Его непокорная омега
Шрифт:
— Тавия!
Шарлет обогнула стену из валунов и резко остановилась.
— О, хорошо, ты в безопасности.
— Какого черта, — пробормотал Дэггер себе под нос и пошел прочь.
Я покачала головой, и подняла руки.
— Тебя так долго не было. И было слишком тихо. Извини. Если бы это было в Бесплодных землях, ты бы не возражала, что я пришла за тобой.
— Это я знаю. Ты поступила правильно. Но…
Я положила руку ей на плечо, пораженная тому, как расстроилась, и чувствую противоречие, что, если бы я могла поделиться с ней секретом Дэггера, она бы все поняла.
— Правила быстро меняются.
У нее отвисла челюсть.
— Чем он угрожал тебе здесь?
— Да ничем.
Мое сердце пропустило несколько ударов в груди.
— Пойдем, нам пора работать. Есть омеги, которых нужно спасать.
Она искоса посмотрела на меня, зная, что не поняла всей истории.
— Причина, по которой я здесь, чтобы убедиться, что твоя жизнь вне опасности. Некоторые из этих омег… самое доброе, что мы могли бы сделать, это отпустить их, и избавить от страданий. Им изменили мозг. Они уже не те, что раньше. Они — машины управляемые людьми.
От ее слов у меня по спине побежали мурашки.
— Я сражаюсь за Бесплодные земли. Это ничего не изменит. Я…
Я взглянула на Дэггера, который бросился к Касиану. Снова в полном режиме воина. Интересно, как бы он выглядел в облике волка? Наверное, невероятно великолепный, с этими черными глазами и бесконечными мускулами. Он снова пристально посмотрел на меня. Я встретила его взгляд без вызова, но солидарно, прежде чем снова повернуться к ошеломленной Шарлет.
— Мы должны работать с ним…
— Это он втянул нас в эту историю.
— И все же был ли это он? Он выполнял приказ короля, Шар. Если бы он нарушил закон, то был бы наказан. И мы бы пострадали еще больше.
— С чего бы ему нарушать приказы короля?
Она подозрительно посмотрела на Дэггера.
Черт, я сказала слишком много. Как бы мне хотелось просто рассказать ей все. Ничто и никогда не сделает трещин в нашей броне. Мы слишком много для этого пережили. Но если бы она знала, что у него есть пара омега, она бы больше доверяла ему.
— Ты совершенно права. Мы, вероятно, слишком опоздали спасать омег, которые уже были захвачены. Даже если они не были превращены в полноценных мутантов, люди заразили их разум.
Я надеялась, что это не так. Что мы можем спасти некоторых из них. Джейкоби, моего друга, которого схватили всего несколько дней назад. Я знала, что буду делать в этой поездке то, из-за чего не смогу уснуть по ночам в течение многих лет. А также из-за образа его милого лица, измученного людьми. Я знала, с чем именно я смогла бы жить.
— Мы спасем всех, кого сможем, и позаботимся о том, чтобы люди никогда больше не рассматривали Бесплодные земли, как свои, для своих собственных персональных научных экспериментов.
— Это всегда было моей миссией. Ты не ответила на мой вопрос.
— Какой вопрос?
— Что, черт возьми, Дэггер сделал там с тобой, чтобы заставить ему подчиняться?
Подчиняться. Снова прозвучало это слово, и на этот раз оно еще меньше понравилось моей волчице.
— Ничего он мне не сделал, — прошептала я. — И я не собираюсь подчиняться. Он попросил перестать бороться с ним, чтобы вместе работать.
— И вот так просто ты это сделаешь?
— Старый способ не сработал. Так было и с Зилиной, но мы все еще омеги, Шар. У нас еще есть шанс доказать ему, на что мы способны. Это то, чего мы так долго ждали. Ты хочешь использовать это, чтобы разозлить Дэггера, или ты хочешь увидеть, как наши друзья вернутся домой целыми и невредимыми?
Она вздохнула.
— Ты совершенно права. Но я не спущу с него глаз.
— Я тоже.
Моя волчица неловко скрутилась внутри меня, и моя температура поднялась. Черт, нет. Я не могу впасть в течку, пока мы здесь.
«Подожди», — умоляла я свою волчицу. Я понятия не имела, как долго продлится эта миссия. А до тех пор я буду сдерживать потребности моей волчицы, пока могу.
— Тавия, — резкий голос Дэггера заставил меня действовать.
— Она уже идет, — проворчала Шарлет достаточно громко, чтобы я услышала. — Как будто он обвел ее вокруг пальца.
Он тоже ее услышал. Раньше его веселое выражение лица повергло бы меня в ярость. Но теперь с моих плеч свалилась тяжесть, это был прогресс не испытывать такого гнева. Впервые я подумала, что мы действительно можем работать вместе.
Подчиняться. Мне нужно выбросить это из головы.
Я скрестила руки на груди и выпрямилась, когда встала перед ним. Я была намного меньше, чем альфа-волки. Да, я пришла, когда меня позвали, но я не подчинилась. Я была такой же свирепой, как и эти огромные мужчины, и готова сражаться.
— И каков же наш план? — спросила я, не обращая внимания на смешки.
Обычно они смеялись надо мной, но я убедила себя, что они смеются вместе со мной. Ни один солдат в нашей армии не пропустил смену власти, которая произошла до нашего разговора. Я не уступила ни на дюйм. Согласие работать с Дэггером означало, что мы можем двигаться вперед. Это сделало нас всех сильнее.
— Готовы встретиться с лидерами людей?
— А мы готовы к битве?
Если так, то я совершенно не готова к дипломатическому бою. До этого момента я сражалась только голыми руками, когтями и любым оружием, которое мне удавалось… найти. Не нужно было объяснять как. В Бесплодных землях речь шла о выживании. Как и война. Но они торговали валютой, а с такими нюансами, я не была знакома.
— Пока нет. Цель состоит в том, чтобы избежать этого любой ценой, — сказал он. — Мы пришли без приглашения. Пришло время для переговоров. Я представлю тебя, как своего посла омег.
Вау. Ладно, это все меняет.
— А они знают… — мне пришлось гораздо тщательнее выбирать слова, чем несколько минут до этого, — насчет твоего изменения статуса?
— Все, что им нужно знать, это то, что я — лидер этой миссии. Ты готова представлять свой народ?
Я ждала этого шанса всю свою жизнь.
— Я родилась готовой.
Глава 7
Дэггер
Крепость людей не имела названия, но когда-то в древние времена это был город с яркими огнями и процветающей экономикой. Место, куда люди приходили, чтобы порадовать свою более грешную природу. У него не было стены, которая защищала бы его от незваных гостей, как в Луксории. Никакого замка с пышными зелеными садами. Только старый отель, который был похож на него. Никакого изобилия пищи и воды. Никакой красоты, кроме старых разрушенных зданий и гигантских непригодных для использования вывесок, которые давным-давно освещали ночь.