Чтение онлайн

— Секунду!

Без долгих раздумий вытаскиваю из сумки джинсы с футболкой. В пустыне вечерами очень холодно даже летом, поэтому быстро переодеваюсь, подмечая стопроцентное попадание в мой размер. Собираю волосы в пучок и надеваю бейсболку. Не знаю, что это за шпионский набор, но эти вещи здесь явно не просто так. Снова рассматриваю ключ, поворачивая его под разными углами. Сама не понимаю, что я там могу увидеть, но чем чёрт не шутит? Вдруг послание? Смешно. Обычный металлический ключ. Кидаю его обратно, так и не разгадав эту загадку, и выхожу из туалета, чуть не сталкиваясь с девушкой.

Она опирается одной ногой на стену позади неё, в уголках глаз — жирные стрелки, во рту зажжённая сигарета, а на голове — хаос, будто её волосами сейчас подметали полы.

— Долго будешь пялиться? Или я тебя заинтересовала? — Сделав последнюю затяжку, она кидает её прямо на пол и тушит ногой.

Ничего не отвечая этой, судя по всему, проститутке, иду к стойке, чтобы всё-таки купить кофе. Несмотря на местных негостеприимных обитателей, здесь хотя бы теплее, чем на улице.

Бородач молча принимает заказ, и мои надежды на глоток вкусного кофе рассыпаются в прах, когда я вижу, что он высыпает пакетик быстрорастворимого напитка в одноразовый стакан и, залив кипятком, передаёт мне. Всё так же молча. Не Юма, а Зомбилэнд, ей Богу. Сев за столик у окна, делаю глоток этого отвратительного пойла и снова достаю телефон в надежде увидеть заветное входящее SMS. Ничего.

Зато всё моё внимание привлекает выпуск новостей по телевизору, висящему на стене за спиной «бармена». Десятки пожарных носятся вокруг пылающей машины, недалеко от которой в чёрном мешке лежит, по всей-видимости, труп. Рядом с ним стоит кучка людей в форме, репортёры и мужчина в разорванной одежде со следами копоти на лице. Наверное, чудом спасённый пассажир. Из любопытства читаю бегущую строку внизу экрана и едва не давлюсь кофе, когда чётко вижу имя погибшей: «Кассандра Агилар».

***

Брайан

Я несказанно рад тому факту, что мог смотреть на Кассандру с хладнокровным спокойствием, как если бы на её месте стояла любая другая представительница женского пола. Никакой тебе тахикардии или перехватывания дыхания, как показывают в дешёвом кино. Видимо, тому чудовищу, в которого я начинаю превращаться, находясь в мафиозном рассаднике, её поступок в нашем туманном прошлом уже не кажется таким мерзким. На какое-то короткое мгновение я даже словил кайф от этого понимания. Монстром иногда быть гораздо приятнее, чем принцем из девчачьих сказок: ему не нужно совершать подвиги, чтобы что-то доказать, он живёт не моральными устоями, а инстинктами и низменными желаниями.

Та дикая природа, в которой я обитаю сейчас, мягкотелых особей попросту пережуёт и выплюнет. Кто сильнее: дикий тигр или домашний кот? Второй способен только лизать яйца и, если хозяину повезёт, ловить мышей, а первый — сам себе властелин и питается кабанами да оленями. На мелочь он уже не согласен, потому что это попросту не его планка, не его потребность. Именно такие жизненные установки невероятно закаляют характер и помогают чувствовать себя в мире криминала, как в своей стихии.

Я рассматривал Кассандру, пока на неё был направлен пистолет, и задавался вопросом, интересно ли мне, как она жила эти годы? Почему она не вышла замуж и не завела детей? Много ли у неё было парней? Ответ, скорее, отрицательный. Не интересно. Иначе мне не составило бы труда узнать о ней всё и даже больше.

Просмотрев скудные факты из её жизни, мне удалось найти парочку тех, что и впрямь меня удивили. Например, занятие танцами. Или тот факт, что она в свои двадцать шесть всё ещё учится в университете. Передо мной стояла совершенно чужая мне девушка. Незнакомка.

Я ни разу за эти годы не интересовался ей и не отслеживал в сетях. Мне это было не нужно, да и некогда: я специально упахивался на учёбе, а потом и службе так, что в свободное время мог только спать. Не помню, чтобы мне даже сны снились, не говоря уже о том, чтобы предаваться каким-либо воспоминаниям.

