Чтение онлайн

— Поехали! — Я смотрел на него и не мог понять, чего он хочет. Кажется, сегодня ночью я пропил остатки мозгов…

— Куда?

— К Марине. Ты же не успокоишься, пока не выскажешь ей всё, что только что высказывал мне. Так что поднимай свою задницу и поехали.

Не дожидаясь пока до моего мозга дойдёт смысл его слов, Артур поднял меня на ноги и потащил на выход из бара, где мы сидели уже порядка пяти часов.

— Сколько сейчас времени? — затормозив перед машиной, спросил у друга.

— Половина третьего ночи.

— Поздно. Мариша уже спит…

Не слушая меня, Артур запихнул мою тушку на заднее сидение и, заведя мотор, сорвался с места.

Ах да, забыл сказать, Тур не пил… я один нажирался в сопли, а он выполнял роль жилетки. Отлично выполнял эту роль, нужно сказать…

— Стой! — кажется, я даже протрезвел от своего крика. — Нельзя к даме без цветов приходить. — ан нет, это только кажется…

Артур хихикнул и свернул к ближайшему круглосуточному цветочному магазину. Не говоря ни слова вышел, а минуты через две вернулся с большущим букетом пионов (любимые цветы Мариши)..

— Откуда ты?.. а, точно, ты же собирал на неё инфу.

До дома малышки мы доехали быстро. Снова не церемонясь друг вытащил меня из машины и, поправив костюм, всучил цветы и, поддав волшебного пендаля, отправил в сторону подъезда.

— Напиши, как ваши дела, завтра! — последнее, что он сказал, перед тем, как сесть в машину и укатить… благо не в закат.

Переминался я не долго, введя код от домофона, что при мне сегодня вводила Марина, поднялся на нужный этаж и, зажав кнопку звонка, стал ждать.

Глава 8

Марина

Стефан довёз меня до дома, а когда я собралась выходить, схватил за руку и задал вопрос, заставивший моё сердце биться чаще… Он спросил, если ли у него надежда на что-то большое. Да! Да! Да! — хотелось мне кричать в тот момент, но вместо этого предложила жить настоящим, а там будь, что будет.

Сейчас, стоя под струями воды, я думала, что со мной не так? Почему бы просто не сказать, что я готова и согласна на всё? Нет, надо повыкабениваться…

Вздохнув, выключила воду в душе и, обернувшись полотенцем, пошла в спальню. Спать хотелось ужасно, поэтому вырубилась я за секунды.

Вот только проснулась резко. Состояние было такое, будто я и не спала вовсе. Посмотрев на часы, стоящие на тумбочке, поняла, что да, не спала. Всего 3 часа ночи.

Квартиру разрезал дикий звук моего звонка, что заставило меня вскочить с кровати и, в чём была (в полотенце, к слову… его я так и не сняла после душа), побежать к двери. Горим, что-ли? Чего так трезвонить-то?

Открыла дверь и зависла. Передо мной стоял Стефан (пьяный, правда) собственной персоной. В руках у него был шикарный букет пионов (я эти цветы с детства люблю. Как сказала бы моя подруга: я полюбила их до того, как это стало мейнстримом).

— Маришка, это тебе! — заплетающимся языком проговорил босс и, всучив мне цветы, прошёл в квартиру. Здорово, а разрешение спросить не надо?..

— Стефан, что ты тут делаешь? Да ещё и в это время? — Сложив руки на груди, стала наблюдать, как тот разувается и, не обращая на мой строгий голос никакого внимания, идёт в сторону спальни. Класс.

— Не пыхти, милая, я тебе ничего не сделаю, хоть и очень хочется… — мужчина осмотрелся и, потянувшись к галстуку, стал раздеваться… мамочки, мне вчерашнего дня хватило… я же просто не выдержу. — Ты хоть представляешь, как больно мне сделала, сказав, что между нами будет только секс? — весь путь по снятию костюма с себя, Стефан сопровождал словами. А я… я решила послушать, что же привело его к такому состоянию? — Я же за тобой, как собачонка последний месяц хожу! Как увидел тебя на той твоей старой работе, так и пропал. — Что? Стала прокручивать в голове, когда он мог меня увидеть и… чёрт, это же с его фирмой мы работали последний месяц… — Это по началу я хотел тебя в качестве постельной грелки… - а вот это, между прочим, обидно! — но стоило понаблюдать за тобой подольше, как у меня крышу стало рвать. А потом я узнал, что ты замужем. Кажется, в тот момент я умер… хотя нет, вчера ты меня убила. Но не суть. — Оставшись с боксерах, Стефан посмотрел на меня, как-то горестно вздохнул и… стянул с себя бельё, представая передо мной абсолютно голым. Так, Марина, держи себя в руках. — Ты даже представить себе не можешь, Мариша, как я был рад, когда Тур мне сказал, что ты на развод подала. Потом ждал тебя у ТЦ, а ты сбежала, будто я маньяк какой-то… но, знаешь, что самое поганое? Что ты вообще на меня внимания не обращала. Вообще. — Ну, что я на это могу сказать? Что я никогда не могла подумать, что такой мужчина, как он, обратит на меня внимание? А ведь правда!

