Его любимая зараза
Шрифт:
— Тогда, что же ты конкретно хочешь?
— Завеса, — уверенно выдохнула я, в тот момент особенно четко это понимая. — Я хочу бросить все свои силы на борьбу с ней.
— Чего?! — за секунду капитально офигел всегда спокойный лорд-директор Сааразас.
И я еще пару минут имела честь наблюдать, как сиятельный метаморф кашляет и плюется остатками кофейной гущи. Нет, я не жестокая, и я бы с удовольствием ему по спинке похлопала. Но в последний момент решила папеньку раньше времени не добивать.
— Лесинья, ты в своем уме? Да тебе теперь на пушечный выстрел нельзя приближаться к Завесе! — здраво возмутился Саас, кивая на мой браслет, спрятанный под длинным рукавом. — Ни под каким предлогом. Даже самым благовидным!
— Пушечным? — тут же заинтересовалась я. — А в каком королевстве есть дальнобойные пушки? Их много?
— Леся! Не вздумай!
— Ладно, ладно, — фыркнула, но мысленную заметку себе оставила — потрындеть с Аарахарном на эту тему. Вот уж кого легче всего подбить на легкий саботаж и массовые разрушения, так это его! — Но идея неплоха, согласись?
— Да, — на мгновение задумался мужчина. И тут же спохватился. — Те есть нет! То есть, подобное еще никто не пробовал! Итог может быть непредсказуем…
— Да ладно тебе. Разочек-то шмальнуть можно было!
— Лесь, чего ты добиваешься? — устало вздохнул метаморф. — Я понимаю, у тебя теперь с Майлин личные счеты. Но она опытнее тебя и сильнее. Ты собираешься совладать с тем, что даже Князю не удалось?
— Не-не-не, — торопливо замотала я головой. — Юношеским максимализмом не страдаю! Я не собираюсь вершить в одиночку добро и справедливость, и уж точно не собираюсь героически помереть на благо родины. Да и спасительница мира из меня так себе. Но подумай вот о чем. С Аттанхэшем, в Забытом Лесу, нам неплохо удавалось справляться с этой гадостью, новые проявления мы купировали на раз. Кое-где даже старые немного подвинули. Саас, ну это же логично! Если таких как я, кто умеет видеть плетения Завесы, единицы, к чему просир…
— К-хм, — многозначительно кашлянул приемный отец.
— Соррян, — тут же поправилась я, мельком взглянув на тяжелые бронзовые часы на широкой каминной полке. — В общем, проще говоря, чему добру пропадать? Есть я, любитель магических головоломок. Есть ты, или, допустим, Гил, в вас магии хоть залейся. Да хоть сам Дариан! Силы есть, мозгов хватает, что мешает устроить диверсии? С каждым новым клочком освобожденных земель сила Майлин будет слабеть, Завеса станет чахнуть. А значит, ей добраться до меня станет сложнее, а нам уничтожить ее — проще. Я не права?
— Ну, здравое зерно в твоих размышлениях есть, — вынужден был признать мужчина, медленно барабаня сильными пальцами по подлокотнику. — Но это слишком рискованно.
— Слишком рискованно — это сидеть и ждать, пока бывшая баба Темного Князя придет, чтобы распнуть меня на жертвенном алтаре во имя себя любимой, — усмехнулась я, поднимаясь на ноги. — Тем более, ты прекрасно понимаешь, ее сообщники есть везде, и в академии в том числе. Они даже в Забытом лесу умудрились меня достать, нагло подделав старшего темноэльфийского принца прямо под носом Алантаны. И раз уж сам Владыка помехой не стал, вряд ли стены академии или твоего особняка чем-то помогут. Хоть под брюхо кракена меня спрячь — и там отыщут. Так не проще ли постоянно менять места, чтобы хоть как-то сбить Майлин с толку?
— Что ж, ты права, — подавив тяжелый вздох, согласился, наконец, мудрый Сааразас. — Я поговорю с Дарианом. Но ничего не могу обещать, сама понимаешь.
— Чую, это будет веселый разговор, — гнусно захихикала я, направляясь в сторону входной двери. Правда, остановилась на половине дороги. — Я на учебу, если что. Кстати, как мне теперь попадать туда, а потом обратно?
— Держи, — в воздухе сверкнуло что-то небольшое, и я ловко поймала довольно-таки крупный, тяжелый перстень из черненого серебра. Естественно, примерила тут же, и сильно удивилась. Он сел как влитой: чешуйчатое тело ловко обвило палец, а в зубастой, раскрытой пасти блеснул множеством тонких граней полупрозрачный черный камушек.
— Агат? — заинтересованно пригляделась к украшению, совсем не женственному на вид. Но от него шло какое-то странное тепло, и я вдруг почувствовала себя… защищенной, что ли?
— Алмаз, — небрежно заметил мужчина, тоже поднимаясь. — Точнее, бриллиант. Уж его ты точно не расколошматишь.
— Ну, знаешь ли! — обалдела я от наглых инсинуаций в свой адрес, моментально забыв о размышлениях на тему, сколько стоит сие фамильное, наверняка, колечко.
— Беги за сумкой, — шипяще рассмеялся мой юморной во все стороны предок. — Помогу тебе с перемещением на первый раз. Дальше уже сама, я не смогу тебя сопровождать постоянно.
— Так точно, мой генерал! — козырнула я, разворачиваясь на пятках, устремляясь в сторону большого холла. И вслед мне долетело насмешливо-назидательное:
— Сапоги не забудь, Лесинья!
И вот тут-то я резко вспомнила, что забыла надеть поутру.
Упс, как говорится. Неувязочка!
Зато теперь я целиком и полностью понимаю, и одобряю привычку Дариана шляться босыми пятками по всем возможным поверхностям. Я ж натурально за эти пару месяцев успела отвыкнуть от неудобной обуви!
Пришлось в ускоренном темпе искать свою спаленку, и натягивать новую пару обуви, благо теперь, судя по гигантскому шкафу и его содержимому, одежкой я обеспечена на все случаи жизни лет так на десять вперед. Сумка же оказалась вовсе не сумкой, а неким старомодным кожаным рюкзачком, который я давно просила у Ролли, и который, наконец, она смогла доделать.
Что сказать? С каждой новой минутой я все больше и больше радовалась своему новому положению. И забудем на момент, что я там раньше болтала о ненужности богатств и тому подобного. Я ж все-таки девочка! Да и пара сотен лет постоянных лишений давали о себе знать — хотелось, все-таки, пожить в нормальных условиях.
Когда со сборами было покончено, и я пулей вылетела в коридор, Сааразас уже поджидал меня там, прямо за дверью. Инструкции от него были кратки и понятны: стоило всего лишь провернуть перстень на пальце, и срабатывало что-то типа родового портала. Но если по особняку я могла таким способом «прыгать» сколько влезет, во все необходимые места, о которых достаточно просто подумать. То точка выхода в академии только одна, в главном холле административной башни. И больше никаких вариантов!
Ну, и стоит ли говорить, что второе мое возвращение в стены родной альма-матер прошло не менее эпично, чем первое?
Тогда я вилась пред светлые очи всех голодных студиозов, сегодня — когда они всей веселой гурьбой топали из общежитий на занятия.
Да еще и Саас, зараза такая, мельком оглядев обстановку, повернулся ко мне, уверенно расправив свои немаленькие плечи, обхватил мои своими ручищами, наклонился и по-отечески чмокнул меня в лобешник с коротким:
— Удачи.
И ушел, по делам своим метаморфным!
А на меня уставились сотни охреневших взглядов…
Ну, спасибо тебе, папочка. Удружил, так удружил!