Чтение онлайн

С тех пор, как я впервые увидел Машиного лопоухого льва, прошло несколько дней, а я практически не сдвинулся с места в своих попытках помочь ей. Постоянное напряжение сделало меня рассеянным. И вот сегодня, уже почти в конце рабочего дня, я устало брел к своему кабинету и вдруг почувствовал, что за мной наблюдают.

Она стояла спиной к окну, облокотившись о подоконник, и солнце — редкий гость в эти мрачные октябрьские дни — просвечивало сквозь взъерошенные золотистые волосы.

— Кирилл Петрович, здрасте!

Блин! Я совсем забыл о Вике. Но вот она, судя по загадочной полуулыбке, все помнила и снова чуяла развлечение.

— Здравствуй, Вика.

— А че это вы не интересуетесь моим самочувствием?

Я остановился, размышляя, стоит ли подходить к ней ближе. Но все же из вежливости приблизился.

— Прости, сейчас немного занят. Как дела?

Вика мечтательно закатила глаза и накрутила на палец тоненькую прядку, спадающую к плечу. Та-а-ак, началось…

— Да вот, хотела на консультацию к вам попасть. Если вам еще интересно говорить о личной жизни.

Заметив, что я на миг замешкался с ответом, Ольшанская отклонилась назад еще сильнее и ее облегающая водолазка поползла вверх, обнажая живот. Будто невзначай, медленно, чуть касаясь, она провела пальцем вдоль боковой мышцы пресса и замерла, наблюдая за моей реакцией. Какого черта?! Она думает, теперь надо мной можно безнаказанно глумиться?! Нет, дорогая, больше никаких красных ушей. Больше так не облажаюсь. Я скептически свел брови к переносице и усмехнулся. В тот момент я не чувствовал ничего из того, на что она рассчитывала, а только раздражение и досаду от воспоминания моего прошлого профессионального фиаско.

— Вика, поверь, это не очень хорошая идея… вести себя так.

— Как?

— Это не красиво.

— Что «не красиво»? Живот у меня некрасивый?

С этим было трудно согласиться. Особенно привлекала внимание эта маленькая блестящая сережка в пупке… От этой мысли тут же пришлось абстрагироваться.

— Ну, какому-нибудь пятикласснику точно понравится! Глянь, сколько их тут бегает…

— А вам?

— Знаешь, если бы я любил, чтобы люди ходили на занятия с голым животом, то и сам бы так одевался. Но, как ни странно, мне нравится, когда одежда соответствует заведению.

Глаза Ольшанской зажглись яростной злобой. Да, Вика, это один-один.

— А, чертова синтетика! — хмыкнула она, одернув водолазку. — Ну, так что насчет консультации?

Ее тон стал значительно менее игривым. Я взглянул на часы.

— У меня есть минут пятнадцать. Можем поговорить.

— Здесь?

— Где тебе удобней…

Боковым зрением она заметила выходящих из кабинета одноклассниц — Лилю Рыбакову и ее подругу, Яну Щепину. Вика приосанилась, будто собиралась толкать речь с броневика. Ага, выступление стало показательным! Я устало закатил глаза.

— Да можно и здесь. Это… Кирилл Петрович… — теперь она говорила намного громче, без мурлычущих низких ноток. — А у вас есть жена?

Я ухмыльнулся. Фу, как грубо… И она думает смутить меня этим?!

— По-моему, ты хотела поговорить о личной жизни…

— Правильно! О вашей! Вы же о моей меня расспрашивали! Ну, так да или нет?

— Вика, это, мягко говоря, тебя не касается, — я заметил, как девчонки около класса вытянули шеи в нашу сторону и внимательно ждали ответа. Что ж, они все равно узнают по своим каналам, какая разница… — Но если уж тебя так интересует, то нет.

Ольшанская улыбнулась уголком губ.

— Хорошо, можно еще один вопрос?

Я приготовился к круговой обороне.

— А сколько вам лет?

И все?!

— Много, Вика, много, — наши взгляды вдруг пересеклись, и я заметил, как она вздрогнула, с интересом ожидая продолжения. — Двадцать четыре зимы уж минуло…

Ольшанская фыркнула и засмеялась.

— Это ж разве много! У меня почти все друзья такие!

Девчонки сделали вид, что абсолютно не обращают на нас внимания, и ушли в сторону столовой. Вика сдунула со лба непослушную крученую прядь и, отправляясь за ними следом, на прощание смерила меня ироничным взглядом. Я выдохнул с облегчением. Наконец-то шоу закончилось.

Маша ждала меня возле кабинета. Наверное, ее удивляло такое неожиданное внимание, но вслух ничего не говорила. Мы, как и на нескольких предыдущих консультациях, уселись за стол и занялись тестами — конечно, она догадывалась, что я делаю это не просто так, но не пыталась упираться. В ней что-то поменялось, я почувствовал, однако она не стала сильнее доверять мне — на любые «неудобные» вопросы девочка отвечала уклончиво, мгновенно заслоняясь от меня волной длинных прямых волос.

Что-то подсказывало мне, что разговорить Машу поможет готика, хотя сама она не носила корсетов и не красила глаза угольно-черным. Я вручил ей мрачную картинку и, пока раскладывал по папкам документы для проверки, попросил повесить ее на стену.

— Нравится?

Девочка покачала головой.

— Я не люблю картинки. Ими всего не выскажешь.

— Думаю, просто нужно уметь их «читать». А что ты тогда любишь?

Маша задумалась.

— Стихи.

— Пишешь?

Она опустила глаза в пол.

— Пыталась как-то. Но сейчас уже нет.

Я внимательно наблюдал за выражением ее лица — мой вопрос взволновал ее, однако тут же это волнение было погребено под маской безразличия.

— Наверное, твой любимый предмет — литература?

Маша еле заметно улыбнулась.

— Не-а. История.

— Почему? — искренне удивился я.

Она бросила на меня быстрый испуганный взгляд, будто колебалась, стоит ли продолжать разговор. Пролетело всего несколько секунд, прежде чем Маша снова заговорила, но я не ожидал таких перемен в ней: будто что-то сломалось внутри и наконец открылось то, что она хранила глубоко внутри.

— Потому что мне не интересно, что будет. В конце концов, это «будет» всегда одинаковое — я стою у окна в коридоре и некому даже смску отправить…

Я почувствовал волну облегчения — она заговорила.

— У тебя совсем нет друзей, да?

Девочка взглянула на меня, как на мучителя, но кивнула. Она медленно опустилась на кресло, вжавшись в него, будто хотела стать меньше.

— Они как-то… пропадают все время… То-о-олько мы начинаем общаться… и тут они пропадают… — ее огромные серые глаза заблестели слезами, но она упрямо держалась изо всех сил, чтобы не расплакаться при мне. — У меня вот была подруга… я ее, правда, не видела никогда, только в инете… Потом она сказала, что из нашего города… Мы хотели встретиться — она же рассказала мне один секрет… но так и не пришла. Я сидела, ждала… а она не пришла. Никто не хочет со мной общаться, все только ржут…