Чтение онлайн

В скопление Исхода можно было прыгнуть двумя путями. Один шёл через систему Утопии. Там находилась колония Иден Прайм, с которой всё началось. Другой – через систему Асгарда, где располагалась Терра Нова, первая колония землян по ту сторону ретранслятора Харон, который земные астрономы долго считали естественным спутником Плутона. По мнению штурмана, в данном случае было выгоднее прыгать через Асгард.

Ретранслятор Харон, побочным эффектом работы которого была удивлявшая людей орбита Плутона, представлявшая собой не вытянутый эллипс, как у остальных спутников Солнца, а практически идеальную окружность, открыл человечеству путь в Пространство Цитадели. Это произошло в 2149 году, когда экспедиция под руководством Джона Гриссома, дальнего потомка американского астронавта Вирджила Айвена Гриссома, сумела распознать скрытый в глыбе льда ретранслятор массы, о котором повествовали записи в протеанских руинах с Марса, активировать его и обнаружить, что он ведёт к Арктуру и трём другим ретранслятором. Джон Гриссом стал живой иконой Альянса Систем, что, наверное, было большой психологической травмой для этого от природы нелюдимого человека. По крайней мере, подав через двенадцать лет в отставку в чине контр-адмирала, Гриссом стал вести затворнический образ жизни, и даже его лучший ученик, Дэвид Андерсон, после этого встретился со своим бывшим учителем, наставником и командиром лишь один раз. Андерсон случайно обмолвился об этой встрече как-то раз, когда они с Шепардом сидели в кают-компании за чашкой кофе, но быстро замял эту тему.

Сейчас этот судьбоносный для человечества ретранслятор массы лежал в стороне от намеченного маршрута, но в преддверии пролёта через Асгард капитан не мог не вспомнить историю.

Вскоре Джокер оповестил о предстоящем входе в прыжок. Шепард прошёл в рубку пилота. Через две минуты корабль оказался в системе звезды Асгард.

– Алло! Алло! Кто-нибудь меня слышит?

Нельзя сказать, чтобы этот сигнал Джокер поймал лишь по чистой случайности. Все, кто был в этот момент в рубке пилота, заметили странность – один из небольших астероидов, ранее находившийся в точке Лагранжа [19] за орбитой газового гиганта Борра, второй планеты системы Асгарда, на тяге трёх циклопических реактивных двигателей нёсся к колонизованной Терра Нове. В принципе, такие вещи, хотя и редко, но случались – специальные реактивные двигатели колоссальных размеров устанавливались на небольшой планетоид, и затем его движение корректировалось с той или иной целью. Обычно небольшие небесные тела перегоняли на орбиту колонизованной планеты для уменьшения транспортных затрат на добычу ресурсов или для строительства перевалочной космической станции. Странным было другое – и расчёт на бортовом компьютере «Нормандии» это подтвердил – траектория астероида была такова, что при сохранении текущего режима работы двигателей он не должен выйти на орбиту Терра Новы. Похоже, астероид направляли на столкновение с планетой.

Обычно такие катаклизмы вызывают чудовищные стихийные бедствия на планете, послужившей целью столкновения. Уж во всяком случае, колонистам бы не поздоровилось. Шепард приказал уравнять скорости с планетоидом и постараться выйти на связь с операторами двигателей или с руководством колонии. Расчёт показал, что, если выключить двигатели в ближайшие несколько часов, астероид выйдет на новую орбиту, но если с этим промедлить, столкновение неминуемо.

И едва Джокер вышел в эфир на стандартной «аварийной» частоте Пространства Цитадели, как из динамиков раздался голос взволнованной молодой женщины.

– Алло? Вы меня слышите? Я поймала ваши позывные! – вскричала она, едва Джокер послал в ответ стандартное приглашение к радиообмену. – Прошу вас, отключите двигатели! Иначе мы все здесь погибнем. О Боже…, – прошептала неизвестная, не отходя от микрофона. – Надеюсь, они меня услышали.

Шепард поднял своих десантников по тревоге, и вскоре «Мако» коснулся колёсами поверхности астероида.

