Чтение онлайн

Мы подъехали к финишу и снова Норман. Его слова отчеканили эхом в микрофоне. Взгляд перемещался с меня на Киллиана и закрытое волнение внутри заставило его голос дрогнуть. Все будет хорошо. Я уверена в этом.

— Вот он! — Я радостно крикнула Киллиану, когда увидела знакомую машину, проезжающую справа от нас. Встав наравне с нами, машина заревела. Я опустила окно и внимательно стала всматриваться в машину, но ничего не увидела кроме своего отражения в тонированный стеклах.

— Пристегните ремни и возьмите яйца в кулак! — Голос Нормана привел в чувства. Я залезла обратно в машину и закрыла окно. Справа, я увидела ту самую женщину, которая должна была соревноваться с нами. Гонка один на один. Киллиан крепко сжал руками руль.

— Пристегни ремень, — каменным голосом звучит приказ и я не желая с ним ругаться молча пристегнул ремень, сев на ноги и положив руки на салон машины стала ждать старта. И вот он.

Киллиан жмет на газ и меня откидывает назад на сиденье. Его глаза нервно всматриваться в дорогу, и затем он делает то, что было вовсе не запланировано. Он резко разворачивает машину на девяносто градусов и едет в гущу леса, куда за нами мчится женщина не машине. Гонщик остановил свою машину позади и будто смотрел нам вслед. Я обернувшись назад я закричала.

— Что ты делаешь!? — Моей злости не было предела. Об лобовые стекла бились сучья деревьев, позади виднелись блеклые огни машины.

— Это Берта Клаусер. Поверь, ты бы не хотела видеть ее в гневе, а так мы ее заинтересовали. — Дуглас разворачивает машину одним финтом и останавливает ее в сантиметрах двадцати от обрыва. Мое сердце бешено колотиться. Я понимаю его задумку. Фары нашей машины заглушают свой свет. Рычит один мотор. Он настроен решительно, как и Киллиан.

— Ты знаешь ее? — Стремительно прожигая взглядом парня, спрашиваю я. Его глаза темнеют еще больше при свете луны. Снег в этом районе намного меньше выпадал и покрывал лишь пятнадцать сантиметров из тех пятидесяти, что у нас было во Флоренсе. Мир тут переставал быть холодным. Хотелось пройтись босиком. Но от холода Киллиана становилось ужасно грустно.

— Она знакомая моего отца. Разошлись с большими разногласиями. — Отчеканил парень и я вздохнула. Значит он знает, что делает. Двери он заблокировал. Включил печь и мы ждали. Вот огни машины приблизились. Словно она хищных, приближалась к нам. Медленно ища нас глазами. Сдавал этого хищника только свет.

— Ты знал, что случилось, — меня вдруг осенило и я устало обернулась на него. — Ты все это время знал не только потому, что она знакомая твоего отца, — я тяжело вздохнула. Больно закололо в сердце. Закрыв глаза, я свела пальцы на переносице, облокотив руку на ручку двери.

— Ну так скажи, — твердо попросил Дуглас. Наверное, это звучало, как просьба, ему было отвратительно это говорить? Перед глазами возникает картина его и Ширы в лесу после аварии. Тело содрогалось от каждого воспоминания. Больной истомой отдавалось все в голове. Ком вставал у горла, но я твердо отвечала ему:

— Ты спал с ней, — на выдохе произнесла я и уставилась вперед, наконец увидев яркие лучи света. В эту самую минуту все происходило словно во сне.

Машина Берты разгоняется и ей оставался буквально метр, Киллиан включает фары на всю и резко дает по газам. Наши машины сцепляются, крутой поворот и вот — машина противника едет к стороне обрыва. Я молча смотрю на происходящее с немым желанием закричать и попросить остановиться. Но внутри я знала. Она могла убить Кэм или Скотта. Нет. Пусть так оно и будет. Ее глаза останавливаться на мне. С улыбкой она отпускает руль и шепчет: "Он не тот, кто тебе нужен". Ее машина срывается в обрыв. Секунда. Пол минуты. Яркий свет. Звук взрыва. Я молча открываю двери, предварительно зная, что Киллиан уже разблокировал их. Подойдя к самому краю обрыва, я увидела обломки и горящую машину. В глазах всплывают картинки моей аварии. В голове застряли слова: "Он не тот, кто тебе нужен". Снова и снова. Раз за разом. На протяжении минуты. Тысяча повторений одной фразы.

