Чтение онлайн

– Я думал, что ты работаешь дома, – сказал низкий голос в дверном проеме.

Отэм обернулась, и у нее отвисла челюсть, когда она увидела Ксандера, стоящего в дверях.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она, резко вставая, забыв про все бумаги, которые разложила вокруг, и ноутбук, лежавший на ее коленях. Документы сползли с подушки, но Отэм не могла их удержать, поскольку всеми силами пыталась не дать свалиться на каменную дорожку дорогому ноутбуку.

Прежде чем она поняла, что случилось, Ксандер оказался рядом и успел перехватить все бумаги и компьютер. Отэм посмотрела вверх, ему в глаза и поняла, что Ксандер был гораздо ближе, чем она думала.

На долгий, напряженный момент их взгляды встретились, а потом Отэм перевела свой взор на его рот и тут же вспомнила, что случилось сегодня после совещания. Словно очнувшись, она отстранилась и сделала глубокий вдох.

– Что ты здесь делаешь? – снова спросила она.

Ксандер улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, от которой в её животе всегда порхали бабочки.

– Я знал, что тебе понадобится помощь, чтобы поймать все эти документы, – объяснил он, – примчался так быстро, как только мог.

Как же я люблю эту улыбку, подумала она. Поначалу Отэм думала, что Ксандер одаривал такой улыбкой только ее. Он дразнил ее в холле, и когда они случайно сталкивались друг с другом в коридорах. Но после того, как Отэм увидела, что Ксандер также мило улыбается женщине, которая зашла за ним в офис, то поняла, что улыбка предназначена всем.

Девушка снова села на стул, желая прекратить этот неловкий момент:

– А если серьезно? – она поспешила сложить все бумаги обратно в сумку, было ясно, что о работе теперь и речи быть не может.

– А если серьезно ...Потому что Мэри сказала, что ты ушла домой пораньше, и я хотел проверить, убедиться, что ты в порядке.

– Я в порядке, – сказала она и подняла бокал с вином, чтобы сделать глоток.

К сожалению, белое вино стало теплым. Скривив лицо в отвращении, она почти выплюнула его обратно.

– Слишком теплое? – спросил Ксандер, смеясь над ее странным выражением лица, и сел в кресло напротив нее.

– Да. Это отвратительно, – ответила она и улыбнулась, представив свое лицо.

– Я тебе еще принесу, – сказал он и встал, – Нет, не волнуйся, – пошутил он снова, – Я сам найду твою кухню.

На этот раз она не могла сдержать смех, потому что он подтрунивал над небольшими размерами ее дома. Но Отэм это мало волновало. Площадь дома была идеальной... для нее. И, конечно же, для нее был идеальный размер платы за это жилище. Ежемесячные платежи позволяли ей откладывать деньги, что было не последним бонусом при покупке этого дома.

Ксандер вернулся с двумя бокалами охлажденного белого вина, и снова сел напротив нее.

– Теперь можешь объяснить, почему ты уехала так рано, ведь ты никогда не уходила с работы раньше.

Его глаза вдруг сузились, как будто что-то странное творилось вокруг.

– А, в самом деле, когда ты последний раз брала отпуск? – мягко спросил он.

Она улыбнулась и покачала головой.

– И это спрашивает человек, который сам работает без отпуска. Это не справедливо, ты не можешь осуждать меня, когда делаешь то же самое.

– Туше! – согласился он, – Объясни.

Он откинулся в удобном кресле и наблюдал за ней. Отэм не ответила на его вопрос, но они все-таки затеяли оживленную дискуссию по другому вопросу, он и сам не помнил, как переходил от одной темы, к другой. Он был спокоен и собран, ему просто нравилось быть здесь с ней.

