Чтение онлайн

Вышла на улицу и сделала вид, что гуляю по территории, даже книжку с собой прихватила. Когда оказалась на заднем дворе, легла прям на траву и сделала вид, что читаю. Около двадцати минут я изображала отдыхающую девушку, но на самом деле я готовилась к побегу.

Прошлый раз, когда осматривала территорию, нашла подкоп под забором и если хорошо постараться, то я могу пролезть через него.

Дождавшись, когда охрана пойдет в очередной раз обходить территорию, я бросила книгу в кусты и полезла под забором. Пару минут дискомфорта, ободранных коленей и я за пределами своей тюрьмы.

Что было сил я ломанулась в сторону леса. Мне нужно было бежать без оглядки, как можно дальше от этого дома. Что я и делала. Бежала так, будто за мной гонятся.

Пробежав уже достаточно, я остановилась и посмотрела вокруг. Кроме деревьев не было ничего и я не знала куда бежать. Но готова была даже остаться в лесу, чем вернуться в дом к Марату.

Сколько прошло времени я не знала, так как с собой у меня не было вообще ничего. В лесу уже достаточно темно и это пугало до жути. Я заблудилась и даже не знаю, с какой стороны пришла.

Хотелось жутко пить и есть, но кроме сосновых иголок не было ничего. Когда уже стало темно, я просто села под дерево и стала дожидаться утра. Фонарика у меня не было, костер я тоже развести не могла, поэтому оставалось только надеяться на то, что никакой опасный зверь на меня не нападет и я не замерзну здесь.

Сама не заметила, как от усталости уснула, свернувшись калачиком на сырой земле. Разбудил меня адский холод и открыв глаза, я поняла что льет дождь и я уже достаточно промокла, в шортах и майке.

Следующим утром у меня уже не было такой энергии, как вчера. Я плелась как черепаха и надеялась, что скоро выйду хотя бы на трассу, где можно поймать машину.

Но и этот тот день ничем хорошим для меня не закончился. У меня заложило нос, хотелось пить, есть и согреться. Несмотря на то, что на улице июль, но в мокрой одежде и под дождем было дико холодно.

Шел третий день моего похода. Я уже плохо соображала и местами ползла. В голове иной раз проскальзывала мысль, что лучше бы я осталась у Марата, чем умереть одной в лесу.

Наступила ночь и вместо привычного холода, моё тело горело. Видимо я простудилась. Но вариантов было немного, поэтому завалившись на землю я просто отключилась.

Сквозь мутное сознание, я почувствовала что моё тело кто-то поднял с земли и куда-то понес. Глаза не открывались и сил сопротивляться не было. Поэтому я просто обмякла в теплых крепких руках и кажется потеряла сознание.

В сознание меня приводит вода. А точнее я чувствую её на своих губах. Нет сил открыть глаза и взглянуть на своего спасителя, поэтому я просто приоткрываю рот и ощущаю как жидкость приятно прокатывается по горлу. Но долго удовольствие не продлилось, потому что у меня просто забирают воду.

Аккуратно опускают мою голову на подушку и судя по ощущениям, начинают раздевать. Собрав всю свою силу вместе, я хватаюсь за чужие руки и останавливаю попытки снять одежду.

— Ева, нужно снять мокрую одежду и согреться. Перестань сопротивляться, я тебя не обижу. — по голосу поняла, что это Марат и даже немного обрадовалась, что это ни какой-нибудь маньяк.

Чую как его руки медленно стягивают с меня шорты, отчего кожа покрывается мурашками. Когда руки Марата оказываются под майкой, я снова хватаю их и отталкиваю. Качаю головой в разные стороны, потому что сил говорить совершенно нет.

— Я же сказал, что не обижу. Тебе нужно избавиться от мокрых вещей, иначе будет еще хуже. — и я сдаюсь.

Одной рукой мужчина приподнимает меня за талию, слегка прогибая, а второй рукой тянет вверх край майки. Когда я остаюсь в одном белье, мне становится даже теплее.

— Ева, я должен снять с тебя белье, оно мокрое насквозь. — он шумно сглатывает и я ощущаю его горячие пальца на своем бедре.

Чувствую, как палец Марата оттягивает резинку трусиков и слегка задевает клитор. Я дергаюсь, пытаясь остановить его, но меня крепко прижимают рукой к постели. Чувствую, как мокрая ткань скользит по бедрам и через секунду трусиков уже нет на мне.

Марат приподнимает меня и расстёгивает мой лифчик. Сразу становится легче дышать. Грудью ощущаю, что мужчина прижал меня к себе. Мои соски затвердели и кажутся очень чувствительными. Слышу тяжелое дыхание мужчины и понимаю, что возбуждена не меньше.

Марат ложиться на кровать и прижимает меня к своей груди, следом накрывает нас одеялом. Становится жарко, душно и тяжело находиться на такой расстоянии друг с другом.

Он гладит меня по спине, по рукам, по волосам, я слышу как он возбужден и его достоинство упирается мне в бедро.

Кажется я уже начала проваливаться в сон, как почувствовала пальцы Марата у себя между ног. Он обводит мои половые губы, размазывая влагу по клитору. Я выгибаюсь ему навстречу.

— Ты хочешь меня, Ева и это мне нравится. Но сейчас я не буду пользоваться тобой, подожду когда ты поправишься. — под этот шепот я засыпаю.

В себя меня приводят голоса за дверью. Я распахиваю глаза и понимаю, что мне всё не приснилось. Марат меня нашел и принес обратно домой. Медленно приподнимаю одеяло и осознаю, что он действительно меня раздевал и трогал. Щеки начинают пылать и становится ужасно стыдно.

А что если он воспользовался мной? Осторожно трогаю себя между ног и кажется, он действительно ничего не сделал. У меня ничего не болит и нет не приятных ощущений. Подружки говорили, что после первого раза там все болит и есть дискомфорт.

Собираюсь встать, как дверь в комнату открывается и входит Марат с какой-то женщиной.

— Пришла в себя? — говорит достаточно грубо мужчина. — Это доктор, она тебя осмотрит и пропишет лекарства. Ночью у тебя был сильный жар и есть вероятность, что ты могла подхватить пневмонию.

Я ничего не отвечаю и Марат молча выходит оставляя нас с женщиной-доктором наедине. Она прослушивает меня, смотрит горло, мерит температуру и молча выходит.

Я укутываюсь в одеяло посильнее и жду, когда придет Марат и устроит мне взбучку по полной. И действительно, через десять минут мужчина входит и садится на кровать, прожигая меня ненавистным взглядом.

— Тебе очень повезло, что ты отделалась обычной простудой и не заработала себе болезнь похуже.

— Спасибо. — шепчу еле слышно. — За то что спас, спасибо.