Я чувствую теплоту прикосновения. Сзади. Как меня крепко прижимают к себе и отталкивают от обрыва. От той высоты, которой я давно не боюсь. Киллиан сажает меня на капот машины и ставит руки по сторонам обоих бедер. Теперь я могу рассмотреть его лицо. Такие родные остро выраженные скулы, татуировка на шее, затылке. Я аккуратно тяну руки к ним и провожу по контурам пальцами. Слабо и долго. Я вывожу каждую линию. Его руки дрожат, тело напряженно. Я знаю что он хочет сделать. Знаю, чего хочу я и чего хотим мы оба. Но не можем. Мы не можем, потому что ему нужна не я, а мне нужен не он…

Его рука медленно открывает мою куртку, вторая пропускает ее до поясницы. Он отдергивает край свитера и его холодные губы касаются моего оголенного участка тела. Языком, он медленно проводит по ключицам. Я издаю томный стон и отдергиваю себя на мысли, что пожалею об этом. Нужно перестать поддаваться ему, но как можно…

Его губы медленно дошли до подбородка. А его леденящая холодная рука опустилась мне на голый участок талии, из-за чего вызвал у меня еще больше стона и казалось, еще немного и я взорвусь тысячами ярких звезд. Я видела горящий свет сзади спины Киллиана. И вот. Его глаза напротив моих. Холодные губы еле касаются моих. Он подвинул меня к себе настолько близко, что я ощущала его возбудимость. Я машинально откинула руки назад, поддаваясь телом ближе к лобовому стеклу. Киллиан тянулся за мной и еще секунду я уже ощущала его холодный поцелуй на моих губах. Он сильно обхватил меня за талию, давая понять, что больше никуда не отпустит. Он проник своим языком мне в рот вычерчивая странные рисунки. Он целовал меня словно в последний раз. Словно, ждал этого целую вечность. Как и я.

Нас обоих оторвал звонок мобильного телефона у меня в штанах. Киллиан еле оторвался от меня и глубоко дыша отодвинулся. Я минуту соображала, что произошло, но телефон яро названивать мне, сообщая о чем-то срочном.

— Да…? — Киллиан поправил мою куртку, слабо улыбаясь мне. Я сдвинула брови на переносице.

— ТЫ ЖИВА!? БЕГИТЕ ОТТУДА, СРОЧНО! — В голосе Розалины и Перси звучал страх, который был непонятный мне.

— Он перестанет звонит тебе? — Прорычал друг, и прежде чем он хотел отобрать у меня телефон, я остановила его указательным пальцем, прошептал: "Это Розалина, что-то серьезное случилось". Парень подошел вплотную. Снова. Тяжело дыша он провел губами по моей щеке. Я улыбнулась ему.

— Мы видели Ширу тут, и она не одна, искала Киллиана с тобой.

Моя улыбка пропала и на лице появилась гримаса отвращения и злости. Я должна найти ее. Киллиан смотрел на меня и не мог понять, что я хочу и что задумала.

— Где она? — Пытаясь уравновешенно спросить подругу, но получилось очень грубо.

— Охман, не вздумай… — Начал Перси, но я сбросила трубку.

— Сама найду эту суку и прикончу.

Приходиться оттолкнуть парня, чтобы сесть в кабину водителя. Завести мотор и сдать назад. Дуглас молча залез на пассажирское сиденье.

— Это все только обостряет ситуацию, — он машет головой в знак отрицания моего настроения против Тонкие.

Я только прибавляю газа, ломая ветки.

— Да что ты? — Разрываюсь от злости шипела я. — Расскажи это моей мертвой сестре, закопанной в десяти метрах в земле этого города, Киллиан. Она приехала ради тебя, не побоявшись меня, а зря.

Я усмехнулась самой себе, давая газу, я вырулила машину на трассу и помчалась как можно быстрее к финишу.

— Она думает, ты ничего не сделаешь, закрылась в себе, — его рука касается моего бедра, пробираясь все выше и выше к тому самому месту. Мои руки вздрогнули и я посмотрела на него. Взгляд сосредоточенный на моем лице, губы сложены в тонкую линию. Он полностью в черном, и ему так это идёт…

— Что ты делаешь? — Я отрицательно мотаю головой в разные стороны, мне нравилось, но я не собиралась говорить ему об этом.

— А на что похоже, — его монотонный голос сбил меня с толку и я резко остановила машину.

— Зачем…Зачем ты играешь со мной? — Я поворачиваюсь на него. Мне жарко. Мои щеки горят. То ли от того, что жарко, то ли от стыда к самой себе. Позволять с собой играть — унижение в первую очередь к самой себе, даже если ты себя и ненавидишь.

— То что происходит сейчас, абсолютная и до конца правда. — Киллиан серьезно смотрит на меня, все еще не убрав руку с бедра. — Ты думала, все это время, я играл с тобой?