В прошлом они общались на разные темы, всегда находили время для разговоров. И все было прекрасно, пока тот придурок не пригласил Отэм после благотворительного ужина на свидание. Ксандер пришел в бешенство, увидев ее с другим. Он был так взбешен, что, придя в тренажерный зал, бил своего спарринг-партнера, словно боксерскую грушу. После инцидента Ксандеру не разрешали вернуться в тренажерный зал больше недели.

Сейчас Отэм снова была так близко. После полудня солнце постепенно перемещалось за деревья, играя с ее волосами. Ксандеру понравился такой вид – уют и тепло домашнего очага идеально совмещались с этой невероятной девушкой. В последнее время у Ксандера выдались тяжелые деньки. Он постоянно вспоминал тот день, когда испуганная Отэм стояла в магазине, и как потом она оказалась в его квартире. У Ксандера были проблемы со сном, он долго не мог заснуть, а все из-за того, что постоянно чувствовал ее присутствие в своей постели, засыпал вспоминая, как она кончала в его руках, а проснувшись обнаруживал, что ее нет рядом.

Он хотел ее вернуть, в свою постель и в свои объятия. И мужчина желал выяснить, как удержать эту тонкую нить. Ведь их сегодняшний поцелуй только доказывал, что все попытки Отэм казаться равнодушной были только маской, за которой она пряталась.

Ксандру очень понравилась атмосфера и комфорт на заднем дворе, маленькие огоньки подсветки переплетались в ветвях дерева, все время автоматически переключаясь, пока они говорили. Он наблюдал за ее прекрасными чертами лица и думал, что может потратить всю свою жизнь, чтобы просто сидеть во дворе, наблюдать, слушать ее рассказы о надеждах и мечтах, спорить с ней о политике, или просто спорить по пустякам, доказывая свое мнение.

Ему нравилось это в ней. Люди обычно с ним не спорили. Клиенты приходили к нему в ярости или в шоке от того, что супруг решился на развод и раздел имущества. Как адвокат, Ксандер решал, как поступить, что им говорить, и все следовали его инструкциям, даже не сомневаясь в его компетенции.

Отэм могла спорить, что небо синего цвета просто потому, что это была Отэм. И этим все было сказано. Ночь медленно опускалась на город, девушка смеялась, только огоньки гирлянды, отражавшиеся в ее карих глазах, освещали этот вечер. Ксандер повертелся в кресле, чтобы лучше контролировать свое тело, потому что он начинал твердеть всякий раз, когда смотрел на нее.

Почему она сбежала в тот раз, когда они были вместе? Что он сделал плохого? Имея опыт общения с женщинами, Ксандер понимал, что он был хорошим любовником, и он с абсолютной уверенностью мог заявить, что Отэм наслаждалась их совместной ночью. Но в то утро, после ее бегства, между ними пролегла новая пропасть. Со стороны это было похоже на панику или стыд, который она пыталась скрыть, после того, как поддалась искушению. Такое положение вещей Ксандера раздражало, потому что он не жалел ни секунды. За исключением, может быть лишь одного, что это не продлилось дольше, ну, как минимум лет пятьдесят, - подумал он с раздражением.

Отэм покачала головой, не соглашаясь с его точкой зрения по политическому вопросу, который они только что обсуждали, и сказала ему прямо в лицо, что он не прав. Ксандер рассмеялся, но не стал оспаривать ее утверждение, наслаждаясь тем, что ей это доставляло удовольствие. Она не разговаривала с ним так лет … очень давно. С тех пор, как она работала помощником администратора и не знала чего хочет от своей жизни. Тогда все было настоящим, впрочем, как и ее смех сейчас по поводу политического спора. Но она стала другой. Ксандер видел какую-то боль в ее глазах, и это заставляло сжиматься в тугой узел его внутренности. Когда Ксандер видел, что несмотря ни на что, гневные слова переходят в его сторону, все, что он хотел, это притянуть ее в объятия и заставить сказать ему, что или кто причинил ей боль. Он хотел защищать ее, сделать ее жизнь счастливой и стереть всю злость и разочарование.