Его М.Альвина
Шрифт:
И докрутилась до того, что «внезапно» выходит замуж за сына владельца того самого гостиничного комплекса, где и отмечается свадьба.
И я нисколько не удивлена, когда мы оказываемся на огромной ухоженной территории отеля. Там уже полно изысканно наряженного народа, снуют официанты в белых фраках, разносят на подносах шампанское, накрыт фуршетный стол и все это происходит под мелодичные переливы скрипки и других струнных инструментов. Все безумно красиво и невероятно пафосно. На какие-то мгновения я даже теряюсь среди такого количества незнакомых лиц. А здесь вообще есть хоть какие-то наши друзья или немногочисленные родственники?
– Миленько, – усмехается Даня, осматриваясь по сторонам, и его глаза загораются, когда замечают фуршетный стол. – О, еда!
Он тут же тянет меня к вкусностям на тарелочках, но оклик за нашими спинами останавливает нас на полпути.
– Альвина! Ну, наконец-то. Ты практически опоздала! Я же просила. Мариночка ждала тебя раньше.
Мама.
Оборачиваюсь, ощущая легкое волнение. Я, конечно, предупредила, что приеду не одна, но все же… Мама, как всегда, утончена и выглажена. Персиковый брючный костюм подчеркивает отлично сохранившуюся к сорока пяти годам стройную фигуру, а из темноволосой укладки каре не выбивается ни один лишний волосок.
А еще мама пахнет ярким цветочным парфюмом, от которого тут же свербит в носу. Получаю едкий укол совести, что за почти трехмесячное отсутствие в родительском доме, этот запах не дарит мне ощущение того, что я скучала.
Но знакомство Данила и моей матери проходит очень сжато и без напряга. Она так увлечена сегодняшним событием, что больше уделяет внимание вечно звонящему телефону в руках. Лишь молчит несколько секунд, когда жмет мужскую ладонь в ответ на басистое «Даниил». Молчит и сканирует глазами Даню еще хлеще, чем меня. Я-то знаю этот взгляд. Тут либо пан, либо пропал. Но ее аккуратно подведенных губ касается одобрительная улыбка. Аллилуйя. Мы оба прошли фейсконтроль.
– Очень приятно. Лариса Николаевна. Моя дочь как-то не особо просвещала меня в ваше знакомство, поэтому я бы с удовольствием пообщалась с вами, молодой человек, поближе. Но через несколько минут начнется свадебная церемония, поэтому пока убегаю…
– Времени много, – Даня дружелюбно улыбается. – Думаю, еще успеем.
– Конечно, – весьма приторно отвечает мама.
Но она за секунду испаряется перед нами с возмущенным возгласом:
– Нет! Нет! Эти розы не сюда!
А дальше все идет по стандартному сценарию свадьбы, словно сошедшей с экранов американских мелодрам. Гости и родственники рассажены по обе стороны от белоснежной дорожки, ведущей к огромной арке, украшенной живыми цветами. Моя сестра, идущая к импровизированному алтарю в шикарном платье принцессы, вечные клятвы в любви, громогласное объявление ведущим про мужа и жену, и прослезившиеся гости.
Даже я, равнодушная с детства к играм в куклы Барби, восхищенно рассматриваю сестру. И нет смысла отрицать, что Марина действительно сногсшибательна в образе невесты. Но получаю такое же одобрительное подмигивание, когда после церемонии бракосочетания лезу к ней с объятиями через толпу гостей, чтобы поздравить молодоженов.
– Молодец, систр. И себе урвала богатенький кусочек. Потом поговорим, – загадочно шепчет мне на ухо Марина, предварительно бегло оглядев Данила с ног до головы.
Не совсем понимаю этот странный намек, но и не успеваю раскатать эту мысль в своей голове, как вся свадебная атмосфера захватывает меня и Даню.