В чёрном усыпанном звёздами безвоздушном небе ярко горел голубой диск Терра Новы. Над ближайшими скалами на сотни метров вверх била реактивная струя ближайшего двигателя. Невдалеке стоял жилой бокс на одного человека с явными следами перестрелки. Чуть поодаль валялись куски развороченной взрывом станции космического наблюдения, а у самых дверей бокса лежал труп мужчины средних лет с пробитой выстрелом головой. Прежде, чем застрелить, его, по всей видимости, долго и зверски избивали.

Выйдя из машины, Джон вскрыл двери бокса. Похоже, внутрь нападавшие не заходили – обстановка осталась нетронутой. Даже рабочий терминал остался включённым. На экране было распахнуто окно журнала обслуживания станции наблюдения:

Вернувшись к трупу, Шепард осмотрел тело. Инструментрон на запястье жертвы не пострадал. Джон считал идентификационные данные устройства. Прибор был зарегистрирован на имя Гедеона Менделя. Похоже, инженер так и не успел дождаться сменщика.

В машине капитан поделился своими наблюдениями с отрядом.

– Террористы, – уверенно заключил Гаррус спустя секунду. – Из обстановки ничего не взято. Инструментрон недешёвый – насколько я заметил, последняя модель «Нексуса» от Армали – и тот не взяли. Очевидно, цель – вывести станции из строя. Установка на астероид двигателей коррекции орбиты – дело небыстрое. Следовательно, их ставили сами колонисты. Уж точно не для того, чтобы сбросить астероид себе же на голову. Значит, двигатели перепрограммированы. Всё один к одному – группа террористов уничтожает станции наблюдения, чтобы никто не успел сообщить о нападении, затем взламывает управление двигателями и сбрасывает астероид на колонию.

– Но это же чудовищное преступление! – недоверчиво покачал головой Кайден.

– Связываться с искусственным интеллектом, а может быть, и с гипотетическим врагом всей Галактики – преступление не меньшее, – ответил Джон. – А на это Сарен уже пошёл.

– И одну колонию он уже хотел взорвать ко всем чертям, – добавила Эшли.

– Поехали уже, – оборвал дискуссию Шепард. Гаррус передвинул ручку управления двигателем, «Мако» взревел и, выбрасывая комья земли из-под колёс, рванулся к ближайшему видимому за горами факелу.

До реактивного двигателя оставалось не больше полукилометра. Окружённая скалами долина, по которой двигался транспортёр, сделала поворот, и впереди показалась станция управления, окружённая бронированными колоннами ракетных турелей. Турели многократно перекрывали секторами обстрела все возможные пути подъезда к станции, а расстреливать их издалека было бессмысленно – броня была рассчитана на обстрел артиллерийской батареей, ускорителем «Мако» не стоило даже и пытаться её повредить, пока турель не выедет из бронеколонны, чтобы открыть огонь.

– Вижу вас на радаре, – внезапно прозвучал в шлемофонах тот же голос, который Шепард слышал ещё на «Нормандии». – Не знаю, кто вы и откуда, но вы идёте в правильном направ… О нет! Надо уходить…

Послышался какой-то шум, и голос смолк.

– Что делать будем, босс? – хрипло спросил Рекс.

– Орудие корабля не может расстрелять турели с орбиты? – задумчиво высказала своё предложение Тали.

– Увы, даже для «Нормандии» такая точность пока недоступна, – ответил за капитана Гаррус. – Легко поджарят нас вместе с врагом.

– У меня есть план, – кивнул Шепард. – Гаррус, от Вас потребуется всё, на что Вы способны за рулём. Тали, мне жаль, но придётся потерпеть.

После прямого попадания из ускорителя масс «Мако» с близкого расстояния, разлетелась в куски последняя турель. Гаррус Вакариан проявил чудеса вождения, под перекрёстным огнём бросая тяжёлую машину, как пушинку, в разные стороны, то заставляя её резко менять курс на чуть ли не противоположный, то подлетая на реактивных двигателях, то с разгона взлетая на окружающие скалы. Эшли Уильямс, сидя в кресле наводчика, в это время на ходу успевала прицеливаться с нужным упреждением и обстреливать выезжающие из бронеколонн при приближении «Мако» турели. Малейшая ошибка водителя – и весь отряд мог бы погинуть. Тем не менее, обошлось разряженными силовыми щитами машины и лёгким повреждением правого колеса центральной оси, которое Кайден Аленко залатал омнигелем за несколько секунд, когда транспортёр, наконец, остановился.