебе в машину, Дэнни, потому что знала: ты сумеешь о ней позаботиться. И оказалась права, — добавила она с улыбкой. — Я вижу, как хорошо ты к ней относишься. Как ты любишь ее, словно собственного ребенка.

Несколько секунд Дэнни переваривал ее слова. Он действительно полюбил Молли, но дело было не в этом.

— Марта, а тебе не приходило в голову, что я-то как раз и мог бы отправить ее по официальным инстанциям? — негромко спросил он.

Тихонько засмеявшись, она покачала головой.

— Только не ты, Дэнни. Никогда в жизни. Уж я-то тебя знаю как облупленного. Знаю, как ты относишься к ребятишкам. И ко всем здешним жителям, как ведешь себя с родными. Ты от доброго ирландского корня, Дэнни. Я наблюдала за тобой все эти годы. Твоя мама одна растила всех вас после смерти отца, и вырастила на славу.

— Ты знаешь моих братьев? — удивленно спросил он, и она опять тихо засмеялась.

— Я сочла своим долгом узнать их. В округе ведь все известно. Майкл — самый старший в семье. Я слышала, что у него хорошенькая молодая жена и маленькая дочка. Патрик — самый младший. Слишком серьезен на мой вкус, но такой уж он человек. Потом твой дедушка Па. — Ее глаза заблестели. — Недаром говорится, что яблочко от яблони далеко не падает. В каждом из вас я замечаю кое-что от него. Он сильный и гордый мужчина. Должно быть, твой отец был похож на него.

— Верно, — сказал Дэнни, все еще не оправившись от удивления.

— Я знала тебя и твою семью, Дэнни, знала, что ты никогда не отвернешься от человека, который в тебе нуждается. — Марта с улыбкой похлопала его по руке, видя, как он покраснел. — Особенно, если это бедная крохотуля, у которой нет ни одной родной души на свете. Уверена, что если кто и сможет как следует позаботиться об этой малышке, так это ты.

Дэнни с немного смущенным видом протянул руку и погладил Молли по головке.

— Марта, почему ты просто не пришла ко мне и не объяснила ситуацию?

Она пожала плечами.

— Запаниковала, наверно. Когда я нашла ее, то сразу поняла, что нам с ней надо убираться из приюта, пока ее не обнаружил кто-нибудь еще. Я не знала, что делать. Пошла к полицейскому участку, чтобы поговорить с тобой, но внутрь заходить не стала; не хотела, чтобы меня видели с малышкой, ведь многие, заметив с ней такого человека, как я, начали бы задавать вопросы. Увидев твою машину, я подумала: вот и выход. Положила ее на сиденье, опустила стекло, чтобы ей было чем дышать, а потом спряталась за углом, пока не вышел ты, — хотела убедиться, что с ней все в порядке. Как только я тебя увидела, то сразу поняла: мне не о чем больше беспокоиться.