Чтение онлайн

– Слушай, а когда Эстерау планирует применить биологическое оружие? – спросил он.

– По донесениям разведки, в ближайшие год-два, я же говорил тебе. Мы будем искать экзопланету, и лишь пронеся своё предприятие сквозь пространство и время, сможем окупить сделанные вложения, оправдать жертвы, на которые предстоит пойти нам и будущим поколениям. Лететь нам очень долго.

– Насколько долго? – требовательно спросил Рома, больше не в состоянии терпеть неясные ответы.

– Это будут «корабли поколений», – ответил Фёдор, использовав старинный термин. О «кораблях поколений» задумывались лет сто назад. А, может, и больше. Теперь же подобная модель казалась устаревшей, учёные говорили, что вот-вот приблизятся к световой скорости, но так ничего применимого на практике изобретено не было. Законы физики нельзя просто взять и отменить.

– А что это такое? – парень о «кораблях поколений» никогда и не слышал, но ощутил неясную тревогу.

– Полёт закончим не мы. Когда-нибудь его завершат наши праправнуки. Или ещё более далёкие потомки.

– Праправнуки? – обескураженный, спросил Рома, ещё не до конца уложив в голове смысл слов отца. – То есть мы… Нет, это что получается? – он схватился за голову, взъерошив русые волосы, задышал часто и тихо произнёс. – Это ж, получается, никогда…

– Ну, сам посуди: за пределы Солнечной системы мы вылетим за пятнадцать – двадцать лет.

– Мы никогда не долетим! – Рома не сдержался и всё-таки перешёл на крик. – Пап, ты сам понимаешь, никогда! Мы всю жизнь будем болтаться в космосе, запертые в корабле как в консервной банке! И никакой новой планеты для жизни не будет.

В горле застрял ком, который никак не удавалось сглотнуть. Воздуха не хватало.

Нет никаких чудесных двигателей, что доставят корабль к соседним звёздам за пару лет. Люди изобрели трёхмерные фото, смартфоны-проекторы, бесшумные электромобили и куртки с терморегуляторами. И всё это теперь кажется совершенно не нужным. Лучше б уж способ быстрого перемещения в космосе изобрели, а не очередной гаджет, который выйдет из моды через год.

Фёдор, будто не замечая состояния сына, продолжал говорить:

– Скажу тебе больше. Система Глизе 581 – 20,4 световых года, Система Эпсилон Эридана – 10,5 световых года, Система Альфа Центавра – 4,25. Это три самые близкие звездные системы, где потенциально могут быть экзопланеты.

– Ты ведь знаешь, сколько лететь до этих звёзд, – Рома не спрашивал, а утверждал. – Какая разница, сколько до них световых лет? Мы световой год не переживём!

Отец ответил задумчиво, взвешивая каждое слово:

– С нашими ядерными двигателями до ближайшей вероятной экзопланеты Проксима b в Альфе Центавра – около 30 тысяч лет.

У Ромы будто весь воздух из груди вышел. Фёдор оценил перемену в лице сына.

– Там есть и более далёкие расстояния. Созвездие Ориона, например, находится на расстоянии 1,35 тысячи световых лет от Земли. До него лететь около девяти миллионов лет.

Услышав это, Рома рассмеялся, даже не пытаясь совладать с эмоциями. При таком раскладе девять миллионов лет или чуть больше, чуть меньше, уже не имело никакого значения.

Вещи были упакованы. Рома всё уложил в две большие спортивные сумки. Одежда, зубная щётка, ноутбук, смартфон и идентификатор личности, генетическую карту с чипом, а также несколько пищевых чипов–имитаторов, один из которых он уже успел использовать.

Закончив со сборами, парень пошёл на кладбище проститься с той, кто навсегда останется на Земле. Положил цветы на могильную плиту, на которой был изображён портрет красивой молодой девушки и выбита надпись: «Диана Делина (2104–2121) – любимая дочь, внучка, подруга». Рома оглядел территорию всего кладбища, заполненную могилами, и вздрогнул от собственных мыслей – если всё, что рассказал ему отец, в самом деле, правда, скоро вся планета станет одним сплошным кладбищем.

Позднее, дома, лёжа в кровати, Рома долго не мог заснуть, в голове роились тысячи мыслей. Какова вероятность вообще найти обитаемую планету? Даже через тысячи лет? Космос ведь огромен, бесконечен, там миллиарды звёзд, свет которых видели и далёкие предки, и будут видеть те, кто заселит Землю вновь. И что есть человеческая жизнь по сравнению с этим светом? Одно лишь мгновение.

Рома встал и начал расхаживать по комнате. Он осмотрел своё пристанище, с которым ему предстояло на следующий день расстаться: аскетично обставленную комнату, компьютерный стол, лампу, кресло на колёсах, кровать, шкаф для одежды. Такие простые предметы, они могли бы многое сказать о своём владельце.

Это были предметы человека, не сидящего на одном месте. Чужие вещи – он не мог ими распоряжаться, это была собственность арендодателя. С самого начала заселения само собой разумелось, что они с отцом не останутся здесь навсегда, потому что это была съёмная квартира. И те папины месячной давности намёки, которые теперь нашли объяснение, лишь подтверждали это. Всё совпало, они покидали эту квартиру. И покидали Землю. Оседлый образ жизни оставался в прошлом. Начинался кочевой. 19 июля – его последняя ночь на Земле. Он лёг на кровать, ещё некоторое время поворочался и провалился в беспокойный сон.

Сработал будильник. Рома схватил его, и, что есть сил, швырнул в стену. Будильник, оранжевый, как апельсин, был сделан в форме баскетбольного мяча. Этот шар нужно было кинуть в стену, чтобы он перестал звенеть. Злой спросонья Рома пошёл в ванную. Свет не включил – не любил, когда глаза слепит после сна. Утро казалось самым обыденным и в то же время не покидало ощущение, будто всё происходит не на самом деле. На автомате парень умылся, почистил зубы пальцем, выдавив на него шарик зубной пасты – доставать из сумки щётку посчитал излишним.

Завтрак прошёл в молчании. Они с отцом не говорили о предстоящем, будто ничего значимого, ничего такого, что перевернёт жизнь, не должно было случиться в ближайшее время. Самое обыкновенное будничное утро с яичницей, гренками и ветчиной. Таких дней в жизни Ромы случалось великое множество, и теперь складывалось ощущение, что и этот день станет ещё одним обыденным днём. И только учащённое сердцебиение подсказывало, что ощущение ложно.

Через пару часов на смартфон отца пришло оповещение о прибывшем такси в виде голографической проекции с изображением жёлтого автомобиля.

– Ну ладно, Рома, – вздохнул Фёдор, выходя с сумками из неродной квартиры. – Попрощаемся с нашей скромной обителью, и в путь.

– С Землёй, что ли? – скептически ухмыльнулся Рома, тем самым пытаясь прикрыть нарастающую тревогу.

– Ну, для начала с этой гостеприимной квартирой, – уточнил Никитин-старший. – Так и не сумела она стать нам домом.

Рома закинул сумку на плечо, вышел и коротко попрощался:

– Счастливо. Я бы сказал – ей не было дано достаточно возможностей.