— Знаешь, что, мой дорогой? Откуда я знала, что тебе понравилась? Мы ведь даже не общались никогда? Ты ни словом, ни делом не давал понять, что я тебя заинтересовала. А я, за годы жизни в браке, даже представить не могла, что на «ту» меня может кто-то посмотреть!

Стефан осмотрел меня с ног до головы и, покачав головой, выдал:

— Не перечь мне, женщина! ТЫ не замечала меня! — снова здорова. — Но сейчас мне плевать. Ты — моя! Никому и никогда не отдам! Захочешь уйти — привяжу к кровати и не отпущу! — Вот он вроде и злиться, и угрожает, а меня его слова заводят… Переминаюсь с ноги на ногу, что не остаётся незамеченным, но меня быстро опускают на землю. — О, теперь ты меня хочешь!? Нетушки, малышка. Ты наказана! Месяц будешь без секса! — Я даже хихикнула:

— А сам то выдержишь? — смотрю на него и прикусываю губу, наблюдая за реакцией. А она была — член встал по стойке смирно и приветливо качнулся мне навстречу. Быстрая у него реакция, однако…

— Смогу! Я и так месяц без него. Тем более вчера ты отлично поработала своим сладким ротиком, потерплю ещё месяц.

Нет, это форменное издевательство. Вот как он так спокойно может об этом говорить? Потерпит? Посмотрим.

— Как скажешь, милый. Давай спать, ты пьян (хотя я всё больше и больше в этом сомневаюсь, уж слишком трезвые фразы он произносит), завтра поговорим. — С этими словами я скинула с себя полотенце и, оставшись в чём мать родила, отправилась к кровати.

Стефан наблюдал за всем этим с диким огнём в глазах, что не могло не радовать.

Устроившись в постели, постучала по месту рядом. Ждать его долго не пришлось — вздохнув, мужчина забрался ко мне под одеяло и, притянув спиной к себе, крепко обнял и уже через минуту спал.

Как же хорошо в его объятиях…

Уплывая в сон, подумала, что все мои заскоки на тему «не готова к отношениям и тд» яйца выеденного не стоят. Он — мой. Всё у нас будет хорошо.

Стефан

Проснулся часов в шесть ура. Я лежал на спине, а Мариша чуть ли на мне лежала, обнимая и прижимаясь так тесно, будто от этого зависит её жизнь. Не стал двигаться, чтобы не разбудить свою кошку. Лежал, смотрел в потолок и вспоминал ночь.

Был ли я так пьян, как пытался показать? Нет, конечно. Да, выпил я предостаточно, но пока мы ехали с Туром к Марине я частично протрезвел, поэтому прекрасно помню всё, что высказал девушке. И, знаете, ни капли об этом не жалею.

Помню, как загорелись её глаза, когда я сказал, что она моя. Вот только не знаю, показалось мне или нет, что её глаза зажглись ещё ярче, когда я сказал, что привяжу её к кровати… Что ж, у нас много времени впереди. Ещё успеем попробовать.

А вот с наказанием я погорячился. Да, я без секса уже месяц (пробовал, если честно, со старой знакомой «пошалить», но как-то противно стало, что я ушёл, извинившись), но ещё один я не выдержу. А ещё и эта стервочка будет специально дразнить. Ишь что вчера устроила — решила взять на слабо. Скинула своё полотенце и вся такая аппетитненькая, мягонькая и сексуальная пошла к постели… стерва. Еле удержался, что бы не схватить, кинуть на кровать и оттрахать, как в последний раз. Ну ничего, детка, сегодня ты от меня никуда не денешься.

Как будто почувствовала изменения в моём настроении, девушка перевернулась на спинку. Отлично, пожалуй, начнём с пробуждения.

Устроившись в ногах своей крошки, раздвинул их аккуратно и, увидев нежно-розовые губки, не удержался и сразу присосался к ним. Застонал от удовольствия и, раздвинув пальцами лепестки, стал ласкать клитор. Девушка дёрнулась и застонала, а я, опьянев её вкусом, провёл языком от маленькой горошинки до входа. Подключив пальцы, разрабатывал свою малышку, а она текла. Господи, как же она текла. Толкаясь бёдрами мне навстречу, Марина извивалась и стонала, что заводило меня ещё больше.