Огромный банкетный зал, музыка, танцы, зажигающий ведущий, столы, ломящиеся от невероятно вкусной еды и умопомрачительного алкоголя. Я сама не замечаю, как проходит время в этом со вкусом и душой организованном балагане. Да и Данилу здесь явно не скучно. Он на удивление легко и быстро вливается в зажигательную тусовку от ведущего. Конкурсы, пляски… Даня не пропускает ни одного, чем сначала вызывает у меня испанский стыд, а потом я втягиваюсь в это сама, потому что невозможно устоять от его пылающих весельем глаз, открытого смеха и широкой, безумно обаятельной улыбки.
– Все, я не могу! – после очередного нелепого конкурса пытаюсь докричаться на ухо Данилу через гогот ведущего. – Я за столик.
– Эй, стой! Я тебе сейчас пососать выиграю, – с неподдельным возмущением Даня притягивает меня к себе, обхватив за талию.
И ему тут же прилетает тумак в плечо, хоть я и знаю, что речь идет о призе в размере годового запаса чупа-чупсов. Но это не останавливает Данила сверкнуть глазами и впиться в мои губы горячим поцелуем. Мое лицо вспыхивает, потому что он проделывает это прямо посреди веселящихся гостей.
Я отлипаю от Дани пока его руки, по-хозяйски сжимающие мне талию, и его язык в моем рту не позволили себе чего-нибудь лишнего. А Данил лишь веселится, как ребенок. Меня спасает ор ведущего, начавшего обратный отсчет чего-то там…
Данил отвлекается, а я успеваю прошмыгнуть к нашему пустующему столику. Примостившись на стул, тянусь за бокалом прохладного шампанского и блаженно вытягиваю ноги, зажатые тисками туфлей на черных шпильках. А взгляд все равно возвращается в центр банкетного зала, где под общий гомон гостей Даня самозабвенно кидает дротики в мишень. И походу выигрывает…
– Не помешаю?
Вздрагиваю от неожиданности, когда рядом со мной приземляется белоснежное облако. На соседний стул счастливая, красивая, с небольшим пьяненьким румянцем и с бокалом искрящегося шампанского в руках, усаживается моя сестра.
– Нет, конечно, – искренне улыбаюсь и подношу свой фужер к её, а наше хрустальное «дзынь» тонет в музыке. – Поздравляю!
Сделав глоток шампанского, Марина вдруг озирается по сторонам и придвигается ко мне максимально близко.
– За поздравления еще раз спасибо, но…– Заговорщически косится сначала в сторону Данила, который все еще виртуозно закидывает мишень, а потом и на меня. Чем вызывает прилив моего недоумения, – теперь рассказывай, как ты оказалась в постели у сына самого Олега Вершинина.
Глава 30
В мою голову врывается ступор, и с застывшим бокалом у своих губ, я смотрю на родную сестру словно вижу ее впервые. «…в постели у сына самого Олега Вершинина…» – это она о Даниле? Или я невероятно туплю?
– В смысле? – хриплю и отставляю на стол недопитое шампанское.
– Там же Вершинин? – Марина указывает взглядом в толпу веселящихся посреди банкетного зала. А после моего кивка сестра удивленно вскидывает четко прорисованные брови. – И ты не в курсе кто его отец?
Никак не реагирую на вопрос, потому что меня заботит больше не то, кто отец Данила, а какого черта Марина об этом вообще осведомлена.
– Допустим, я не интересовалась, – сухо отвечаю ей.
И она, видимо, не особо верит в мои слова, потому что весьма ехидно хмыкает, поправляя шпильку в тяжелых темных локонах.
– А, то есть ты знаешь кто хозяин бизнес-центра «Вершина»?
Сглатываю давящее чувство в горле, потому что прекрасно знаю о чем идет речь. Самый высокий и жутко скандальный небоскреб в двадцать пять этажей, огромной стеклянной горой возвышающийся прямо в центре города. И ведь все-таки по какой-то тупой иронии я каждый божий день шагаю мимо него по два раза в день минимум: в консерваторию и обратно. В свое время история со строительством этого бизнес-центра облетела почти все федеральные каналы.