После того, как я выдрал с корнем всё своё прошлое, мне стало легче. Чертовски легче пережить самую страшную потерю, в которой виноват я и только я. К этому выводу я пришёл после тщательного анализа своих сумасбродных поступков, поэтому и последствия разгребал тоже в одиночку, так и не сказав никому истинную причину смерти наших родителей. Даже Максу.

У меня не было времени на то, чтобы как следует продумать всю операцию по спасению Кассандры, поэтому решил действовать по обстоятельствам. Первый шаг с подменой вещей и документов прошёл нормально, пусть и со скрипом. Гадёныш Мэддок явно что-то заподозрил, когда стал задавать ей вопросы. Если бы она не подтвердила, что её зовут Исабелла Родригес, мне пришлось бы прибегнуть к плану Б и завалить Мэддока. Если бы на ней не было кофты, и он увидел её тату, то мне, опять же, пришлось бы завалить Мэддока. А потом в ход пошли бы планы со всеми буквами алфавита, ведь этот сукин сын — сын Папы. Вот такая забавная тавтология.

Люди Дона подкупили болтливую подружку Кассандры, узнав, что она, якобы, будет в автобусе на пути в Лос-Анджелес. Я же убеждал его в том, что у них недостоверная информация, и, по моим сведениям, она поедет туда со своим приятелем на машине. Так мы и оказались все вместе в том дрянном автобусе: Мэддок, чтобы доказать мою ложь, а я — чтобы в случае чего прикончить его. Встречаться с ней там я не планировал.

Что мы имеем в сухом остатке? То, как выглядит Кассандра по-настоящему, из клана известно только мне и Робертсу. Я подменил все снимки в деле на похожие, добавив пару отличительных признаков в виде формы бровей, носа, губ и родимого пятна на виске. До операции я опасался, что доступ к её досье был у кого-то ещё, но выпуск новостей, прогремевший как в Аризоне, так и в Калифорнии, Дона очень даже устроил. Его довольный смех в трубке был тому свидетельством, ведь именно такое показательное шоу он хотел организовать для своего конкурента.

А теперь имя Кассандры будет красоваться на одной из надгробных плит, и, когда она это поймёт, я буду ждать её. Уже предвкушаю гнев и те разряды молнии, которые она будет метать в меня своими ведьминскими глазами.

— Какие планы дальше, друг? — озабоченно спрашивает Бен по кличке Халк, которая приклеилась к нему благодаря мощной комплекции и устрашающему виду. Он — свой человек, и я ему более или менее доверяю. Более или менее, потому что моё стопроцентное доверие распространяется только на двоих людей, а со всеми остальными я всегда начеку.

— Встречу её в Сан-Диего. Видишь точку? — Киваю головой на сенсорный экран планшета, на котором отображается красное пятно, движущееся в пятидесяти километрах от нас. Мы слегка отстали, пока улаживали дела с псевдотрупом Кассандры.

Конечно, она всегда была умной девочкой и догадалась включить телефон. Надеюсь, она просмотрела купюру на свет и увидела там адрес, по которому ей нужно приехать. А если нет, то… Чёрт, ладно. Подумаю на месте. Вся эта чепуха с подсказками — не более чем подстраховка. Я не был уверен в тех придурках-мексиканцах, которым отстегнул приличную сумму и пообещал добавить сверху, если всё пройдёт как надо. Симку я тоже не стал вставлять заранее, так как встроенный чип ускорил бы разрядку телефона.

Но всего предугадать, к сожалению, невозможно. Мы сейчас — участники знаменитой игры «Сапёр», и в любой ячейке может быть спрятана мина. Проблема в том, что теперь в игре не только я, и нам придётся согласовывать свои шаги.

— Думаешь, Мэддок поверил? — У Халка есть свои причины беспокоиться о нашей афере, поэтому мы с ним в одной упряжке.

— У него нет выбора, — хмыкаю. — Главное, мне поверил Робертс.

В этом деле должно было быть минимум свидетелей и ещё меньше трупов, поэтому версия со сгоревшей тачкой в глухомани на границе двух штатов подходила идеально. За рулём был всё тот же «мой человек». Я должен был перехватить настоящую Кассандру по пути в ЭлЭй и дать ей на время убежище. В принципе, всё так и вышло, за исключением одной проблемы: с нами увязался недоверчивый ушлёпок Мэддок, поэтому пришлось импровизировать с фальшивыми документами и переместить место перехвата в Сан-Диего.